меня с потрохами, позарившись на обещанные деньги. Куколка играла со мной в кошки-мышки. Что ж, в этой ситуации я и впрямь оказался глупым мышонком.
Решаю устроить маленький спектакль.
– Надо отдать вам должное, Зельдар, – говорю я. – Вы умно вели себя с самого начала. Сразу поняли, с кем имеете дело, и правильно расставили все акценты. Кинули нас.
– Очень любезно с вашей стороны, – говорит он и нагло ухмыляется. – Очень любезно. Я по достоинству ценю ваши поздравления.
Подойдя ко мне, он наотмашь бьет меня по лицу. Я валюсь со стула на пол. Встав, ощупываю челюсть – цела ли. Снова сажусь.
Зельдар идет к буфету и наливает себе новую порцию кюммеля.
– Вы совершенно правы, друг мой, – говорит он. – Да, я правильно расставил акценты. И как верно заметили, кинул всех вас. Вы все не блистали умом, но один персонаж оказался настолько глуп, что превзошел остальных.
Он поднимает бокал:
– За самое глупейшее существо из всех, кто появлялся на земле.
Он смотрит на меня.
– Я пью за здоровье фрейлейн Ардены Ванделл, – усмехается Зельдар. – Таких прекрасных друзей нашему рейху непросто найти.
Он залпом выпивает кюммель.
Мысленно ругаю себя последними словами. Я это знал. И как я сразу не догадался?
Чертова Ардена продала меня с потрохами.
Глава 14
Ну и поворот
Сижу, разглядываю свои ботинки. В голове теснятся несколько сотен мыслей, но, как ни странно, думаю я о дамочках. И прежде всего – о самой коварной, двуличной и беспринципной из всех, что мне встречались. Дешевка Ардена Ванделл. Как я вообще мог попасться на ее удочку?
По части облапошивания ей нет равных. Случись ей вместе с матерью уцелеть после кораблекрушения и оказаться на необитаемом острове, даже там нашла бы, кого надуть. Скажем, сняла бы у спящей старухи золотые коронки и попыталась продать акуле. Но она бы и акулу нагрела!
Я повидал великое множество дамочек. Куколки любого роста, веса и телосложения украшали мой жизненный путь с тех самых пор, как я вырос из коротких штанишек и стал носить брюки. Мне встречались ангелицы и мегеры, худышки и толстушки. Я знал дамочек, добивавшихся желаемого слезами, и тех, кто делал это с помощью пистолета. Кто-то из них смиренно умолял, а кто-то получал жизненные блага, лишь загадочно улыбнувшись и качнув бедрами.
Но Ардена… Ардена вне всех категорий. Остальные на ее фоне – жалкие дилетантки. Столько хлопот мне еще никто не доставлял. Забудьте все, что я говорил о ней раньше.
Смотрю на Зельдара. Он стоит, покуривает турецкую сигарету и неспешно потягивает кюммель. Однако, когда он курит, бокал ставит на каминную полку, а когда пьет, откладывает сигарету; и все потому, что ему нужно постоянно держать меня на мушке. Наверное, он сейчас напрягает всю силу воли, чтобы не изрешетить меня, превратив в старинную терку для мускатного ореха.
Единственная причина, почему он до сих пор не угостил меня свинцом, – уверенность, что я никуда не денусь. А может, он приготовил нечто худшее, чем мгновенная смерть. Он ведь что-то вякнул о концлагерях.
Зельдар бросает окурок в огонь и смотрит на меня. Сейчас он похож на кота, поймавшего мышь и решившего немного с ней поиграть. Почему бы нет? Ведь добыча уже в ловушке.
– Уверен, герр Коушен, что неизменное и своеобразное чувство юмора, которым вы гордитесь, пройдет испытание на прочность, если я расскажу, до чего же вы все глупы. В особенности ваша подружка фрейлейн Ардена.
Только представьте: если бы эта молодая особа призвала себе на помощь хотя бы крупицу здравого смысла, она бы без особого труда разрушила мои планы. Увы, как и большинство женщин, она страдает от полного отсутствия мозгов.
Вопреки настроению, мне становится интересно. Вот бы узнать, какие интриги успела сплести эта куколка за спиной!
– Значит, она выставила себя полнейшей дурой? И что она сделала?
Зельдар улыбается и пожимает плечами.
– Я вовсе не собирался приезжать в Дельфзейл, – говорит он. – Планировал, что мой помощник Глойдас самостоятельно завершит операцию и груз вместе с нашим юным другом Бадди Перринером благополучно достигнет немецкой гавани. Однако Глойдас напился до бесчувствия и сейчас храпит. Ничего, он дорого заплатит за свою разболтанность! Так вот, я предполагал оставаться в тихом и благословенном Цюрихе, где у меня хватает других важных дел.
Но тем временем в Дельфзейл приехала фрейлейн Ардена с намерением получить часть денег или всю сумму, обещанную ей, Лодсу и Боргу за похищение Бадди Перринера.
Об этом она без обиняков заявила Глойдасу. Сказала, кто она такая и зачем приехала. Глойдас, который отнюдь не конченый идиот, удосужился мне позвонить. Я спешно выехал в Дельфзейл, чтобы вечером с ним встретиться.
Глойдаса я нашел в «Спрейтхейсе». Он был настолько пьян, что не мог связать двух слов. Уверен, тут не обошлось без чар Ардены. Как я уже сказал, он за это дорого заплатит. Вернется в Германию, в свой полк, где его заново научат дисциплине.
Представьте мое положение. Глойдас выбыл из строя. Я в замешательстве. И меньше всего я ожидаю, что на выручку придет та, от кого я меньше всего это ожидал, – очаровательная Ардена.
Зельдар смеется, полагая, что удачно пошутил. Он умеет смеяться. Я бы охотно отдал свое жалованье за двадцать лет, только бы вогнать мерзавцу в глотку его собственные зубы.
– Простите мое излишнее веселье, – продолжает он. – Но шутка на редкость забавная.
– Не терпится услышать, что было дальше, – говорю я.
– И тут в игру вступила Ардена. Представилась, сказала, что она подруга мистера Лодса и что мы должны им кругленькую сумму. За этим она сюда и приехала. Она уже помогла Глойдасу, а потому, если я не хочу лишних сложностей, придется выплатить ей обещанные деньги.
Он ставит бокал на каминную доску и снова наполняет кюммелем.
– Естественно, меня очень заинтересовали ее слова. С чего вдруг эта дерзкая особа вздумала угрожать? Я ей так и сказал. Но она и глазом не моргнула. Заявила, что у нее есть запасной план, который может разрушить всю нашу операцию. Если я откажусь платить, он будет приведен в исполнение.
Я вскидываю голову. Вот тебе на! Значит, пока я расточал на нее свое обаяние и считал, что мы в одной связке, она планировала, как меня обставить. Ее замысел безупречен. Дескать, мы похищаем Бадди, прячем и используем его как рычаг давления на шайку Глойдаса, чтобы заставить их платить. А то, что она меня фактически топила, для нее ничего не значило. Воплощенное коварство с милой мордашкой – вот кто эта Ардена!
– И я согласился, – продолжает Зельдар. – Дал ей слово чести офицера: как только суда подойдут к немецкому причалу на Эмсе, она обязательно получит свою долю. И представьте… девица по глупости мне поверила. А потом рассказала занимательную историю.
Я узнал, что с нею встречался знакомый Вилли Лодса, объявившийся в Дельфзейле. Его сюда прислал сам Вилли, которому не повезло и он попал в руки французских полицейских. Зовут этого молодца Чарли Хойт, и сейчас он отправился спасать нашего юного друга Перринера.
Как вы догадываетесь, все эти сведения Ардена сообщила мне по двум причинам. Во-первых, чтобы подтвердить правоту своих слов, поскольку ранее она заявляла, что вполне могла бы нарушить мои планы. А во-вторых, и это вполне естественно, ей хотелось, чтобы о ее друге Чарли Хойте «позаботились». Иными словами, попользовавшись им, она решила чужими руками избавиться от помехи. Зачем делить деньги еще с кем-то?
Я немедленно связался со своими людьми и, знаете, обрадовался, узнав, что этот таинственный Чарли Хойт есть не кто иной, как мой старинный приятель герр Коушен – доблестный американский федерал, не заваливший ни одного дела и всегда добивавшийся своего… Простите, но меня снова разбирает смех.
– Обо мне можете не волноваться, – отвечаю я Зельдару. – Смейтесь, пока лицевые мышцы еще подчиняются. Скоро у нас будет особый разговор. К концу которого вашей физиономией можно будет иллюстрировать карту Польши.
Зельдар громко хохочет.
– Друг мой, я даже не сержусь.
