и дома, которые клонились друг к другу не по задумке инженеров, а из-за просадки грунта, здорово его пугали. Пугали и трещины на этих домах, и арматура, торчащая из обвалившегося фасада некоторых этажей. Но больше всего пугало то, что в этих домах жили люди.
– Дюка нет… Он в отъезде, – произнесла стройная девушка, запуская тонкие пальцы в пряди волос винного цвета. – Что-нибудь передать ему?
– Нет, спасибо.
Узнав в нем Приспешника, о котором рассказывал Дюк, девушка дружелюбно улыбнулась, жестом пригласила Ареса пройти и, внимательно осмотревшись, захлопнула дверь.
* * *
Срочное собрание объявляли у них нечасто. Арес даже сказал бы, что это было третье за всю историю. Но именно он и был его инициатором.
– Так ты предлагаешь освободить подопытную? – с подозрением спросила Первая Леди купола. Ее тон свидетельствовал о сильном недовольстве.
– Да… Я следил за ней, пытаясь вычислить местоположение остальных… Я отпущу ее и приведу с десяток таких же! – скрывая волнение, рапортовал Арес.
Эту идею предложила ему девушка, которая встретила его в доме Дюка. Объяснив, что Дюк не сможет помочь с системой безопасности, да и вряд ли смог бы, даже если бы был здесь, она предложила другой план. «Сомневаюсь, что после такого ты сможешь вернуться, но у нее появится шанс сбежать».
– В этом нет необходимости, – вклинилась в разговор Илона. – Леон и Кай проследили за отрядом изгнанников и нашли деревню, – чуть не выпрыгивая из кресла за столом в зале совещаний, воскликнула она.
– Это правда? – удивилась доктор Рихтер.
– Д… да, – запинаясь, ответил Кай, мельком взглянув на Илону. Ни о чем подобном отчет они пока не сдавали.
– Иви, тебе ничего об этом не известно? – Возмущенный взгляд Первой Леди был устремлен на доктора.
– Нет, госпожа Мира. Впервые об этом слышу.
– То есть вы, найдя то, что мы ищем уже больше года, не удосужились предоставить отчет?!
– Мы не все еще разузнали… – попытался оправдаться Леон.
Понимая, что подставила всех, Илона поспешила смягчить ситуацию:
– Госпожа Мира, Леону и Каю удалось узнать одного из изгнанников…
Дрожащей рукой Илона нажала пару кнопок на клавиатуре перед собой, и над столом возникло голографическое изображение.
– Некто Дюк Нордан, он же Дюк Ларс, Дюк Арон и еще шестнадцать других фамилий и дат рождения. Самый опасный хакер, подозреваемый в связях с сопротивлением. По совместительству – мастер-наладчик нашей системы безопасности.
Арес сразу узнал его, и новость про изгнание оставила неприятный осадок, особенно после разговора с девушкой в доме Дюка: «Она ждет его, но знает ли, что он не вернется?»
– Что ж, тогда штурмовая группа выдвигается на рассвете. Деревню захватить, жителей доставить на допрос. Если найдете этого хакера, избавьтесь от него. Он давно должен быть мертв. И мне даже предоставляли отчет о его смерти. А почему это не так – теперь моя забота. Вероятно, и у нас тут завелась крыса. – Мира уже готова была закончить собрание, привстав со стула, но тут вмешался Арес:
– Леди Мира, кроме деревни, в лесу есть поселения, которые мутанты разбили сами. Полагаю, втайне от людей в деревне. И их там куда больше. – Вспомнив искалеченное тело Гелиос, он едва заметно вздрогнул и добавил: – Я настаиваю на том, чтобы отпустить пленную мутантку как наживку. Она приведет нас к остальным.
– Если вы уверены в исходе операции, действуйте, – сказала Первая Леди. – У тебя есть план?
– Да, – отозвался Арес. – Я выведу ее за купол. Отпущу и прослежу за ней.
– Я сама! – выкрикнула Илона, понимая, к чему это приведет.
– Иванка, разберись! Что за детский сад! Куда делась ваша хваленая дисциплина?
Первая Леди покинула зал заседаний, что-то бормоча себе под нос. Ничто не беспокоило ее сейчас больше, чем состояние дочери. Неожиданно неприятная новость настигла ее прямо во время совещания.
– Прикажите накормить мутантку, пожалуйста. Вечером я зайду к ней, – попросил Арес доктора Рихтер.
Уловив искры в небесно-голубых глазах, доктор внезапно поняла, в чем дело. Будучи инициатором создания проекта «Приспешники», она воспринимала своих подопечных как собственных детей и знала каждого лучше, чем те знали себя сами.
Работа по изучению мутантов не приносила доктору Рихтер никакого удовольствия. Она прекрасно знала, что те – не угроза для людей, и первое время даже оплакивала каждого. Со временем она смирилась. Выбора не было: откажись она от должности, это наверняка стоило бы ей жизни – правительство не оставляло в живых тех, кто слишком много знал.
И сейчас она была уверена, что всегда тихий и немногословный Арес испытывал не сострадание. Она вспомнила, что последние несколько дней он не находил себе места, то и дело срываясь по любому поводу. От его холодного спокойствия не осталось и следа с того момента, как он увидел девушку на операционном столе. Сегодня утром Арес, не справившись с контролем над экзоскелетом, словно свежее печенье, переломил пополам двадцатикилограммовый диск от штанги. Инцидент, конечно, требовал расследования, но Арес убедительно обвинил во всем головокружение, вызванное нарушением питания, которое заметили у него пару дней назад. Доктор усердно отгоняла от себя мысли о влюбленности Ареса, но этот взгляд, полный безнадежной решимости, и опустившиеся в печали, словно после жуткой болезни, уголки рта не оставляли места сомнениям.
Мгновенно поняв его замысел, доктор Рихтер на миг ощутила грусть и безнадежность от того, что, скорее всего, видит его в последний раз.
«Он ведь не собирается прощаться? Правда? Конечно, не попрощается…»
– Это моя жертва. Я сама прослежу за ней! – выкрикнула Илона.
Арес, уже стоявший на пороге, словно влетел с размаху в прозрачную стену. Мгновенно развернувшись, он пронзительным буравящим взглядом уставился на Илону, затем перевел глаза, полные укора, на Иванку Рихтер, которая тут же спешно отвернулась от него. Быстро сообразив, что Илона не врет и Гелиос поймали не солдаты, Арес кое-как совладал с собой, старательно сдерживая гнев, и даже сумел выдавить из себя улыбку. Затем, преодолевая болезненный ком в горле, обратился к девушке:
– Илона, пожалуйста. Я ни о чем никогда не просил тебя.
– Илона… – попыталась вмешаться доктор.
– Нет! – резко вскрикнула та, сжав кулаки.
– Пожалуйста, – продолжил настаивать Арес. – Ты и так… уже немало сделала.
Илона, чье сердце ревниво кольнуло от этого завораживающего голоса, недовольно фыркнула и, развернувшись, покинула комнату.
* * *
– Тихо. – Арес коснулся пальцем губ, призывая к тишине.
Отбросив в сторону ремни, удерживающие Гелиос, он аккуратно, словно фарфоровую куклу, взял ее на руки и направился к выходу. Дрожащая от испуга девушка пыталась унять слезы и что-то сказать, но губы не слушались. Тогда она крепко прижалась к
