в комнате вновь стало тихо – экзоскелет был готов к использованию. В таком, пока еще собранном виде на теле его практически не заметишь: неширокая полоска вдоль позвоночника и четыре стропы, опоясывающие бедра и бицепсы. Несколько раз глубоко вздохнув, Арес привычно сделал крохотный шажок вперед, проверяя, как отреагировало тело, затем – еще три стремительных, чтобы убедиться в функциональности костюма. Не заметив отклонений, он неуловимым движением пальцев правой руки активировал его развертывание – пластины выдвинулись из корсета во все стороны и быстро покрыли тело.
«То, что мы не можем ничего сделать без лекарств – какая-то не здоровая зависимость», – с раздражением подумал Арес, уже начав упражнения в зале. Проспав на час меньше положенного, он опередил своих коллег на два часа. А следующим утром, когда остальные будут еще спать, отправится к Гелиос. Но даже если бы он нашел способ остаться с ней… долго бы не протянул. Его организм уже не может функционировать по-другому.
Случайно взглянув на настенный календарь, Арес вдруг вспомнил, что завтра у него день рождения. Улыбаясь при мысли о том, что сможет провести этот день с возлюбленной, он не заметил, как Илона, подкравшись со спины, обняла его за плечи. Вздрогнув от неожиданности, Арес отстранился.
– А, это ты… – разочарованно произнес он. – Не делай так больше, пожалуйста.
Илона готова была провалиться сквозь землю, ведь сейчас на них смотрел весь зал. Стыд перешел в ярость, щеки Илоны покраснели, губы задрожали от обиды. Как же ей хотелось крикнуть, что со своей мутанткой он теперь не встретится! «Она не придет! У тебя ее больше нет!» Но она сдержалась, круто развернулась и выбежала из зала, вытирая слезы.
Следующим утром Арес покинул купол первым. Из-за этой особенности – все делать первым – начальство часто ставило его в пример: мол, смотрите, какой старательный, стремитесь к тому же. Остальным это, конечно, совсем не нравилось, и, если бы он не возвращался на те же три часа раньше, Арес давно бы выслушивал массу нелестных фраз в свой адрес.
Выйдя за купол, он отметился в общем консольном электронном журнале. Доступ к нему имели все Приспешники; чтобы не мешать друг другу и не исследовать одни и те же участки, они отмечали, куда направляются сегодня. Затем Арес быстро направился вглубь леса. Каждый раз он двигался разными маршрутами, чтобы его ни в чем не заподозрили. Покинув зону прямого наблюдения и пройдя еще с километр, Арес свернул и ускорил шаг. «Послушалась, что ли? Не встречает…» – подумал он, отметив, что на параллельной тропе не слышно шагов, как было обычно, когда его встречала Гелиос.
На новом месте встречи Гелиос не оказалось.
«Она никогда не опаздывает…» – забеспокоился он и почему-то именно от этого, казалось бы, незначительного факта ему стало не по себе.
«Может, она ждет в руинах? Как раньше?»
Отгоняя печальные мысли, Арес двинулся назад. Но и там Гелиос не было. Надежда не покидала его.
«Может, решила бросить меня?.. Надеюсь, что так. Только бы с ней ничего не случилось», – бесконечно повторял про себя Арес, словно молитву, рыская по лесу в поисках следов. Наткнувшись на свежую могилу, он ощутил холодную дрожь по всему телу. Убеждая себя, что могила для нее маловата, Арес безуспешно ждал Гелиос в доме, где она все обустроила для них, до тех пор, пока солнце не ушло за горизонт.
* * *
В полдень Гелиос стали готовить к операции. Голодная и ослабшая, она была напугана, но виду не подавала. Она догадывалась, что ее соплеменник пропал не просто так, а значит, рано или поздно это могло случиться и с ней. Гелиос утешала себя тем, что по-другому и быть не могло, что она ожидала чего-то подобного, но дрожащее, покрытое мурашками тело говорило о том, что к такому заранее подготовиться нельзя.
И она просто ждала…
Доктор Рихтер не смогла отказать Илоне в просьбе понаблюдать за опытом – с ее настойчивостью вообще справлялись немногие. Поэтому сегодня ей разрешили не покидать купол.
– Какая красивая. Я бы не прочь завести себе такую даму. И почему их нельзя оставлять? – сокрушенно пробормотал парень в медицинской форме.
– Да. Особенно глаза… Завораживают, – проговорил, склонившись над Гелиос, другой, постарше.
Илона мгновенно вмешалась:
– Вы работать будете?
Ассистенты бросили на нее недовольные взгляды, затем тот, кто постарше, надел на лицо Гелиос маску, соединенную с баллоном, стоящим рядом:
– Спи, девочка, спи…
Наркоз подействовал быстро. Спустя несколько секунд глаза Гелиос закрылись, и она уже не чувствовала, как острый скальпель скользит по ее фарфоровой коже. Кровь едва выступала, сказывалось низкое давление из-за нахождения под куполом.
– Надо было ее хоть покормить, – недовольно проворчал третий врач, пожилой хирург, и тяжело вздохнул: – Что они за люди…
Двое ассистентов, которые обсуждали красоту Гелиос, виновато переглянулись. Да, они могли вколоть ей хотя бы глюкозу, но так увлеченно ее разглядывали, что не подумали об этом. Впрочем, им за это ничего не будет. Она все равно проживет недолго.
Второй подопытный – солдат, больной раком, – спал под наркозом на столе рядом с Гелиос. Высокий, смуглый, атлетически сложенный, на вид лет двадцати пяти – он должен был либо умереть от болезни, либо пережить экспериментальную операцию и обрести маленький шанс стать мутантом, чтобы излечиться, как ему пообещали.
То, что этого не произойдет, стало понятно сразу после того, как ему вырезали почку и пересадили Гелиос. Ее тело спокойно приняло чужой орган – после небольшого падения давления и пульса почка заработала, словно родная. Солдат же умер мгновенно, как только зажим сняли и кровь с мутагеном попала в его сосуды.
– Следующего! – недовольно крикнула Илона; затем, спохватившись, посмотрела на доктора Рихтер. Получив в ответ одобрительный кивок, отвернулась.
– Стоило начать с пересадки кожи, – проговорила доктор, поправляя очки на носу.
* * *
Арес, поникший и подавленный, медленно и нехотя брел к месту сбора. Таким же он и вернулся под купол. Увидев его грустное лицо, Илона, втайне ликуя, спросила:
– Что-то не так? Что случилось? Ты здоров? Как ты себя чувствуешь?
– Нормально, – тихо бросил Арес и прошел мимо.
На этот раз он не торопился проснуться и не смог заставить себя поесть после пробуждения. С размаху разбил стакан о стену. А через полчаса рухнул без сознания в тренировочном зале.
Глава 17
Очнувшись и оглядевшись, Арес сразу понял, что находится в лазарете. Голова кружилась, рука, отведенная в сторону и зафиксированная ремнями,
