что убил и покалечил огромное количество народа.
– А как ты хотела? – комментирую я. – Или вы, в случае победы, оставили бы кого-нибудь из нас в живых?
Она молча смотрит на меня, и вопрос повисает в воздухе.
– Так, Красная, твоя работа. Я должен их «съесть», и быстро. Выделяю ей канал связи.
Правильно приложенная Красная магия – не шутка – взрослой немного гипертрофируется мое изображение. Оно внушает ей просто немыслимый, смертельный ужас, а у молодой, кроме ужаса, который, наверное, уже не надо увеличивать, просто увеличены болевые ощущения и жалость к себе из-за искалеченного лица.
– Ну, рассказывайте. Кто начнет?
Вопрос риторический – молодая совсем никак не может говорить.
– Что тебе от нас нужно?
– Все. Я так понимаю, вы не одиночки и работаете преступной группой. Где база? Сколько вас? Кто старший? Корабли, которые находятся сзади, они из вашей шайки? Поверьте, я по любому узнаю, так что лучше облегчить свои страдания, и все рассказать.
Взрослая молчит. Мне это начинает надоедать, и я грубо разрываю их платья. Они не наши, в один голос говорят Мои. Понял…
Я макаю поочередно пальцы обеих рук в полный крови рот молодой и грубо вхожу в их влагалища. Молодая – явно девственница. Никаких эротических чувств они у меня не вызывают. Это просто работа. Ладно, есть контакт. На вопросы о базе и о старших у меня уже есть ответы. Эти представители школы Синих достаточно слабы, но они в контакте с кем-то, кому принесли клятву верности. Тоненькие ниточки идут от их аур. Этот канал явно зашифрован. Можно конечно проследить их направление, но я хочу, чтобы они сами открылись.
В это время рука, которая была в молодой, начинает дико болеть. Молодая от отчаянья попыталась заморозить мою кровь. Хм… неожиданное и, я бы сказал, оригинальное решение. Я быстро выдергиваю руку. Да, попытка интересная. Золотая уже вовсю работает над противодействием и вскоре в руке восстанавливается кровоснабжение. Остается только неприятное покалывание. Но зря они Моих разозлили, ой, зря… Из доски пола вдруг вырывается росток, который с безумной скоростью начинает расти. Он входит в ноги молодой и продолжает рост, прорастая ее насквозь. Это Зеленая. Я ее такой еще не видел. Она только ПОЧУВСТВОВАЛА угрозу мне. Росток аккуратно обходит все жизненно-важные органы, и прорывается насквозь через ключицу, после чего врастает в мачту. Потом он начинает давать внутри побеги, которые заполняют внутренние полости, периодически прорываясь наружу. Руки тоже прирастают к мачте сзади тела. Сказать, что она чувствует боль – не сказать ничего. БОЛЬ!!! Причем она никак не может провалиться в спасительное забытьё – это уже Красная постаралась. Я замыкаю их внутренние каналы друг на друга, и старшая теперь чувствует ее как себя. Я немного притупляю ее ощущения и еще раз спрашиваю. Она начинает говорить: они из Столичной школы синих. Денег на ее содержание не хватает и их старшая сходила на прием к новому королю. Там она получила лицензию на пиратство, при этом две трети добычи должно уходить в казну. Их послали обеспечить благоприятную погоду кораблям. Для молодой это первый поход. «Ну, и последний», – думаю я про себя. А она уже участвовала в трех удачных походах.
Я говорю ей: «открой канал для меня, мне надо поговорить с твоими старшими». Ей уже наплевать на любые моральные принципы, и она широко открывает канал. Я начинаю чувствовать коллективный разум нескольких десятков человек. Они в ужасе, подавлены и не понимают, что происходит. Я начинаю транслировать им картинки и ощущения молодой. При этом еще подсвечиваю их разными цветами и черным, и зеленым и желтым и, естественно, красным.
Дрожащий голос:
– Что ты хочешь?
– Жертву.
– Кого?
– Не тупите. Вы все слышали. Я хочу от вас жертву. Синюю. Через три дня я прибываю в столицу. Меня должен встретить ваш корабль, на котором должно быть не менее трех человек ваших. Одну я выберу. Если мне понравится, все будет хорошо. Если нет, вся ваша жалкая школа будет уничтожена. Понятно?
– Ты не сможешь, это невозможно, – при этом идет попытка разрыва канала.
Ха, не на того напали. Я не даю каналу распасться и запускаю разрушитель в молодую, транслируя через старшую ее ощущения в канал. Разрушитель медленно по сантиметрам забирает ее ауру, ее жизнь. Тело начинает чернеть и съеживаться. Снизу-вверх. Когда разрушение съедает ее ноги, я останавливаю процесс. Вместо ног у нее переплетение корней. Я заставляю ее нижние корни разойтись в стороны, открывая доступ к влагалищу. Растение выпускает побег, который касается ее клитора.
На другой стороне канала просто большое количество испуганных до смерти маленьких девочек. Они в ужасе молчат.
– Все понятно?
– Дааа…
Затем я делаю капсулу с разрушителем и внятно пропихиваю ее через канал в их совмещенный банк сознания.
– Значит так, сучки: если не сделаете то, что я сказал – разрушитель активизируется. Если прервете канал – тоже. Если хоть одна из вас попробует отключиться – тоже. Так же если эта (щиплю старшую за клитор, транслируя в канал боль) умрет – тоже. Ясно?
– Да.
– Чтобы вы не забывали, что пиратство – это плохо, и что при этом страдают ни в чем не повинные люди, сделаем следующее: я не буду убивать вашу проросшую подружку. Росток при каждом дуновении ветра будет щекотать ее клитор, заставляя желать мужчину. Я оставлю ей голос, что бы она могла его позвать. А также рассказать всем, за что ее наказали. Каждый раз, когда она при этом соврет, ее сексуальное желание будет увеличиваться. Если все же ею кто-то пожелает воспользоваться – это будет приносить маленькое облегчение, но ненадолго. Все ее эмоции, мысли и слова будут постоянно транслироваться по вашему каналу. Если канал прервется – разрушитель сработает. Правда, она не сможет вас услышать, но зато сможет всегда сказать, что она думает и о вас, и о том, что вы послали ее убивать невинных людей. Жизненных сил в ее новом организме хватит лет на 300, я думаю. А вот как ее можно будет умертвить, я скажу, если мне понравится то, что вы мне пришлете. Но не сразу. Лет, к примеру, через двадцать.
Затем я выдергиваю нож из щек младшей, прорезая их и делая ей непропорционально большой рот. Потом заживляю рану, откручиваю веревку, которая до сих пор держит старшую, кладу ее к себе на плечо и несу в
