Слегка. – Мика, хватит! Я больше не могу наблюдать за тем, как ты медленно умираешь! Ты должна жить! – он схватил меня за руки, нож выпал из них и чуть было не воткнулся мне в ногу. Мое сердце подскочило до горла.
– Отпусти меня, малышка, отпусти…помни обо мне. Помни обо мне всегда, но не думай обо мне так часто. Ты не должна меня видеть, малышка, пожалуйста, отпусти меня… – он взял меня за руки и начал быстро целовать костяшки пальцев. Я снова умирала от слез.
– Что мне сделать…ну что мне сделать…ты приходишь сам!
– Отпусти меня… – он продолжал целовать меня, но на меня снизошло какое-то странное чувство. Я понимала, что Ник мертв. Но я знала, что, если бы я когда-либо полюбила другого…даже если бы он был жив, он бы не стал за меня бороться.
Ник считал, что за любовь не нужно биться, она либо есть между двумя людьми, либо нет.
Я же считала, что любовь – это награда за кучу дерьма и испытаний, которые двум людям суждено пройти вместе. При первой же проблеме в нашей семье Доминик дал слабину.
Знаю, он просто боялся, что потеряет все, что заработал. Но от него я никак не могла ожидать того, что вместо того, чтобы принять мою помощь, или решить проблему другим способом, он начал пропадать вечерами в казино.
– Уходи, – вымученно прошептала я, заглядывая в любимые ореховые глаза. Добрые обрамленные густыми черными ресницами. – Если ты этого хочешь, уходи! Оставь меня в покое!
Я не понимала, что говорю. Но я устала нести это бремя.
– Нет, не так…
– Могу только так! – Ник видимо забыл, что я бываю излишне эмоциональной. – Уходи! Как ты там сказал? Уходи, дальше. Ты уже давно меня оставил! Давно! Год назад!
– Это не так, – его голос дрогнул, а потом он прикоснулся к моей груди. – Мое сердце всегда будет с тобой. Оно всегда будет рядом. И ничто не сможет этому помешать.
А потом он исчез. Моя грудь горела в том месте, где дотронулся воображаемый Ник.
Это было так на него не похоже. Он был романтиком, но не настолько.
Я смела со стола остатки посуды, слыша невыносимый грохот и звуки бьющегося стекла. Все равно. Уберу потом.
Скатилась по кухонным ящикам вниз и села на пол, обхватив колени руками. Слезы исчезли. Я взяла в руки нож – серебристая рукоятка поблескивала в моих руках.
С криком я откинула его в сторону и он проехался по кухне.
Мой кот Луи смотрел на меня, как на сумасшедшую.
– Ты прав, Луи, – теперь я еще и с котом разговаривала. Отлично. – Пора прекращать сходить с ума.
Я закрыла глаза, пообещав себе, что больше не заговорю с Ником, даже если он появится. Я не хочу укорять его в той ошибке. Я хочу помнить только хорошее. Помнить, но отпустить.
Глава 14
Майкл
– Меня не волнует, ты весь год заговаривал мне зубы, Миллер! Ты в своем уме?! Ты же любил драться…для тебя это был как наркотик…как дорогой и сладкий кайф! – Дуглас проводил по прозрачному столу кредитной карточкой, раскладывая дорожку «белого».
Я помню, это чувство. Когда эйфория уносит тебя на волнах блаженства. Когда ощущаешь, что твои силы помножили на сотни твоих же сил. Как смотришь в лицо самому страшному противнику и знаешь, что размажешь его по стенке. Не чувствуешь боль от его ударов. Ощущаешь себя всемогущим, сильным, воином.
НО…я помнил это чувство, но что-то внутри меня протестовало. Опять сердце. Как только моя рука тянулась к наркоте весь этот год, оно начинало колотиться как сумасшедшее, и без всякого кайфа приводя меня в эйфорию. Оно нарочно в эти минуты подсыпало мне другие воспоминания. Незнакомые, но теплые.
Даже сейчас, когда я видел перед собой дорожку снега, перед моим внутренним взором замелькала маленькая сцена, будто из прошлой жизни.
– Доброе утро, сладкий, – нежно щебечет девушка, утыкаясь носом в мою грудь. Ее волосы щекочут мое тело, но мне хочется, черт возьми, чтобы она была еще ближе ко мне. Стоит ей только перекинуть через меня ногу и прижаться своей влажной плотью к моему лобку, как меня бросает в сладостную агонию, которая заменяет мне все развлечения этого мира.
Черт…ну что это снова за воспоминание?
– Я хочу драться, – я сжал зубы, чувствуя, как мои кулаки чешутся. Может, попробовать? За этот год я пару раз курил сигареты и марихуану. Знал, что нельзя. Но я так хотел быть прежним. К сожалению, я получил мало удовольствия. Теперь меня радовали совсем другие вещи. Из старых – только тренировки.
– Что за проблемы с твоим здоровьем, я не понял? Если так пойдет и дальше, я попаду на крупные деньги! Мне нужно больше денег, Миллер. А для этого мне нужен ты!
– Я тренирую Джареда, он уже готов.
– Этого мало! О нем никто не знает! Ты – звезда!
Босс был прав. Я хотел вернуться к боям. Все равно на ринге мне нет равных, кроме одного соперника. Следовательно, я могу выступить с кем-нибудь, кто не нанесет мне серьезного урона. Это будет просто, как тренировка…С другой стороны, биться с моим новым сердцем, учитывая, что я каждый день жру таблетки, это как ходить по минному полю – в любую секунду могу наступить на шашку и все полетит к чертям.
Успокаивает лишь то, что все будет быстро и безболезненно.
***
Я пообещал боссу, что выйду на ринг. Не было волнения, не было страха. Было только предательское разочарование – в случае чего, я могу никогда не увидеть свою незнакомку.
В то же время мне хотелось перестать о ней думать.
Мне было необходимо сбросить с себя все накопившееся напряжение, но под руку попалась только Бэлла, она, как приставучая кошка, всегда ошивалась под ногами.
Я пытался понять, в чем отличие. Какая разница, какую киску я трахаю? Почему секс, настоящий секс с живым человеком, с теплым женским телом доставляет мне всего лишь удовлетворение, а секс в мыслях с той незнакомкой отправляет в космос?
Адекватного ответа на этот вопрос у меня не было.
– Вот так, детка, да, – механическим голосом прохрипел я, когда голова Бэллы находилась меж моих бедер. Сначала я хотел хорошенько отыметь ее, но потом решил сбросить напряг по-быстрому. Самому не утруждаясь. Я был последним эгоистом, но Бэлла была не против…ее ротик всегда был готов облизывать член, как сладкую конфету. И
