Слово — Александру Савельевичу Юсту.
— Я все понимаю! — возмущенно вопил мой юный друг, воспитанник, тяжкий крест и шило в заднице, Витька Костомаров. — Дядька, я все понимаю! Но эта ксерокопия тут оказалась не случайно! Ты смотри — она не просто подколота! Она пришита!
Есть такие аппаратики, чтобы деловые бумажки железной скобкой сшивать. Как раз таким аппаратиком кто-то соединил две вещи, несовместные в той же мере, как гений и злодейство: финансовую смету некоего проекта под названием «Янус», получившего неслыханной величины грант где-то в дебрях Америки, причем смета была на английском языке, и ксерокопии четырех книжных страниц, выполненные на помирающем без порошка ксероксе. Разобрать там можно было немного, и не с моими, а разве что с Витькиными глазами.
Я сам виноват — мне вообще не надо было брать ее в руки. Но я страдаю старческим любопытством. Я ее взял, отнес подальше от носа, потом приблизил, вгляделся в туманную картинку (старая фотография, на которой было что-то вроде кривобокой картофелины, но картофелина оказалась, черт бы ее побрал, знакомой!) и приказал:
— Кадет, достаньте вон с той полки вон ту книгу, нет, правее, в синем переплете.
Витька подал книгу, я перелистал ее и воскликнул:
— Ну, точно! «Ловондатр»!
— А что это за хренотень? — Витька сравнил ксерокопии со страницами и с бешеным «Вау-у-у-у!!!» уставился на меня, как на ожившую мумию. Это случается всякий раз, когда я делаю то, что ему пока недоступно. Вот и тогда — правильно вспомнил о фотографии, и это были те самые страницы.
— Кадет, вас читать учили?
Он шлепнулся в кресло и, сдвинув брови, стал осваивать текст, а я снова взял стопку бумажек по проекту «Янус» и начал их изучать уже более строго — с учетом появления в этой стопочке «Ловондатра».
Бумажки можно было условно разделить на две части. Первая — на английском языке, подтверждение того, что наш Кулибин сподобился получить грант аж самого фонда Джереми Красти; к сему прилагались какие-то банковские документы. Проект проходил под названием «Янус», и это все, что о нем сообщалось в распечатках. Вторая часть была перепиской между несколькими нашими государственными инстанциями на эту тему.
Фонд патронировал исследования в нетривиальных областях науки и техники. Россия его всерьез не принимала, и он Россию всерьез не принимал, но несколько лет назад, когда безумный миллионер-террорист Усама бен Ладен нечаянно заставил крупные державы подружиться, посланцы Красти появились и у нас, как они заявили — в поисках неведомых гениев. Наше правительство подписало какие-то документы об участии в деятельности фонда, дня три пресса хвалила президента за мудрое решение, а потом про фонд как-то забыли. И вот он вынырнул.
Бешеные деньги, которые выделил фонд Красти на проект, сперва всех обрадовали: Кулибиных мы признаем только тогда, когда Запад уже собрал все пенки с изобретений, а еще — когда они благополучно померли. Но тут оказалось иначе — мужик еще при жизни получил средства на реализацию своей идеи, более того, на территории родного государства, а государство, видимо, не знало, куда его, болезного, с этим грантом приткнуть. Фамилия нашего экспериментатора была Дусик…
— Дядька! — заорало дитя. — Это же машина времени!!!
— «Ловондатр»? — спокойно переспросил я. — Да, «Ловондатр» — это одна из первых российских попыток ускорить или замедлить время. Путешествовать на этой штуке никто не сподобился.
— Да нет, проект «Янус»!!!
— Не орите, кадет. О том, что такое проект «Янус», мы судить не можем. Тут куча всяких рассуждений вокруг проекта и ни слова о его сути.
— Идиотом нужно быть, чтобы дать грант такому, такому…
Дитя заткнулось, не в силах подобрать определение. Я знал, что оно хотело сказать «шарлатанство», но подсказывать не стал — пусть само помучается. Сам я старше Витьки примерно втрое и навидался всяких безумных проектов. Поэтому я знал, что можно раздобыть деньги даже на вечный двигатель, если правильно взяться за дело.
— Слушайте внимательно, кадет.
Я откопал смету и стал зачитывать фрагменты вслух, переводя прямо с листа. Получилось примерно так:
— …строительство павильонов для проектного института — два миллиона долларов, проектные работы первого этапа — сто двадцать тысяч долларов, проектные работы второго этапа — семьдесят тысяч долларов, строительство операционного зала — один миллион долларов, размещение заказов на оборудование первой очереди…
Когда Витька замахал на меня руками, я перелистнул три страницы и объявил «итого»: тридцать восемь миллионов двести сорок пять тысяч долларов.
Витька был возмущен беспредельно.
— Дядька, это же чушь полнейшая! Неужели у нас в городской думе все до такой степени рехнулись?
— Погоди… Так вот, изучается смета в думе не для того, чтобы строить машину времени, а чтобы понять, как можно прокрутить большие деньги. Давай начнем сначала. Некто Дусик мечтает провести какой-то загадочный эксперимент с электромагнитными волнами. Он стал ко всем с ней приставать, и у нас его из всех инстанций поперли.
— Правильно сделали!
— Очевидно, все-таки ошиблись… — проворчал я. — Скорее всего, проект «Янус» имеет научный подзаголовок — что-нибудь о мерилинизации менсонизма электромагнитных излучений…
Дитя посмотрело со всей возможной свирепостью — Мерилин Менсон не так давно был его кумиром.
— Джереми Красти, конечно, чокнутый, с него станется и озеленение Антарктиды спонсировать, — безмятежно продолжал я. — Но очень уж солидные деньги. По-моему, он сперва показал проект каким-нибудь экспертам, а они нашли в Дусиковой мазне рациональное зерно…
— Да-а?.. — дитя посмотрело на меня с недоверием и сунулось носом в книгу. — «Электромагнитный излучатель сходящихся волн, в данном случае — сфера, каждая точка которой излучает волны во все стороны, в первую очередь — внутрь сферы…» Дядька, ты в этом что-нибудь понимаешь?..
— А ты на это рассчитывал?.. Знаю только, что существует какая-то связь между временем и электромагнитными волнами. Когда строили «Ловондатр», как раз и сделали такой шар, в котором было несколько слоев электромагнитных рабочих поверхностей…
— Вот-вот!
— Но этот шар был диаметром около метра, и опыты проводились с белыми мышками. А сдвиг был какой-то полусекундный. Для людей и для серьезных результатов потребуется шарик диаметром в десятки метров. Тренируйте память, кадет. Я помню все — и не понимаю ничего.
— Ага-а-а… Вот почему такой большой операционный зал… А что значит «Ловондатр»?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
