от вас. Это ведь ваше дело.
Он улыбнулся, и в глазах блеснули едва заметные озорные искорки.
Кори набрала полную грудь воздуха. Она коротко изложила факты по делу — увы, они уместились в жалкие несколько фраз.
— Спасибо, — произнес временный наставник, выслушав ее. — Каковы ваши дальнейшие шаги?
— Утром мне пришел отчет о четырех коронках из нержавеющей стали.
Он опять вскинул брови:
— Прошу меня простить — как я уже сказал, я еще не разобрался во всех деталях.
— Речь идет о коронках убитого мужчины. Я обратила внимание на необычный материал и отправила их в Куантико для анализа. Оказалось, коронки изготовлены в Советском Союзе. Вероятно, мужчина русский, а учитывая, где и когда произошло убийство, он, скорее всего, из разведки.
При этих словах наставник медленно кивнул:
— И?..
— Если он был шпионом, его, несомненно, интересовала программа по разработке ядерного оружия в закрытом городе Лос-Аламосе: тогда, в сорок седьмом, о ней отлично знали в СССР. Мне говорили, что большинство тогдашних советских агентов базировались в Санта-Фе.
— Очень любопытно.
— Конечно, это маловероятно, однако можно допустить, что стоматологическая карта убитого до сих пор лежит в каком-нибудь пыльном архиве в Санта-Фе и она поможет установить личность жертвы. Собираюсь ехать в Санта-Фе — хотя бы потому, что других зацепок у нас мало.
— Хороший план, — одобрил наставник.
— Спасибо, сэр.
Он отложил папку в сторону и чуть подался вперед.
— Разумеется, я хочу, чтобы вы держали меня в курсе дела. А для этого соберите в единое целое все следы и доказательства, которые есть у вас на данный момент, — так будет лучше всего. Вместе мы оценим ситуацию и решим, куда двигаться дальше — особенно после того, что произошло.
При новом напоминании о пожаре и гибели Морвуда у Кори сжалось сердце.
Ее новый наставник догадался, о чем она думает, и, понизив голос, добавил:
— Послушайте, что я скажу, агент Свенсон. Я знаю, в чем вас обвиняют, но и об этом типе по фамилии Лэтроп я тоже наслышан. Официальных обвинений не ждите, вы не фигурант расследования. Не знаю, интересно ли вам мое мнение, но я на сто процентов уверен: после установления причин возгорания ваша репутация будет восстановлена. Поэтому я советую — да что там, приказываю вам! — не казнить себя. — Наставник выдержал паузу. — Я прочел отчеты агента Морвуда о вашей работе, и, хотя напрямую он этого не писал, у меня сложилось впечатление, что он считал вас лучшей из своих подопечных.
Кори ожидала чего угодно, только не этого, и ее броня не выдержала. Чувства прорвали плотину, и она едва сдержала слезы.
— Спасибо, сэр, — ответила она, изо всех сил стараясь сохранить самообладание.
— А теперь мой второй, и последний на сегодня, приказ. — Наставник чуть улыбнулся. — Пожалуйста, не обращайтесь ко мне «сэр». «Агент Лайм» меня вполне устраивает. А я буду называть вас «Свенсон». Договорились?
— Договорились, — ответила Кори, убедившись, что может сдерживать дрожь в голосе.
— А дальше?..
— Договорились, агент Лайм.
— Так-то лучше. Спасибо, Свенсон. А теперь идите и соберите все, с чем мы можем поработать.
Лайм кивнул, отпуская Кори. Она встала, вышла из кабинета и направилась к своему столу.
32
Грег Бэнкс, сидевший за рулем джипа, остановился рядом с машиной Таппана и третьим джипом, который вела Сесилия Тот. Когда поднятое колесами облако пыли начало оседать, они вышли из автомобилей и принялись оглядывать плоскую белую равнину, за которой высился ряд холмов. От царившей вокруг пустоты Бэнксу стало не по себе, и все же в этом пейзаже была своя прелесть. Ничего подобного ему видеть еще не приходилось — разве что в научно-фантастических фильмах, которые он обожал в детстве.
— На этом месте Битан договорился встретиться со Скипом, — проговорил Таппан, взглянув на GPS-навигатор. — Поиски начнем отсюда.
Солнце поднялось высоко над горизонтом, жара усиливалась. Далекий пыльный вихрь изогнулся в воздухе, будто бледная змея, стоящая на хвосте.
— Ищите следы, — велел Таппан.
Разглядеть их на мягкой растрескавшейся корке оказалось нетрудно: одни вели влево, другие вправо. Бэнкс окинул взглядом высохшее озеро: нет, Битана нигде не видно.
— Грег, вы поедете налево, мы направо, а вы, Сесилия, посередине. Направляемся к холмам.
Все снова расселись по машинам. Бэнкс не спеша поехал по иссохшей земле. Следы все время петляли: видимо, таков был маршрут поисков Битана и Скипа. А потом они скрылись среди холмов. Бэнкс остановил джип у подножия: дальше даже на внедорожнике не проехать. Он вышел из машины и стал осматривать землю, но разглядеть следы на травянистых склонах оказалось невозможно.
У него затрещала рация.
— Бэнкс?
Таппан.
— Пойдем через холмы пешком на расстоянии полумили друг от друга.
— Понял.
— Ни в коем случае не выключайте GPS-трекер.
Бэнкс пожал плечами, на которых висел рюкзак с едой и водой. Взбираясь на холм, он думал о Битане и его причудах. Ему этот тип с самого начала не понравился. Бэнкс сам не знал почему, но все время казалось, что Битан себе на уме. А еще была в астрономе какая-то отчужденность или, может быть, даже высокомерие.
Он поднялся на первый холм и осмотрел местность в бинокль. В тысяче ярдов справа кто-то из коллег занимался тем же самым. Как ни странно, здесь пейзаж еще больше напоминал инопланетный: низкие холмы жмутся друг к другу, высокая трава колышется на ветру, а стволы дубов закручены, точно у деревьев бонсай. Между холмами пролегли овраги. Если с человеком что-нибудь случится в здешних дебрях, его труп так и будет лежать на дне одного из этих оврагов и никто его не найдет.
Краем глаза Бэнкс заметил движение и поспешил нацелить бинокль в ту сторону. Небольшое стадо лошадей поднялось на вершину холма, а потом скрылось на другой стороне. Лошади бежали быстро, явно потревоженные вторжением на их территорию. Хорс-Хевен-Хиллс — очень подходящее название, отметил Бэнкс, спускаясь с противоположной стороны и продолжая путь.
Он двигался на север, то вверх, то вниз по склону, иногда шагая по узким лошадиным тропам. Но единственные, кто изредка попадался на его пути, — кони, пугливые, будто олени. Едва завидев Бэнкса, они сразу бросались наутек. Через несколько миль холмы закончились, и перед ним раскинулась широкая долина. Тут и там высились останцы из красного песчаника. «Наверное, это и есть Лос-Гигантес. Ничего не скажешь, и впрямь великаны», — подумал Бэнкс. А за ними — подножия гор, пурпурные в утреннем свете.
Бэнкс остановился передохнуть в тени дуба. Попил воды, распечатал батончик мюсли. Все-таки при странных обстоятельствах он оказался в этом месте.
