— Спасибо.
В действительности рассказ Антона Арнольдовича вызвал у благодарных слушателей смутную тревогу, но делиться ею с находящимся под властью женских чар москвичом никто не собирался. Новая информация была слишком серьёзной и требовала вдумчивого осмысления.
— Что я ещё могу для тебя сделать?
— Приготовь, пожалуйста, бутерброды и кофе, — улыбнулась девушка. — Я проголодалась.
— С удовольствием… — Бранделиус подался вперёд. — А потом…
Вопросительное движение бровями.
Наклонившись, он оказался совсем рядом, и Даша провела рукой по его щеке.
— Вечером…
— Я сгораю от нетерпения.
— Вечером…
— Договорились! — Он поцеловал девушке руку и отправился на кухню.
Послушный, словно робот… Впрочем, он таким и был.
С самого утра. Вызывая тихие, но едкие смешки у подопечных. И от них же — задумчивые, немного боязливые взгляды на девушку, обладающую столь мощной силой.
Но смешков всё же было больше.
Бранделиус сделал всё, что от него мягко потребовала Даша: показал, как смешивать колдовской напиток из спрятанных в сейфе кабинета ингредиентов, провёл церемонию подзарядки, напитав уставших избранных бодрящей силой, а затем долго рассказывал правду о себе и ещё дольше отвечал на вопросы ошарашенных слушателей.
Рассказывал о Тайном Городе — скрытом в Москве поселении нелюдей, потомков могущественных рас, некогда правивших Землёй; рассказывал о себе, о Перстне Парацельса, о своих планах его использования; рассказывал, кто приехал в Уфу и зачем. Рассказывал без утайки и экивоков, в глаза называл их рабами и улыбался.
С нескрываемым вожделением смотрел на Дашу.
Вызывал омерзение.
После разговора послушно ушёл в чулан и сидел там всё время, пока команда проводила совещание, по результатам которого было принято решение разделиться: Герман, Карина и Марат отправились к поселившемуся в «Хилтоне» нелюдю, а Даша и Сатурн остались сторожить Бранделиуса и базу, под которую пока определили этот дом. Затем девушка вызвала Антона Арнольдовича из чулана, задала ещё несколько вопросов, но уже из чистого любопытства, чтобы узнать реалии Тайного Города, а теперь отправила за бутербродами.
— Поверить не могу, что твоя сила столь велика, — покачал головой Сатурн. — Он совсем рехнулся.
— Он просто под контролем, — усмехнулась Даша.
— И ты сможешь сотворить подобное с кем угодно?
— С кем угодно… Наверное.
— И со мной? — неожиданно серьёзно спросил мужчина.
Снова спросил, несмотря на то что короткий диалог на эту тему у них уже состоялся. Видимо, очень уж сильное впечатление производил послушный наставник.
Несколько секунд девушка внимательно смотрела Сатурну в глаза — в её обществе он всегда снимал очки и стал гораздо реже носить их в коллективе, — затем мягко поинтересовалась:
— Боишься, что влюбился в меня под действием чар?
— Боюсь оказаться смешным болванчиком в твоих руках, — с улыбкой ответил мужчина. — Но если честно, мне всё равно.
— Что же тут страшного? — Она шаловливо рассмеялась, но заметив, что Сатурн нахмурился, объяснила: — Не знаю, как тебя, но меня сила научила осторожности. И тому, как хрупки бывают отношения… Я не идеальна, я чувствую, что мой характер портится, но я вижу в тебе не только сильного и привлекательного мужчину, но и союзника, вижу человека, который плывёт со мной в одной лодке, и я клянусь, что не предам тебя и не подставлю, потому что поодиночке мы не выплывем, а плыть нам — до самой смерти. Хоть сегодня в драке, хоть через сто лет от старости — мы всё равно плывём вместе. Бранделиус связал наши судьбы, я это понимаю.
— Ты хорошо сказала, — медленно произнёс Сатурн. — И я клянусь тебе в том же: я тебя не предам. По той же самой причине.
— Тогда поцелуй меня, крепко.
Он охотно исполнил приказ, а когда они снова оказались в разных креслах, девушка предложила:
— Давай обсудим новую информацию: как думаешь, стоит попробовать навести мосты в Тайный Город или надо бежать?
* * *
«Припугнуть? Напугать до смерти? И всё? Он серьёзно? Вообще-то от них надо избавиться, и как можно быстрее…»
Керо не был кровожаден — он был профессионалом, и для него парочка иллюминат — шаман обозначалась термином «непредсказуемая величина», которую необходимо исключить из уравнения. Да, Меркель навёл их на Сиби, но сделал это анонимно, признался в содеянном нехотя, только под угрозой, а сейчас с какой-то целью сдал их челам. С какой? В действительности хвана не особенно волновал этот вопрос: может быть, чтобы натравить челов на Сиби, может, чтобы челов и Сиби натравить на них с эрлийцем — не важно. Важно то, что Меркель явно ведёт собственную игру, надеясь разобраться в происходящем и урвать кусок послаще, и вот этого допускать никак нельзя.
Однако миролюбивый Петриус всё ещё оставался его нанимателем, и хвану не хотелось открыто нарушать полученный приказ: сам эрлиец был слишком увлечён наукой, то есть не от мира сего, опасности не представлял, однако водил дружбу с шасами, о мерзком характере которых даже навы слагали легенды, и они запросто могли засудить наёмника за ненадлежащее исполнение контракта.
«Припугнуть… Впрочем, челы существа нежные и глупые, это все знают. Их припугиваешь, а они начинают нервничать, за сердце хвататься, умирать от его разрыва… Точно! Меркель толстый, у него сердце не выдержит! Так и скажу: „Трагично скончался от естественных причин, что стало для меня полной неожиданностью“. А Мустафа… Мустафа — типичный неадекват. Вы его видели? Обратили внимание, как нервно он себя ведёт? Когда шаману стало плохо, я бросился на помощь, и Мустафа сдуру решил, что у него появилась удобная возможность для атаки. Он попытался использовать „Эльфийскую стрелу“, но я оказался быстрее…»
Керо повернул салонное зеркало и, глядя в своё отражение, повторил:
— Он попытался использовать «Дыхание дракона», но я оказался быстрее…
Результатом остался доволен: получилось драматично, без переигрывания и весьма правдоподобно.
— В артисты, что ли, податься?
Хван остановил машину, вышел, поправил висящий на поясе нож, натянул боевой перстень с зарядом «Эльфийских стрел» третьего уровня, и неспешно направился к ДК.
«Надеюсь, ребята, вы в офисе…»
Дело виделось предельно простым.
Войти в ДК…
Керо аккуратно прошёл через старую, чуть перекошенную дверь.
Подойти к офису, обманув систему охраны…
Предварительная разведка показала, что Меркель и Мустафа поскупились на организацию магического распознавания, отдав предпочтение обычной человской видеосистеме. Да и зачем им здесь — в Уфе! — сложные колдовские схемы? С кем сражаться? Здесь они чувствовали себя спокойно. А видео… Видео Керо обошёл с помощью «Накидки пыльных дорог»: прикинулся толстой тёткой в сиреневом плаще, поскольку «Серебряные колокольчики» сообщили шаману и Мустафе, что у дверей посетитель.
Открыть дверь…
Дальше хван предполагал действовать быстро, сразу напасть на того, кто окажется ближе, чтобы не тратить время на разговоры, но…
Но уже в самом начале атаки понял, что они с Петриусом недооценили белорусскую предусмотрительность Меркеля: офис был защищён самым современным магическим контуром, в автоматическом режиме считывающим эмоции посетителей и на этом основании рассчитывающим их возможные действия. Детекторная часть контура была искусно спрятана среди «Серебряных колокольчиков», и потому ни эрлиец, ни хван её не увидели, а основная оказалась выполнена по «спящей» технологии и не отзывалась на внешнее сканирование.
А срабатывало «спящее» заклинание или артефакт всего на двадцать девять миллисекунд медленнее обычного, что в данных обстоятельствах особенной роли не играло.
Выхвативший оружие Керо успел всего лишь переступить порог и тут же оказался в густом, но прозрачном «желе», намертво сковавшем движения. Отчаянная попытка освободиться лишь ослабила защиту хвана, и хитроумно спаянный с «желе» «Навский аркан» ловко выудил из четырёхрукого магическую энергию. После этого «желе» окончательно затвердело, и разъярённому Керо оставалось лишь яростно хлопать глазами на ошарашенных челов.
* * *
— То есть мы, получается, уроды, — тихо произнёс сидящий на заднем диване Марат. — Результат эксперимента.
Несколько секунд Герман и Карина обдумывали грустное заявление музыканта, после чего Рыжий за рулём с усмешкой покачал головой:
— Больше не чувствуешь себя особенным?
— Ты ухватил самую суть, — не стал скрывать Марат. — Мне нравилось считать себя избранным.
— Разве ты перестал им быть?
— Марата смущает, что в мире, оказывается, полным-полно настоящих колдунов, — вздохнула Карина. — Причём урождённых, в отличие от нас.
