уж отказалась от отпуска, то будет трудиться полный день и браться за дело, даже если не горит.
«Не горит». Кори поморщилась, мысленно ругая себя. Вот она злится оттого, что из-за невозможности попасть в криминалистическую лабораторию ее работа прервана, и даже не задумывается о том, что причина в пожаре, убившем ее наставника.
Вчера, поговорив с Гарсией, Кори достаточно успешно отгоняла от себя мысли и про смерть Морвуда, и про обвинения Лэтропа. Ранний звонок Норы Келли тоже в каком-то смысле ей помог: дал повод позвонить Гомеру Уоттсу, шерифу округа Сокорро, чтобы спросить, как искать пропавшего. А впрочем, «повод» — неподходящее слово: несмотря на то что Кори считала Уоттса весьма привлекательным (карие глаза, черные волосы, внешность кинозвезды, ковбойская экипировка — включая два револьвера «Миротворец»), в прошедшие несколько месяцев она почти не вспоминала о шерифе. А тот явно обрадовался ее звонку и был искренне опечален, узнав о гибели Морвуда. Когда Кори объяснила, почему звонит, Уоттс застонал в голос: в округе Чавес шерифом Буфорд[23] — исправный служака старой формации. Фамилия говорит сама за себя. У него лучше получается расхаживать в форме с позвякивающими на поясе наручниками, чем расследовать дела. Тем не менее Уоттс обещал позвонить Буфорду и ввести его в курс дела, если Кори согласится завтра встретиться за завтраком, чтобы поговорить — разумеется, исключительно о работе. Хотя Кори считала, что обсуждать им нечего, она согласилась, втайне радуясь этому приглашению.
— Привет, Кори.
К ней подошел разносчик почты. В стопке лежал толстый коричневый конверт — в таких пересылают корреспонденцию между отделениями ФБР. Кори схватила конверт и разорвала, а затем с интересом углубилась в чтение.
Если верить отчету, коронки изготовлены из сплава AISI 321 (нержавеющая сталь, никель и хром), причем работа очень тонкая и добросовестная. Существовала только одна страна, где так искусно работали с этим сплавом, — Советский Союз. Причем в строго определенный период — с 1939 по 1954 год.
Кори откинулась на спинку стула и принялась обдумывать это неожиданное открытие. Выходит, мужчина с коронками жил в СССР. Или как минимум провел там некоторое время. Что же он делал в Нью-Мексико в 1947 году? Ответ напрашивался сам собой.
Кори взглянула на часы. Вот черт, ровно одиннадцать! Она вскочила и выбежала из своего закутка. Если этот старший агент действительно готов поработать ее наставником, пусть даже временно, опаздывать на первую встречу нельзя ни в коем случае.
Дверь в кабинет Морвуда (то есть в бывший кабинет) была открыта. Кори из вежливости постучала по дверному косяку.
— Проходите, — ответил баритон.
Кори шагнула внутрь.
Она была удивлена, заметив, что в кабинете практически ничего не изменилось. Со стола исчезли разные мелочи, принадлежавшие Морвуду, а со стен сняли несколько похвальных грамот в рамках, но вся мебель стояла на своих местах, а живописные пейзажи и содержимое книжных полок остались нетронутыми. Все это, а также энтузиазм, с которым Кори спешила на встречу с человеком, занявшим место Морвуда, вызвало у нее и чувство вины, и грусть. Кори не знала, почему в кабинете все оставили как есть — потому что старший агент только что прибыл, из уважения к Морвуду или по обеим этим причинам. Но теперь она осознала, насколько замкнутым человеком был ее наставник: Морвуд никогда не выставлял свою жизнь напоказ.
При ее появлении новый хозяин кабинета встал из-за стола. Кори не ожидала, что он окажется таким молодым, особенно по сравнению с Морвудом, а потом сообразила, что при таком типе лица возраст человека угадать трудно: может быть и тридцать пять, и лет на десять больше. Костюм, чисто выбритое лицо и стрижка — все по стандарту ФБР. Но было в этом человеке что-то такое — может, приветливая улыбка или то, что он не прикидывается аккуратистом и не убрал со стола несколько открытых папок, — что напомнило Кори об агенте Пендергасте и его беспечном пренебрежении формальностями.
— Вы, должно быть, агент Коринна Свенсон, — произнес старший агент. — Очень рад знакомству. Пожалуйста, садитесь.
— Спасибо, сэр, — ответила она.
Кори машинально направилась к стулу, который всегда выбирала, но потом решила сесть на соседний.
— Я хотела поблагодарить вас за то, что вы согласились…
Временный наставник вскинул руки, будто сдаваясь.
— Прошу вас, не надо, — сказал он. — Во-первых, я не уверен, надолго ли задержусь здесь в связи с моим расследованием — хотя, возможно, пробуду в ваших краях дольше, чем планировал. А во-вторых, я могу оказаться несносным тираном.
Он снова улыбнулся, и Кори кивнула, позволив себе чуть улыбнуться в ответ. Теперь она была еще больше рада, что ей дали временного наставника. Это означает, что карьера будет благополучно идти своим чередом, и к тому же новый наставник явно понимает ситуацию и старается, чтобы Кори чувствовала себя как можно комфортнее.
— Вот что я вам скажу, — продолжил старший агент, пригладив каштановые волосы. — Поскольку это наша первая встреча, говорить буду в основном я. Дам вам немного расслабиться. Могу представить, как тяжело вам дались эти выходные.
— Спасибо, — повторила Кори и поспешила добавить, — сэр.
— Прежде всего хочу сказать, что гибель Морвуда — большая трагедия. Понимаю, для вас это был страшный удар. Я с ним ни разу не общался, но коллеги его очень уважали, а в начале карьеры он выкарабкался из пары передряг, о которых до сих пор любят вспоминать наши старожилы. Может, когда-нибудь поведаю о его приключениях и вам.
— Буду очень рада, сэр.
— Пожалуй, лучшее, что я могу для вас сделать, — рассказать о ходе расследования пожара. Конечно, оно еще только началось. Следов горючих веществ не обнаружили — а впрочем, едва ли кто-то сумел устроить поджог прямо в подвале ФБР. Но что бы ни послужило причиной возгорания, полыхало мощно — боюсь, от лаборатории мало что осталось. — Старший агент выдержал паузу. — Ну а что касается агента Морвуда, то предварительные результаты свидетельствуют о смерти от удушья. Через день-два, после вскрытия, патологоанатом предоставит полный отчет. Можете послушать его вместе со мной… если хотите, разумеется.
— Да, сэр, хочу.
— Надеюсь, к тому времени мы выясним, что он делал в здании в такой поздний час, хотя, как я понял, он вообще был совой. — Временный наставник вскинул брови, превращая утверждение в вопрос.
— Да, верно.
— Хорошо. А теперь давайте поговорим о деле, которым вы занимались. — Он взял со стола две папки и стал искать нужные документы. — В районе Розуэлла двое неизвестных были застрелены и зарыты в землю. Я просмотрел материалы, и все же хотелось бы узнать подробности напрямую
