- В смысле? — он поднимает брови, словно не понимая. Так и хочется ответить в популярную сейчас почему-то нелепую рифму — в коромысле. Но я держусь.
- Игнатов вашу жену трахает, а вы ему помогаете его жене сделать неприятность, да?
- Ты не охуел ли, Крестовский?
- Я? - нагло ухмыляюсь. — Охуел, естественно. Но биться буду до конца. Так что... лучше не начинай, Кирилл Александрович, вилять и играть. Либо давай нормально тендер отработаем, либо... кедрене фене так тебя укатаем, что мало не покажется.
Вы думали, дура баба решила у мужа фирму отжать и можно её закопать? А баба-то оказалась не дура.
- Понял.
- Что ты понял? Кирилл Александрович?
- Понял, что это ваша женщина.
- Ваша? - вот тут у меня забрало точно падает и глаза кровью наливаются.
В каком это смысле — «ваша»? Она моя! Моя и всё! Это я сам так решил. И что она там решила, что её муж решил, который прям завтра станет бывшим моими молитвами и юридической практикой, что решил ресторатор хренов — мне вообще по Фаренгейту. Я сам назначил её моей. Без вариантов.
- Она моя, понял, сладенький? МОЯ! И точка.
- Герман, я... ничего личного, просто бизнес, ты же понимаешь.
- А у меня как раз личное. Поэтому твой бизнес я разъебу за милую душу. С чего начать? С налоговой? С прокуратуры?
- Угрожать-то зачем, Герман Львович? Что вы сразу с угроз-то начинаете, а? Я и не представлял, что Аделаида такая. Медом у неё что ли между ног намазано?
- Еще слово, и у тебя между ног будет омлет. Ясно? Давай-ка, бери документы и смотри. Сегодня всё должно быть подписано.
- Сегодня? А чего не завтра? - этот старый конь еще усмехается.
- Завтра у меня есть более важные дела.
Завтра у нас развод. Только об этом пока знаю только я и судья.
48.
Почему я раньше не думала, как классно ходить в офис?
Может потому что классно — когда ты начальник? Когда у тебя кабинет и секретарша несётся с чашечкой моккачино и печеньками.
Да, да, переходите на сторону зла — у нас есть печеньки!
И новый секретарь, женщина, пусть немолодая, зато с опытом. А молодость её мне не нужна. мне с ней на столе непотребствами заниматься не нужно.
Был, конечно, соблазн взять молодого мачо. Личного помощничка по всяким разным делам. Но всё-таки я не настолько авантюристка. Да и молодые мужчины меня уже не сильно привлекают.
У меня еще не все старые охвачены.
Усмехаюсь, отправляя крохотный круглый воздушный кусочек теста с корицей в рот.
Передо мной папка с документами.
Вчера поздно вечером пришли, от Карамельки. Новые условия тендера, новые договоры. Всё новое.
Прекрасно. С этим проблем пока не видно. Они будут, естественно. Не думаю, что этот сладкий пирожочек так просто оставит наше дело.
Будет пытаться мстить за поруганную честь жены. А может, дело вовсе и не в его жене. У меня даже подозрение, что Карамель — старый импотент — сам подкладывал Томочку под партнёров, коллег. клиентов, чтобы потом иметь поводы для манипуляций. А еще Томочка могла быть отличным шпионом
Да, как интересно живут люди. Не то что я.
Хм.
Ох и наглая же ты морда, Аделаида Александровна.
Хреново она живёт
Развод с такими приключениями добываешь.
Два шикарных мужика в анамнезе.
Руководство компанией в перспективе.
Да, еще и детей родить прося
Усмехаюсь, отпивая шоколадный кофе.
Детей рожать. Почти в сорок, да, если учесть сроки — не почти. Это же надо сначала обследоваться, забеременеть...
Тьфу ты, блин! Сначала пожениться!
Точнее сначала развестись.
О, господи, сколько проблем!
Секретарь сигналит по внутренней.
- Аделаида Александровна, к вам адвокат Крестовский. Ему не назначено, но он сказал…
Божечки-кошечки... — это выражение я срисовала у моей Надежды, а та у бабули своего кавалера, которого она называет Харди. Интересный мужик, ничего не могу сказать. Могу только пожелать ей не лохануться, я брать его, пока тёпленький. За «зябры» — как говорила моя бабушка. Что такое «зябры» я выяснить не успела, в моём понимании это было нечто среднее между жабрами и яйцами. В общем, то, за что можно держать.
А держать мужиков надо, ой как надо! В узде держать! Прямо вот так взять и...
- Аделаида Александровна, он рвётся войти, ой...
Он входит.
Стремительный как торнадо. Резкий как... не важно.
Взъерошенный какой-то. И счастливый.
С чего бы?
Нет документы от Карамели я получила, с извинениями и заверениями, что такого больше не повторится, а также с замечанием, что адвокат у меня лучший и вообще с друзьями мужеского пола мне повезло.
Кто бы сомневался!
Не прошло и сорока лет, как Аделаида, кажется, начала понимать какими именно мужчинами стоит себя окружать.
Ладно, раньше вроде муж был достоин, кто ж ему виноват, что сдулся? Измельчал.
Решил пойти легким путём и пошёл.
В пешее эротическое.
- Ада.
- Герман Львович.
- Так официально? — он поднимает бровь.
- мы же на работе.
- Неужели?
Он подходит ближе.
Какой хороший стол у вас, Аделаида Александровна, крепкий.
Наглец. Ухмыляется.
Это не тот стол, Крестовский.
Я же понимаю о чём он?
Жаркое видео, показанное в незабываемый день, третьего сентября, на сорокалетии моего любимого когда-то мужа, потрахушки с секретаршей, ставшие достоянием общественности. Событие, которое стало толчком ко всей последующей истории. Не совсем начало, конечно. Началось всё чуть раньше, когда я узнала. Сначала о хламидиях, потом о неверности.
Что ж, каждый выбирает свой путь.
- Поменяла, значит?
- Поменяла.
Стол.
И мужа.
Ну, вернее мужа уже совсем скоро поменяю. Когда вот этот вот элегантный и лощеный юрист огласит мне окончательный вердикт суда.
Поменяю на свободу. Не на другого мужа.
Зачем мне вообще муж?
Я сама прекрасно справляюсь, правда?
Сама себе хозяйка, ни перед кем отчитываться не надо. Никого ублажать. Никому угождать. Жалеть никого не нужно. Восхищаться не нужно никем.
Они ведь так любят, когда ими восхищаются. Даже в мелочах.
«Смотри, я кран почини» — а выражение лица такое, как будто он адронный коллайдер построил или придумал и собрал вечный двигатель.
«Смотри, я вкрутил лампочку» - конечно, после того как я упала в темном коридоре и спомала руку.
«Смотри, теперь все каналы показываем» - угу, когда я купила спутниковое ТВ которое автоматом настраивается.
«Смотри, как надо парковатьсяв» - ба-бах! — «А потому что дебильные габариты у твоей машины, и почему ты не сказала, что сцепление не выжимается, и руль не крутится?» - да потому что у тебя новая иномарка, а жене ты оставил старый «жигупь».
Меняются обстоятельства, меняются марки машин, немного меняются ситуации
Одно остается неизменным. Он — царь и бог Хвалите его, хвалите!
А он.
«Я подарю тебе звезду! — Мне кастрюля нужна!
Самую большую и красивую! - Просто купи кастрюлю!
И планету я назову твоим именем! — За три тыщи...»
Анекдот, да. Но ведь так и живём?
Нет конечно, муж — это прекрасно. Я за семейные ценности.
Но они у меня уже были.
Очень хочется отдохнуть.
И кастрюлю. За три тыщи.
- Ада.
- Герман, чай, кофе?
- Потанцуем?
- Давай ближе к делу.
- Ближе к телу мне больше нравится
- Слушай, ты скатываешься в пошлости.
- Прости, просто.
- Что?
_ Ладно, ничего. — на его лице мелькает гримаса разочарования, обиды легкой.
Ну, простите, дорогой мой. Развлекать вас я не обязана. И хвалить не нанималась, чай не жена еще пока
Еще? Пока?
Черт.
- Поздравляю, Аделаида Александровна. С сегодняшнего дня вы свободная женщина.
- Что?
Смотрю, не дыша. Сердце колотится, куда-то к горлу подступая.
