— Ничего себе — изредка! Два дня — три трупа. — Хлястик покачал головой, припоминая славные девяностые, когда такая «производительность» не считалась из ряда вон выходящей, и добавил: — И сейчас, ты сам сказал, он кого-то мочит.
— Но ведь раньше не мочил, — резонно ответил Самбука. — Его, наверное, привезли сюда.
— И ты хочешь знать…
— Хочу поговорить с владельцем… Может, удастся получить телефон питомника. Мне бы такая собачка пригодилась.
Грузило засопел.
— Обиделся?
Но ответить здоровяк не успел: к дому подъехал длинный тёмный универсал, кажется, «Ауди», к направляющим на крыше которого была привязана асбестовая труба семи-восьми футов.
— Сантехники, что ли?
— Или косят под сантехников, — осторожно заметил Хлястик.
— Или так, — не стал спорить барон.
И через минуту убедился в правоте водителя: вышедшие из машины мужчины, пухленький блондин и худой брюнет, не были одеты в рабочую одежду. Они открыли калитку и уверенно прошли внутрь, к главному крыльцу.
Пошли, но не дошли: буквально через три шага дорогу им заступил неизвестно откуда взявшийся крепыш в тёмной одежде и кепочке, заступил и без лишних разговоров так засветил кулаком пухлому, что даже Грузило уважительно присвистнул.
Пухлый взвыл. Бандиты с интересом припали к окнам машины.
* * *
— Идиот!
Уклонение, кулак свистит мимо…
— Не обзывайся!
Попытка набросить «Навский аркан» и выудить из голема энергию. Удар ногой в плечо. Громкий стон…
— Ты говорил, он выключен!
— Да!
Прыжок назад. Голем промахивается, но это его не смущает — тут же следует ещё один выпад.
— Откуда ты знал?!
— Кто будет включать охрану… сидя в доме? Зачем?
— Идиот!
Мустафа получает по зубам и летит к забору.
Голем Бранделиуса оказался сработанным на совесть: быстрый, крепкий и обладающий прекрасной магической защитой, сумевшей блокировать даже «Навский аркан». Сколько защита продержится против их атак — неизвестно. Понятно, что рано или поздно она «ляжет», но пока иллюминату и шаману приходилось туго.
— Ты как? Ох…
— Заткнись! — Мустафа выплюнул на ладонь выбитый зуб и с мстительной радостью посмотрел на согнувшегося Меркеля, получившего кулаком в живот. И тут же бросился в сторону, уходя от очередного удара.
«Ну кто же знал, что этот козёл Бранделиус днём выставит голема на боевой взвод?»
* * *
— Кто это? — поинтересовалась Карина, без особого интереса разглядывая через окно дерущихся мужчин. В смысле, изучая, как невысокий и крепкий обладатель кепочки целенаправленно мутузит двух неудачников.
— Наверное, это местные маги, о которых говорил Антон, — сообщила увлечённая происходящим Даша. — Шаман и его приятель… Этот… масон.
— Иллюминат, — подсказал Сатурн.
— Под описание подходят, — закончила девушка.
— Я тоже думаю, что это они, — сухо произнесла Карина. — Я спрашивала, кто их бьёт?
— Охранный голем.
— Мы его включили, чтобы кто ненужный не пришёл, — добавил Сатурн.
— Как видишь — вовремя.
— Думаете, они не нужны?
— Мы их не приглашали.
Неприглашённым магам удалось удрать за угол, голем последовал за ними, и Сатурн с Дашей повернулись к девушке:
— Мы можем в любой момент отключить голема и поговорить с ними.
— Но они явились незваными, так что пусть их сначала побьют.
— Разговорчивее будут.
Карина махнула рукой, словно говоря «как скажете», и повернулась к дверям:
— Пойдем в гостиную. Вы должны это видеть.
Только сейчас Даша поняла, что подруга ведёт себя странно, заметно скованно, и насторожилась:
— Что случилось?
— Увидишь…
Выскочила из кабинета, торопливо спустилась на первый этаж, вбежала в гостиную и…
— Витя! — Это был почти вопль. — Витенька!
Потом, обдумывая случившееся, Дарья призналась, что не ожидала от себя таких эмоций. Фактически она навсегда распрощалась с Громовым: покинула квартиру, намереваясь лишь ненадолго заскочить за своими вещами, начала отношения с Сатурном. Громов её больше не интересовал, не вызывал никаких чувств. Не должен был вызывать, но этот ужас… Штырь в голове… Отрешённое лицо… Змеящиеся к груди трубки… Страшная машина…
Кошмарный вид человека, которого она любила, молотом ударил девушку, заставил закричать, а через несколько секунд — разозлиться.
— Кто?!
Герман молча кивнул на понурившегося эрлийца.
— Зачем?! — Она бросилась на живодёра с кулаками, и лишь в последний момент Сатурн ухитрился перехватить разъярённую девушку. — Отпусти меня! Зачем?! За что?!!
— Я исследователь, — негромко произнёс врач, потирая шею. То ли от смущения, то ли потому что она затекла, пока был без сознания.
— Скотина!
— Эту тварь надо убить! — прорычал Сатурн. Ему очень хотелось отпустить Дашу.
— Спящий свидетель, какие же вы тупые… — Герман хотел ударить наглого пленника, но передумал, догадался, что тот не просто так сыплет оскорблениями. — Вы ведь уже знаете о существовании магии! Так почему бы вам не сообразить, что ваш приятель переживает тотальное магическое сканирование, правда, в полевых условиях. И если бы вы не ворвались в мой номер, Виктор… Его зовут Виктор?
— Да, — подтвердила Карина.
— Так вот, если бы вы не ворвались ко мне, то Виктор уже ехал бы домой, или к вам, или на работу… — Петриус цокнул языком. — В общем, ехал бы в своё удовольствие, живой, здоровый и без единой царапины…
— Ты врёшь! — рявкнул Сатурн.
— Но ведь ты вернулся домой и сейчас чувствуешь себя сносно, — парировал эрлиец.
Сатурн осёкся.
— Я?
— Помнишь, тебе привиделся четырёхрукий? — Брат Петриус широко улыбнулся. — Как думаешь, где ты пробыл те часы, которые не помнишь? В моём номере, точно в таком же…
Герман взял врача за горло и так заставил умолкнуть.
— Мы — объекты исследований, — прошептал Марат. И отвернулся.
— Я сидел в таком же виде… — Сатурна едва не стошнило от бешенства. — Давайте его убьём!
— И будете иметь дело с моими друзьями, — сумел пообещать врач, поскольку Герман чуть ослабил хватку. — Но я действительно могу извлечь вашего приятеля из машины. Целого и невредимого.
— Врёшь! — взвыла Даша. Судя по всему, она не очень поняла, о чём говорил пленник.
— Дайте ей успокоительного, в конце концов, — не выдержал эрлиец. И покосился на Рыжего, признав в нём самого вменяемого переговорщика: — Какой мне смысл убивать этого придурка? Вы ведь сразу же убьёте меня, так?
— Да.
— То есть я обменяю себя на это никчемное существо… Вы на самом деле думаете, что я ценю себя настолько низко?
Циничный вопрос заставил челов задуматься.
А брат Петриус бросил взгляд на экран ноутбука и… К счастью для эрлийца, первые результаты пришли ещё до появления в номере челов, подготовили его, и потому врач достаточно спокойно среагировал на появившиеся значки — в целях предосторожности брат Петриус вёл исследования исключительно на эрлийском.
«Будет весело!»
Завершившееся сканирование показало, что внутри подопытного зреет нечто неожиданное…
— Освободи Виктора, — велел Герман.
— И?
— Что «и»?
— Вы сохраните мне жизнь?
— Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы диктовать условия?
— Нет, не кажется, — нахально ответил врач. — Вам рассказали о Тайном Городе? Вижу, рассказали… Вам рассказали о Тёмном Дворе? Уверен, что рассказали… Так вот: хоть я и провожу частные исследования, но если вы меня убьёте, вам придётся иметь дело с моими весьма агрессивными родственниками, которым не нравится…
— Если бы мы хотели тебя убить — давно убили бы, — угрюмо оборвал эрлийца Рыжий. — Собственно, мы с самого начала хотели просто поговорить, но это…
Герман кивнул на Виктора.
— Понимаю, — тут же поддакнул врач.
— Освободи его!
— Мне будет нужно воспользоваться магией.
— Правда?
— Да.
— У нас есть способ узнать правду… — холодно произнёс Рыжий.
Несколько секунд брат Петриус смотрел в его глаза, поверил, кивнул и продолжил:
— Ладно, ладно, ты меня поймал… — Широкая улыбка. — Машина всё сделает сама, нужно лишь ввести команду.
— Говори.
— Переключите клавиатуру на вашу раскладку… теперь вводите: «ГЕНИЙ001».
— Это ваш пароль?
— Не хуже других.
— Ладно. — Карина быстро ввела пароль. — И?
В первый момент ничего не произошло: на экране ноутбука продолжили чернеть непонятные символы, а странное переплетение стекла, нержавейки и меди, которое нелюдь называл «машиной», по-прежнему цепко держало Громова.
