спасали?
Голос Андреаса, раздавшийся с кухни, отвлек от размышлений. Бросив все дела, я рванула туда и… застыла на пороге, обнаружив темное зеркало портала, за которым, надо полагать, и стоял сосед.
– Можно войти? – повторил вопрос он, некоторое время спустя. Валь бы ввалился, что называется – с ноги, а этот разрешение спрашивает. Удивительно!
– Входите! – сказала я, улыбаясь.
Настроение было замечательное. Точнее, стало. Особенно когда я увидела в руках шагнувшего в кухню мужчины тортик. Тирамису – мой любимый! Черт! Я в платье новое, вообще, влезу? Сначала пирожные, потом торты… какой-то парад сладостей, отказаться от которых нет сил, ибо стресс!
– Я тут принес кое-что, – гость протянул мне коробку с красно-золотым логотипом кондитерской.
– Спасибо! – ответила я, забирая угощение.
– Может, еще продуктов каких-нибудь купить? – предложил часовщик.
– Не надо.
– Надо! – оспорила мое заявление Мурка, выглянувшая из комнаты на голоса. – А то посадили, понимаешь, девочку под домашний арест, – проворчала она. – У, маньяки! Одним борщом сыт не будешь. Стаська – растущий организм. Ей кушать надо! А еще учиться и готовиться к балу. Заколочки с сережками к платью прикупить. А вы… О! Тортик, – резко подобрела фамильяра, обнаружив подарок. – Проходи, гость дорогой, располагайся, – сменила гнев на милость она.
– Заколочки, значит, – задумчиво повторил сосед.
– Не слушайте ее, Андреас! – схватив его за руку, я потянула мужчину за собой в комнату – подальше от Мурмизулии, получившей в когтистые лапки вожделенный десерт. – Идемте, я хочу у вас кое-что спросить…
В голове навязчиво вертелся вопрос про платье, но разговор я завела про демонов, потому что побоялась выглядеть в глазах гостя глупой девчонкой, которую вместо действительно важных вещей интересует всякая праздная ерунда. Да и вдруг не он мой Дед Мороз? Страшно оконфузиться.
За обсуждением реферата мы провели часа полтора, не меньше. За окном потемнело, на улице зажглись фонари. Андреас много рассказывал о демонах такого, чего в энциклопедии не было. Например, забавные истории, связанные с ушлыми чертями, всеми правдами и неправдами пытавшимися поучаствовать в жизни людей. Если бы еще не из корыстных побуждений действовали, цены бы этим комикам не было.
Но не из корыстных рогато-копытная братия действовать не умела. Во всем свою выгоду искала, пытаясь использовать любой контакт с человеком в свою пользу. Так что связываться с демонами мастер мне строго-настрого запретил, поддержав в этом вопросе Валя. И на Муркино «Ой, да ладно! Не так страшен черт, как его малюют» заявил, что посадит ее в ловушку для духов, если она продолжит столь легкомысленно относиться к моей безопасности.
– Маньяк! – обиженно фыркнула Мурмизулия, возвращаясь на кухню, где ее ждал повышающий настроение тортик.
– Ловушка для духов? – шепотом переспросила я, улыбаясь.
Хоть кто-то щелкнул Мурку по носу с ее желанием быть всегда правой. Только вот очков это часовщику не добавит, и начнет розовая прелесть ездить мне по ушам, рассказывая, какой хороший Валь и какой плохой Андреас. Хотя преподаватель, насколько помню, ей тоже демонов вызывать запретил, однако клеткой не угрожал и даже выслушал все ее доводы. Придется соседу разоряться на сладости при каждом визите ко мне, если он хочет вернуть расположение фамильяры. А хочет ли?
– Это такой волшебный ящик, – пояснил гость, задумчиво листая энциклопедию. – Помещенные туда духи теряют свою физическую оболочку.
– Насовсем? – перестала улыбаться я, ибо жалко же духов.
– Нет. Пока териоморфный дух в ловушке, его тело спит. Но, если время наказания затянется, оно может и погибнуть от физического истощения.
– И вы… – спросить, мучил ли он фамильяров, язык не повернулся. – У вас есть такой ящик?
Андреас поднял глаза от желтоватых страниц и внимательно посмотрел на меня.
– Я похож на живодера, Настя? – Уголок его губ чуть поднялся, наметив улыбку, которая так и не оформилась.
– Нет, но вы так много знаете об этой… ловушке, – стало стыдно за свои подозрения.
– Артефакторам положено все знать про артефакты, амулеты и прочие волшебные вещи. Ну, или многое. Был у меня один заказчик, который требовал собрать ему такую темницу, инкрустированную золотом, для воспитания его отбившейся от рук фамильяры. Я отказался.
– И правильно сделал! – воскликнула Мурка, буквально сняв с языка эту фразу. Оказывается, на кухню она удалилась только для виду, а сама сидела в коридоре и подслушивала, что там гость еще расскажет. Умно! – Мы, фамильяры, бываем очень мстительными, – прозвучало как предупреждение.
– Серьезно? – На этот раз часовщик улыбнулся: широко и открыто. – А по Брине моей не скажешь.
– Это потому что не за что мстить, – предположила я.
– Ей просто лень, – сделала свои выводы киса и ушла-таки на кухню. По-настоящему. – Торт будете? – донеслось оттуда.
Мы с Андреасом переглянулись. От Тирамису отказаться практически невозможно, да и гостя угостить чаем надо бы, но… как же моя фигура?! Надо все же попросить соседа покупать фамильяре другие гостинцы, потому что этот конкретный тортик для меня – соблазн из соблазнов.
– Мне чуть-чуть, а господину Канерве отрежь кусочек побольше, – потребовала я, подозревая, что Мурмизулия, обиженная на речи про ловушку, отыграется на размере порции гостя.
– Да я не голоден… – попытался отвертеться от чаепития маг.
– Нет уж! – заявила я строго. – Ваш тортик? Ваш! Вам и пробу снимать. – Момент, что ее уже наверняка сняли, я как-то упустила.
– Не доверяете, Анастасия? – грустно улыбнулся мастер.
– Вы неправильно поняли, – ругая себя мысленно за длинный язык, принялась убеждать его я. Еще и за руку снова взяла, как тогда на кухне. А он накрыл мои пальцы своей второй ладонью, поймав их, будто в капкан, чуть сжал и… внезапно предложил:
– На свидание пойдем сегодня, Настенька? Засиделись вы за уроками. Надо бы развеяться, отдохнуть.
– На сви… – Я запнулась, хмуря брови. – Но как? Вы же с Вальдемаром Сигизмундовичем сами велели мне дом не покидать.
– Так это ж без сопровождения нельзя, а со мной – можно, – продолжил уговаривать змей искуситель, лукаво глядя на меня.
И сразу так захотелось пройтись по улочкам под руку с рыжеволосым магом, подышать свежим морозным воздухом, насладиться предпраздничной суетой, а потом согреть озябшие пальцы о чашку горячего кофе с ароматной корицы.
М-м-м… мечта!
– Ваш десерт, – влетев с двумя блюдцами, зажатыми в лапках, сообщила Мурмизулия. Как только не опрокинула их… или это волшебная сила тортика так действует? Уронить такое сокровище никак нельзя. – Я испортила момент или сорвала игру в гляделки? – поддела она и без того смутившуюся меня.
Высвободив руку из плена мужских пальцев, я сжала ее в кулачок и спрятала под стол.
– Мы просто разговаривали.
– Об обещанном мне свидании, – продолжая гипнотизировать меня взглядом, добавил Андреас.
– С тортиком, – подвела итог
