Правда была загвоздка — призыву гончей мешал сам мир, отторгая её и не «веря в её существование», заставляя делать то же самое, что он делал при проекции оружия, испытывающего те же эффекты — затрачивать больше сил для подавления мировых правил.
Пылающий инфернальным огнем пес немного напугал домочадцев, а Токо пусть и загорелась желанием изучить его (о чем успела трижды пожалеть, заглянув с помощью поддержки Широ в измерение «жути», зарекшись о нем даже вспоминать и почему-то назвав это место адом), но передумала, поняв, что тело монстра было сделано из псевдо-плоти, словно у её кота-фамильяра.
Потому, парнем было принято решение как минимум оптимизировать процесс призыва гончей, на чью сущность он уже покусился, нацепив своеобразный энергетический ошейник — магию, запрещённую за её прямую связь с одним из колдовских богов.
Узы Бисмаэль — придуманный божеством способ подчинения непокорных демонов, дарованный преданным последователям в материальном мире, позволяющий сильнее влиять на фамильяров, внушая ему еще большую, граничащую с безумным преклонением, преданность. Настолько чудовищно действенную, что гончая спокойно отгрызла себе лапы, когда он того попросил, проверяя границы исполнительности. И самое главное то, что подтолкнуло его применить эту магию — это отсутствие божественной силы и влияния на реальность, ведь связано с богом лишь название, хотя принцип действия и был придуман одноименным омерзительным созданием огромной силы.
Так же, он не прошел мимо заклинаний мистицизма и медитаций, позволяющих улучшить свою концентрацию и увеличить ментальные силы, облегчая контроль над могуществом эфира и иными школами магии.
Впрочем, занятия магией были не самым главным, чем он занимался и на что тратил время.
Двери старшей школы уже давно открыли перед ним, Сакурой и Илией свои двери, затягивая девочек в нормальную жизнь, давая им шанс найти друзей. О чем очень сильно ранее волновался Широ, умышленно давая больше шансов сестрам познакомиться с новыми людьми. К его счастью слишком сильно волноваться было не нужно, вписаться в коллектив они обе смогли легко, проводя время с одноклассниками, записываясь в секции и давая Широ в ответ больше свободного времени для проведения опытов или тренировок в магии.
Последние в компании сестер проходили куда реже, но и девушки не горели желанием погружаться в мир магии, глубоко внутри понимая, что хотят прожить обычную жизнь, пусть периодически и поддерживая общую форму.
Жизнь их шла своим чередом, став на несколько тонов серее, по крайней мере, для самого Эмии, после ухода его учителя. Она завершила улучшение барьера и разбор документов Ахта, рассказав, что отодвинуть сроки призыва фамильяров не получится, ибо оборвется и без того тонкая связь с Граалем, помогающим в самом призыве, лишая подпитки от лей-линий, запасенной праны и записанных в самом Граале ритуалам призыва, которые были куда сложнее, чем многие думали. А словесная активация перед кругом призыва — лишь искра, разжигающая могущественный ритуал связи с Троном Героев и подбором нужного слуги.
Два месяца — крайний срок, как бы сильно им не хотелось совершить призыв еще раньше.
Барьер просигнализировал возвращение Сакуры и Илии из школы, в которой они задержались ради клубной деятельности, давая парню понять, что двигаются они в свои комнаты.
Отогнав все лишние мысли, Эмия вновь окунулся в работу, хватая колбу с недавно синтезируемым органическим соединением, которое было создано благодаря тому, что оно настоялась в концентрированной энергии эфира.
«Интересно, — Широ мутным взглядом смотрел на зеленую, вязкую жидкость, бурлящую от его присутствия. — Что бы подумала Токо, увидь своими глазами итоги того, что я собираюсь сделать?..» — он сглотнул, доставая из клетки купленную крысу и ставя ту в отдельный аквариум.
Крышка колбы открылась.
Одинокая капля мутагена эфириалов медленно, будто в замедленной съемке падала на зафиксированную магией крысу.
Секунда. Ничего не происходит. Две. Три. Пять…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Плоть создания забурлила под кожей, сотрясая тельце в судорогах. Эмия мог лишь наблюдать за тем, как эфир в теле менял свойства крысиной природы.
Наблюдать и направлять.
Методом проб и ошибок, он восстановит метод, какой разработал Теоден и который описал в своих отчётах.
Крыса обмякла, выжженная ужасающей природой эфира. Труп её был уничтожен Широ, уже схватившим очередного усатого подопытного.
И вновь началась агония жизни. Агония развития и экстремальной эволюции, подстёгнутая изменением духа.
Эмия прикусил губу, в ушах стоял не писк животного, но крики тысяч мучающихся в вечной агонии людей, обреченных на бесконечные страдания.
Нет, он не должен отказаться от работы, после всего, через что прошёл, синтезируя мутаген! Уже поздно останавливаться, не после долгожданной маленькой победы!
Ощущения подсказали, что Илия с Сакурой сейчас на кухне, готовят ужин. Значит, у него есть еще час-полтора, а то и все два, ведь придет и Тайга, на которую нужно наготовить побольше.
— Знала ли ты тогда, — прошептал себе под нос парень, вспоминая дорогого друга и учителя. — На что я в действительности готов пойти? — перенасыщение энергией разрывает вторую крысу, разбрасывая по всему аквариуму ошмётки плоти, превращая кровь в алое облако, оседающее мелкими каплями.
***
Прошли те два месяца, которые Токо отвела себе на завершение работы и решение просьбы ученика. Искомые ответы были найдены, пусть и были неудовлетворительны.
Сейчас же Токо собирала пожитки, накопленные за годы жизни в поместье Эмии, расфасовывая те по немногочисленным сумкам. Двум сумкам, если точнее.
День был рабочим. Школа, в которую поступили ее ученики и дочь мертвого друга (со всеми ними она еще утром попрощалась), уже началась, потому никто ей не мешал. Почти никто.
Широ, солгавший о своем самочувствии учителям, остался дома. Сейчас он стоял в дверях, опершись о косяк. Помогать она сама ему запретила, сетуя на то, что он может что-то поломать или засунуть не туда. Хотя они оба понимали, что она просто не хотела, чтобы кто-то рылся в ее вещах, видя то, что она показывать не хотела. В конце концов, он уже не был тем ребенком, которого она встретила давно.
— Ты же знаешь, что я мог помочь все это собрать? — задал он риторический вопрос, ответить на который она всё-таки решилась.
— Я сама справлюсь, — хекнула девушка, силясь закрыть молнию на сумке. — И-и-и, да! — она победоносно подняла вверх кулак, удовлетворённо ухмыльнувшись.
— Откуда у тебя столько вещей, если ты ходишь постоянно в одном и том же? — закатил глаза на выкрик Широ, входя в комнату. — Уже все?
— Да, — кивнула осматривающаяся Токо, не находя оставшихся вещей, после чего поджала губы и продолжила: — И у меня достаточно одежды.
— Да-да, — кивнул он, с готовностью соглашаясь, чтобы не раздуть конфликт из ничего, после похлопав по дивану рядом с собой. — Ты же никуда не спешишь?
— Нет, — на сей раз настала ее очередь закатить глаза. Иногда он был слишком очевиден. — Тебе обязательно было оставаться дома? — девушка присела рядом с подростком, чей рост ничуть не уступал её.
Они знали друг друга достаточно долго, чтобы начать доверять.
Слишком долго, чтобы не иметь ничего общего.
Достаточно, для образования, более крепкой, чем дружеская, но слишком отличной от семейной связи.
— И не провести тебя? — не выдержал Широ, обняв ту, кто была с ним практически с самого его появления на свет, как бы странно это не звучало. — Ту, которой я обязан слишком многим? — он прижал ее к себе, обнимая все крепче, получая в ответ такие же крепкие прощальные объятья.
— Я всего лишь отдавала долг… — на выдохе ответила Токо, уткнувшись в его шею, ведь понимала, что сказанное слишком сильно сейчас походило на отговорку.
Ведь они знали друг друга слишком хорошо, и просто не могли не изучить собеседника, начав испытывать друг к другу те чувства, которые только и могли появиться в такой ситуации.
