– Давно уж зареклась не вступать с вами в конфликты. У меня здоровья не хватает, вас ведь не перекричишь.
– Тогда извините меня, – сконфузилась Теодора Николаевна. – Просто костюма нет, вот я и подумала…
– Я его не брала, – с достоинством ответила костюмерша и двинулась к выходу.
Но по дороге она остановилась и предложила:
– У меня остался костюмчик динозаврика Дино, если хотите, можем использовать его.
– Это каким же образом? Кинг-Конг, если вы не помните, в ходе действия спектакля похищает прелестную Дюймовочку.
– Пусть ее похитит дракон. Динозавры – это те же драконы.
– Ну что вы такое говорите? Дино – это положительный образ, это герой со знаком плюс. Он не может похищать маленьких девочек!
– Можно морду ему замотать бинтами, никто и не поймет, что это Дино. А на грудь броню приделать. И хвост я еще могу немножко удлинить.
– А что? Это интересная идея, – задумалась Теодора Николаевна. – Может получиться Смауг.
– Кто?
– Ах, да не забивайте вы себе голову! Просто сделайте из Дино образцового дракона, и мы с вами как-нибудь выкрутимся.
Голоса женщин стали затихать. Они обе отправились в дальние помещения, чтобы без помех обсудить там возможность замены Кинг-Конга драконом Смаугом. Инга же осталась тут, обдумывая полученную информацию. Едва она услышала про костюм Кинг-Конга, который пропал из этого странного строения, как шестеренки у нее в голове закрутились с бешеной скоростью.
Уж не то ли лохматое чудовище, которое напугало Алену в рощице позади ее дома, и было пропавшим Кинг-Конгом, вернее, его костюмом? По времени все совпадало. Да и, по словам Теодоры Николаевны, костюм лежал под самым окном. Кто угодно мог залезть через окно или даже, будучи человеком высоким, просто подпрыгнуть, встать на приступочку и запустить длинную руку в коробку с костюмом.
Инга обошла здание и увидела над его дверями вывеску: «Экспериментальный театр».
А чуть ниже его висела написанная от руки афиша: «Спектакль «Лес – полон чудес». Возраст не ограничен. Опера «Русалочка». Вход с шестнадцати лет».
Инга заглянула внутрь и изумилась еще больше. Ее взгляду предстал настоящий зрительный зал, в котором стояли несколько рядов стульев в центре и лавочки по бокам. Зал был красиво украшен серпантином, шариками и разноцветной кисеей. Чувствовалось, что обитатели поселка часто и с удовольствием посещают это место. И наверняка происходит это не без помощи милейшей Фелиции Дмитриевны и грозной Теодоры Николаевны.
«Хорошо, когда у людей находится повод и желание побыть вместе. Плохо, когда у кого-то из этих людей руки чешутся сделать что-то дурное своим близким».
Потому что теперь Инга почти не сомневалась: она нашла, откуда растут ноги у лохматого чудовища, напугавшего ее лучшую подругу. Костюм Кинг-Конга был сшит из искусственного меха, один из клочьев которого остался на кусте орешника в роще, где Алена испытала приступ дикого ужаса, когда за ней погнался монстр.
Некий злодей выкрал костюм из театра и сделал это с ловкостью и легкостью. Даже сейчас Инга могла бы спокойно войти в театр и вынести любую приглянувшуюся ей вещь. Голоса Теодоры Николаевны и Фелиции Дмитриевны слышались откуда-то из-за сцены. Кажется, женщины не могли решить, как именно они должны усовершенствовать безобидного Дино, чтобы он стал похож на зловещего Смауга, способного вызвать дрожь у самых юных зрителей.
– А я вам говорю, сделаем ему длинный хвост, а морду закроем волосами. У меня есть парик, будет в самый раз.
– Дорогая Фелиция Дмитриевна, – слышался пронзительный голос руководительницы, – не мне вам указывать, но все-таки дракон – это ящер. А ящеры все лысые! У них на коже волосы не растут!
– Детишкам-то откуда это знать?
– Вы разве не знаете современных детей? Они теперь чуть ли не с пеленок знают об этом мире столько, сколько мы с вами не узнаем, наверное, и до конца нашей жизни!
Женщины явно увлеклись любимым делом. В спорах между собой они находили и пользу, и удовольствие. Инга порадовалась, что существуют еще такие неравнодушные люди, способные творить и дарить радость людям. Но все же, будучи энтузиастками своего дела, им не мешало бы получше приглядывать за своим реквизитом.
– Двери нараспашку, – проворчала Инга себе под нос. – Заходи кто хочешь, бери что хочешь.
Однако, выходя из театра, она на крыльце столкнулась с группой молодых женщин, как она поняла, актрис, явившихся на репетицию. Оказалось, что все жители поселка Буденовка, если у них имелось желание, а зачастую и вопреки собственному хотению, были задействованы в спектаклях, которые организовывали две пожилые театральные работницы. Художественный руководитель на заслуженном отдыхе и костюмер на пенсии ставили силами местных жителей полупрофессиональные постановки, которые пользовались в Буденовке огромным успехом.
– А вы тоже к нам? – весело спросила у Инги одна из женщин. – Заходите, мы всем рады.
– Правда, больших женских ролей вам в первое время не светит. Все главные роли уже распределены.
– Вот были бы вы мужчиной, тогда другое дело.
– Мужчин всегда не хватает.
– А может, вы согласитесь сыграть одну из мужских ролей? Тогда вам можно было бы дать даже Щелкунчика!
– Лучше уж Кинг-Конга, – невольно вырвалось у Инги.
– Нет, Кинг-Конга у нас есть кому играть, – ответили женщины и переглянулись между собой. – Если не хотите Щелкунчика, можем предложить только Крысиного Короля.
От Щелкунчика благоразумная Инга отказалась. Впрочем, роль Крысиного Короля ее тоже не привлекла. Она с трудом вырвалась из рук ретивых дамочек, мечтающих заполучить ее к себе в помощницы, и поспешила к дому Игоря.
Видимо, сегодня ей везло буквально во всем, потому что Игоря она поймала в дверях.
– А я уже собирался уходить, – улыбнулся мужчина, впрочем, не сказав, куда именно он собирался.
Но Инга не стала уточнять, для нее было достаточно и того, что она встретилась с Игорем и что теперь он в ее власти.
– Есть какие-то новости? – жадно спросила она у него.
– О чем именно?
– Но вы же собирались заняться поиском поставщиков мескалина.
– Ах, это…
Игорь выглядел немного растерянным, словно бы Инга отвлекла его от его собственных мыслей. Но он тут же взял себя в руки и произнес:
– Да, новости есть. И боюсь, что для вас они отнюдь не радостные.
– В чем дело?
– Мне удалось выйти на торговца мескалином, который тот, по его собственным словам, получает прямиком из Мексики. Накрыта целая шайка. И знаете, кто осуществлял транспортировку мескалина?
– Нет. И кто же?
– Уличные музыканты! Они перевозили наркотик в своих инструментах.
– Выходит, их всех арестовали?
– Они находятся в одном из СИЗО столицы. Пока еще не принято решение, оставить их в России и судить по нашим законам или же вернуть всех музыкантов обратно в Мексику.
– Но почему вы сказали, что для меня у вас плохие новости? Новости-то как раз отличные!
– Дело в том, что ребята откровенно раскаялись в совершенных преступлениях.
– И это тоже хорошо.
– Им предоставили выбор: либо они сдают всех своих российских клиентов и их самих депортируют на родину, где их, скорей всего, ждет помилование или условное наказание, ведь торговли наркотиками и приравненным к ним мескалином на территории Мексики они не вели. Либо же они играют в героев, но тогда получают наказание по полной. А учитывая объемы мескалина и другой дури, которая была обнаружена у них, в России им светят более чем солидные сроки тюремного заключения.
– И что они выбрали?
– Вы сами-то не догадываетесь? Едва им озвучили два варианта развития событий, мексиканцы даже не выслушали до конца. Они тут же наперебой начали стучать, как дятлы. И один из них показал, что в числе прочих покупателей у него был один, которому он отправил мескалин почтой в Дубочки.
– Куда?!
– В Дубочки.
Если вначале Инга решила, что ослышалась, то теперь все сомнения развеялись. Вот что имел в виду Игорь, говоря, что у него плохие новости для нее. Преступник покупал отраву, даже не шифруясь! Да уж, такой вопиющей наглости она все-таки не ожидала. Подумать только, мерзавец обнаглел до такой степени, что заказал и получил отраву под самым носом у Василия Петровича и Алены!
– Мне не послышалось, ведь правда? – робко повторила Инга.
– Товар был доставлен к вам в Дубочки. И скажу вам больше: посылку доставил курьер, таково было требование самого покупателя.
– Но на чье же имя пришла посылка?
– Адресатом был указан Василий Петрович.
Инга решительно уже ничего не понимала. Голова у нее буквально шла кругом. Василий Петрович решил травить собственную жену? Это что же получается? Уже не Марина, а родной муж подливал Алене в еду или питье какую-то дрянь, от которой женщина думала, что сходит с ума? И зачем Василию Петровичу так поступать?
