Запалив масляную лампу, висящую на стене мавзолея, громко и вслух попросил у усопших прощения за вторжение – знаю, что это бзик, но…
Мне так спокойнее!
Подперев входные двери каменной крышкой, так и не накрывшей последний саркофаг, достал из сумки котелок, флягу с водой и решетку…
Сосредоточился и под решеткой заплясал веселый огонек, маленький, но жаркий.
Да, я научился и такому, и еще кое-чему…
Засыпав в котелок две пригоршни странного вида семян, слегка обжарил их, а потом залил водой, превращая в странное «еду-питье», сытное и, если с крысиным мясом, та даже и вкусное.
Пока котелок булькал, достал из сумки шашки, вынул их из ножен и вздохнул.
На казачье оружие эти два клинка больше не походили.
Прямые, обоюдоострые, с острыми концами и…
Встав в стойку, что осталась в голове со времен изучения базы «Самооборона», поднял оба клинка над головой и…
Воздух запел, разрезаемый сталью!
Четыре минуты!
Только четыре минуты!
Всего-навсего – четыре минуты!
Ровно настолько хватает меня, моей выносливости и моего равновесия.
Потом – все, баста!
Я молчком валюсь с ног и ползу жрать!
Эти два клинка выпивают меня, но…
Без тренировки с ними я уже не мыслю этих подземелий!
Умяв весь котелок, достал из сумки накидку-пончо, завернулся в нее и, пригасив огонек, отрубился.
Мне снова снилось все то, что осталось наверху.
Но снилось зыбко, маревно, туманно.
Я еще хотел наверх, но…
В мире подземном никто не пытался меня поработить.
Сожрать – да, сколько угодно, а вот поработить – нет!
Долгие и нудные переходы позволили добить до капы купленные раньше базы, а когда базы кончились – занялся «псионом», который в этих краях полетел вперед семимильными шагами, правда, сетуя на то, что силенок у меня маловато.
Концентрация, внимательность – все было идеально, по меркам базы, а вот силенок – маловато.
Сейчас мой «нейроадаптер-нейросеть» пытается приноровиться к моим возможностям, постоянно их «раскачивая», но…
Все, на что я способен, это мой «Огонек» на котором я себе готовлю, «Лед», которым так удобно притормаживать бегущих на тебя тварюшек, «Земля», которой надо пользоваться чаще, но мне лень.
Поворочавшись с боку на бок, запустил на адаптере слип-режим и отключился.
Чтобы проснуться от истошного женского вопля!
Потом еще и еще одного!
И только после пятого вопля до меня дошло, что вопит не мерзкая шерстяная землеройка, а самая настоящая женщина!
Выбравшись из мавзолея, глянул по сторонами и замер в восхищении – где-то слева от меня, с той стороны откуда я пришел, полыхали электрические разряды и глухо бумкали взрывающиеся файерболы.
Взвесив «за и против», решил хоть одним глазком глянуть, кто это там такими силами щемится в открытую дверь?!
Минут через десять, разглядывая с крыши надгробия «Воина Туллика Хвата III» разыгравшуюся картину битвы, задумчиво чесал нос…
Вот, скажите мне на милость, откуда здесь, в том месте где я прошел меньше суток назад, нарисовалось столько самых настоящих зомби, скелетов и существ, похожих на костяных собачек?!
Ведь не было же никого!
А теперь вот две команды, упершись спинами в стены, давали «свой последний и решительный», вместо того, чтобы забраться повыше и расстреливать всю эту воюще-гавкающе-скрипящую толпу, сверху!
Причем, что бесило больше всего, обе команды еще и друг в друга успевали пулять!
- Там! Туда, живее! – Молоденькая магичка подхватила свою блондинистую подругу и рванула в мои сторону, разбрасывая огненные шары во все стороны со скоростью пулемета!
Враг ошалел.
Нападающие мертвяки – ошалели!
Даже я ошалел, но успел увернуться от летящего в мою сторону роя файерболов и начал стратегически отступать, стараясь держаться от таких психопаток как можно дальше!
Через пять минут, решив, что оторвался достаточно, совершил «Суворовский обходной маневр» по крышам и куполам кладбища, норовя зайти в тыл бешеной стрелялки и ее команды.
В тыл зайти не удалось – команда резво шевелила булками, но вот посмотреть на то, что осталось от их противников мне удалось.
Ничего от них не осталось.
Живого и целого, по крайней мере, точно ничего!
В прочем, от их мертвых противников тоже ничего не осталось – все поле битвы усеял плотный, шевелящийся ковер из моих «симбионтов» - сикарах, которые сейчас бодро подчищали плоть с костей и измельчали кости, превращая в белесую пыль.
Жаль, блин, а ведь я хотел заглянуть в рюкзаки компашки, может, у них нормальное мясо найдется. А еще лучше – кофе!
Я судорожно сглотнул слюну и…
Замер!
По ковру сикарах, в мою сторону, задвигались разные предметы!
Целых четыре полных вещмешка, два лука (один с порванной тетивой) и десяток мечей.
Офигеть!
Таракашки отдают мне десятину?!
Хмыкнув, занялся разбором вещей.
Мечи – все – отложил в сторону, они все были какие-то светящиеся, явно наговоренные, а от такого оружия надо держаться как можно дальше!
С лука снял тетиву и натянул на другой лук – первый был какой-то уродский, словно его топором из обеденного стола вырубали-вырубали, да и плюнули, так и оставили куском дерева.
Минут через десять, сикарахи организовали мне три десятка стрел, из которых пять штук были точно углепластиковыми… Или кевларовыми… Ну не деревянными, одним словом.
А вот с вещмешками вышел казус.
Один оказался бельем.
К сожалению, женским.
Второй был набит украшениями, по виду дорогими, но какими-то слишком легкими; третий заполнен разными травами, а в четвертом был всего один кувшин, в котором плескалась в маслянистой жиже чья-то голова!
Высыпал украшения на тряпку, бывшую ночной женской сорочкой, поводил руками над ними и выбрал десяток, остальные свалил обратно в мешок.
Почесав затылок, все оставшееся барахло уложил на красивый женский плащ, связал в узел и тихонько матерясь дотащил до мавзолея, в котором ночевал и, поднапрягшись, закинул все в пустой саркофаг.
Отдохнув и перекусив уже порядком надоевшей похлебкой, пошел дальше, искренне надеясь, что проскользну это кладбище раньше, чем тот отряд, а то от него столько шума и проблем, что нафиг-нафиг!
Повернув за угол замер.
Какая-то сволочь приставила к моей шее хреновенький кинжальчик дерьмовенькой стали, правда, любовный заточенный до бритвенной остроты!
- Ты кто? – Полюбопытствовал дрожащий, явно подростково-ломающийся, голос.
- Дракон в пальто… - Буркнул я, сбивая руку и делая бедолаге классический бросок через плечо.
Падать подросток умел, этого не отнимешь, а вот что-то просчитывать на пару шагов вперед – точно нет!
Так что его друзей-приятелей, сбежавшихся на вырвавшийся вопль, я уже встречал во всеоружии!
- Турш! Турш! Турш! – Повторяла брюнетка-магичка выставив вперед пустые ладони. – Турш!
Приподняв за шиворот их приятеля, толкнул его в сторону магички, добавив пинка для скорости.
- Тана! – Девушка приложила ладонь к своей груди.
- Ушлак! – Стоящий рядом парень приложил ладонь к своей груди, а потом ткнул пальцев в подростка - Шынрык!
- Вообще-то… - Я усмехнулся и развел руками. – Вообще пофигу!
Поправив лук, стал пятиться от них задом, давая понять, что в знакомстве не заинтересован.
Нет, любопытство было, но только оно и ничего более.
А уж если представить себе, сколько времени займет обучение их языку…
Да нафиг!
Отойдя в тень, свернул за угол и сделал вид что лезу на крышу склепа, а сам, тем временем, вжался в проем, между скульптурой шестирукой женщины и стеной, поджидая компанию.
Молодой Шынрык стремительно взлетел на крышу, встретился взглядом со здоровенным сикарахой и свалился оттуда, вереща от ужаса!
Судя по хрусту, свалился не очень удачно, но девушка-блондинка уже достала какую-то палочку и принялась кастовать заклинание.
Раз, другой и третий и вот мальчик встает на подгибающиеся ноги и начинает рассказывать, что я – на самом деле! – самый настоящий жук!
