концов настроить звук, но изображение было не очень, мягко говоря. С другой стороны, главное не картинка, а настроение. И бутылка шампанского на всех работающих на третьем этаже, открытая в полночь под звон курантов, тоже не пьянства ради.
А потом к нам пришел Дед Мороз. Дед Мороз имел голос председателя профкома Шахова и был не один, а в сопровождении начальника станции, видимо вместо Снегурочки. Сказочная парочка поздравила нас, цепкими взглядами оценила уровень алкоголя в глазах, прошвырнулась по кабинетам, понюхали деловую атмосферу на посту. Одинокая бутылка из-под игристого вина была принята к учету, равно как и телевизор в операционном зале. Видимо, местные традиции такой вариант допускают, вокруг люди опытные, им виднее. Ну а потом начальственная камарилья свалила поздравлять других работников новогодней смены, станция большая, пока всех обойдешь, уже утро. Шаронов сразу по их уходу начал вызывать посты и предупреждать, что по станции шарится Дед Мороз, его благодарили за информацию. А мне даже понравилась эта местная традиция — с одной стороны Шафорост и те, кто её ввел когда-то, показывали, что не пьянствуют вдали от своих подчиненных в эту ночь, а поздравляют всех прямо на рабочих местах. А с другой стороны всем понятно, что без присмотра станция не осталась, пьянствовать им никто не разрешит. Чуточку, ради традиции, на один зуб — можно. Музыку на рабочих местах тоже. А вот шалман и бардак недопустим. Нормальная позиция.
Кто первый угадает, что я делал первого января? Правильно, спал без задних ног. Отсыпной, выходной… у железнодорожников свой график, совершенно не зависящий от выходных и праздничных дней прочих граждан. Хотя и среди «прочих» жителей Страны Советов куча людей ходит на работу по сменному графику, в котором нет места словам суббота и воскресенье. Фабрики и заводы непрерывного цикла работают безостановочно. И только работники сферы торговли и сервиса вне этого ритма. На той неделе наткнулся на статью в газете с говорящим названием «Магазин не место для прогулок». В этой статье на крик души какого-то читателя о том, что гражданам неудобно, что магазины по выходным закрыты, следовал ответ от бойцов торгового фронта. Жесткий такой ответ, что продавцы тоже люди, и имеют право отдыхать в субботу и воскресенье. Они люди, а все прочие не того сорта.
Второго января в четверг уже рабочий день, а я внезапно поперся в «Радиотовары» — решил подарить себе такому замечательному на Новый Год что-нибудь музыкальное в среднем ценовом диапазоне, чтоб с радиоприемником и вертушкой. Надоело сидеть в тишине. Ага, порадовал… Выбор был не сказать, чтоб совсем никакой, но цена на более-менее приличные аппараты кусалась. Вертушки третьего класса с усилителем и колонками стоили недорого — в районе ста тридцати рублей, но и качеством не баловали. Второй класс был чуть получше, но цена неведомом образом начиналась от трехсот рублей, а первый класс обидел жестко — от полутысячи за самый отстой с дизайном а*ля Штирлиц и до тысячи за что-то более современное.
Постоял в магазине, еще постоял… и пошел в своё общежитие, размахивая полами полушубка. Вот кстати, за полушубок трехсот рубликов было не жалко. Купленный мной в начале декабря с рук светлого песочного цвета приталенный полушубок с воротником из белой овчины был точной копией офицерских полушубков, какие снимают в кино про войну. Выдают их стрелкам военизированной охраны, а далее качественные меховые изделия расходятся по рукам как пирожки. Тут важно только клеймо затереть, чтоб потом никто не смог привязать твою шкуру к конкретному человеку, которому она выдавалась. Половина Новоузловска в таких ходит, особенно если брать железнодорожный район.
Фролов не как все, во-первых, он у нас молодой специалист из московского ВУЗа, а во-вторых… во-вторых мне банально было скучно. Способ покраски выдала на этот раз не память, а Лена во время очередного свидания. Ей самой стало интересно, ляжет ли анилиновая краска для шерстяных тканей на мех и мездру. На чужой мех и чужую мездру. Стиральную машинку предоставила мне она же с условием, что если прибор погибнет в моих чутких руках, то я куплю ей новую. Зачем машинка? А это уже внутренний голос расстарался, рассказав, как весело могут смотреться крупные вещи, если их красить без постоянного помешивания, передергивания и растаскивания. Полосато они будут выглядеть и пятнисто. А дальше без изысков и редких ингредиентов типа крови девственницы или сушеного сердца летучей мыши: соли полкило, хозяйственного мыла брусок, краска. Каждый ингредиент заранее растворяется в отдельных ёмкостях, далее со слезами и жалобным воем в две глотки вымачивается новенькая дублёнка в теплой воде, а потом всё, кроме мыла сливается в экстазе внутри стиралки.
А мыло заливается уже после покраски в новую воду, чтобы промыть остатки красителя. А после мыла полоскание, а потом полоскание опять… два несчастных создания напрыгались вокруг стиральной машины типа «бочка» за день настолько, что когда мамаша Ленкина ушла в ночную смену, никаких игривых мыслей не возникло. То есть на автомате я стащил трусики с попки подруги, наклонившейся над ванной в характерной позе полоскальщицы, но услышал от неё безнадежное: «И что?» Понял, что ничего, поднял за подмышки и выпрямил, чмокнул в щёчку и сменил Ленку. Дубленка сама себя не выполощет. Зато обтекала шкура уже сама. Долго и скучно. А потом ночью природа подарила нам минус двадцать градусов цельсия, так что утром моя шубка, висящая на балконе, более всего была похожа на сказочный наряд снежной королевы. Вся поверхность, особенно воротник, была покрыта искрящимися иголочками льда, нежный розовый цвет как-бы намекал:
— Фотай, размещай в сети, круто же!
— Чего? В какой сети, внутренний голос? Чем фотать?
— Телефоном. Ладно, забей. Я тебе потом расскажу.
По поводу нежного розового: после встряхивания дубленки родной цвет вернулся. Как бы кому не показалось диким, (а некоторым показалось) я выбрал в качестве родного цвета вишнёвый. Неизбитый цвет, зачетный. Через ледяные иголочки тон смотрелся розовым, но по факту меня устроил — брутальный темно-вишневый цвет после окончательного досыхания остался вполне насыщенным. Зато теперь ни одна падла не скажет, что на мне полушубок охранника. Тем более, что я перешил обшлага рукавов, срезал со спины армейский хлястик, а воротник мы с Леной слегка подстригли, чтобы он не выглядел убитой собакой. Большие пуговицы в тон и самодельные «разговоры», вышитые мной, не оставляли от армейского фасона ничего. Минимум, Югославский пошив, а то и сама Франция!
Теперь вы понимаете негодование покупателя в Югославской дубленке и итальянских джинсах по поводу отвратительного ассортимента «Радиотоваров», идущего
