городе. Где торговые улицы, где продуктовые, а где вещевые.
Мы пришвартовались. На сходни пулей влетел мальчишка с синей коробкой.
– Кому отдать посылку? – спросил он у ближайшего матроса.
Тот махнул рукой в мою сторону. Он боязливо ко мне подошел – видно, не видел таких больших людей и сказал:
– Господин, Вам просили передать из Синей школы. Это же Вам?
– Давай, – сказал я и улыбнулся. Затем обратился к капитану:
– Кэп, разменяйте золотой на мелочь.
Потом отдал мальцу мелкую монетку, и тот, счастливый умчался. Я передал коробку в каюту, а сам смотрел на город. После прихода корабля на причале началась обычная для всех портов суета. Зашел таможенный патруль. Поговорив с капитаном, начальник патруля вышел довольный и громко объявил:
– Трюм проверен, запрещенных к ввозу товаров не обнаружено.
В аурном диапазоне город тоже выглядел интересно. То и дело попадались желтые, голубые, синие ауры. Черных, естественно, видно не было, но просканировав уровнем второго и третьего порядка, я парочку обнаружил. Правда, не сильных. Я подумал, что, если бы меня ждали, послали бы что-нибудь посильнее и успокоился. Еще на подходе к городу, я спросил у Синей, каких аур здесь больше всего.
– Красных и желтых, – не задумываясь, ответила она.
Я, на всякий случай, чтобы меньше выделяться, нацепил на себя бледно-красную ауру. Так, садюжка средней руки. А заодно и не будет вопросов, почему я с хлыстом на поясе: Мол, так люблю свою работу, что беру задание на дом. Когда я зашел в каюту, Синяя уже повязывала на своем халате красивый золотой пояс. Она подняла на меня глаза. Они округлились, и она, сглотнув, спросила:
– Ты… Вы же были Серым? Почему красный, да еще такой слабый?
– А почему бы и нет, – спросил я. – Может, я люблю Синих мучить.
Она прыснула, но потом стала серьезной.
– Пожалуй, да. Правда ходить вместе Синей и Красному не очень-то принято.
– Так ты меня смущаешься?
– Нет-нет, что Вы, – засуетилась она, – просто обычно Красных никто сильно не любит. Такая пара будет привлекать внимание, вот я и подумала…
– Так лучше? – спросил я, сменив ауру на бледно-белую, обычную для людей без магии.
Ее глаза вылезли из орбит еще раз.
– Я не верила, что так может быть.
– Так ты раньше не верила, что женщины от секса кончают.
Получилось, конечно, немного по солдафонски, но она покраснела и улыбнулась.
– Пойдемте?
– Ну, пошли.
– Что Вы хотите в Городе? Магазины, развлечения? Университет? Другие школы?
– Всего понемногу, но сначала поесть. И мне не хочется ходить с этим тяжелеющим поясом с деньгами, а для этого нам надо встретиться кое с кем.
Мы спустились с трапа. Я поймал первого же пробегавшего мимо мальчишку, коих здесь было во множестве. И просто праздношатающихся, и ждущих, чтобы можно было выполнить мелкое поручение за монетку. Ну, и воришек, естественно, было много. Вот они-то и были мне нужны. Я прошел около них, как крючок с червячком около рыбы. Потом повернулся и стал разговаривать со своей спутницей. Лох, короче. Немедленно ко мне подошла «банда». Один стал прыгать и что-то мне кричать, второй явно стоял на шухере, а третий, пользуясь, что мое внимание отвлечено, попытался залезть ко мне в карман. Ну, и был пойман с поличным, естественно.
Я пресек попытку вырваться, сильно сжав руку мальчишки.
– Как найти Дедушку Хасима?
Пацан вздрогнул, как от удара током и отчаянно попытался вырваться. Я еще чуть сильнее сжал его руку.
– Не ответишь – будешь инвалидом.
У него на лбу выступил пот.
– Его люди меня убьют. Мне надо кормить семью. Батя помер… – прошептал он.
– Ты не бойся, никто тебе ничего не сделает. Ты просто в его сторону головой кивни, дальше я сам. Ну, и, если будешь помалкивать о нашем разговоре, целее будешь.
Пацан явно решал задачку – сейчас без руки или потом попасть на перо. Я ему помог, немного запустив боли по его нервам. Впрочем, я считал его. Он с ужасом смотрел в угол рынка, где, скучая, стоял здоровяк бандитской наружности.
– Спасибо, – сказал я ему и отпустил. Пацана как ветром сдуло.
Я, пользуясь своими габаритами, пошел через толпу к здоровяку. За мной, если так можно выразиться, в кильватерной струе, шла Синяя.
Подойдя к нему, я спросил:
– Где Дедушка Хасим?
Он попытался смерить меня уничижительным взглядом, но, поскольку был мне по плечо, у него это не очень-то получилось.
– Ну, я Хасим, чего надо?
Блин, опять эта багровая ярость. Надо держать себя в руках.
Я приобнял его, нажав попутно на болевую точку в районе плеча. Причем, наверное, даже излишне, ударил по ней красным. Настолько, что парень начал балансировать на грани болевого шока. При этом я немного «придушил» его голосовые связки, чтобы он сильно не орал. Со стороны казалось, что мы мирно беседуем, поэтому, когда он обоссался от боли, то глаза Синей полезли из орбит.
– Послушай, дебил, – прошептал я ему на ухо, усилив свой голос в его голове до уровня колокольного звона, – если ты до сих пор не научился отличать Людей от крестьян, то тебе надо идти работать сутенером. Или проституткой. Ну, в зависимости от того, что ты сейчас ответишь.
Я мог считать его, но решил этого не делать. Принципиально. Только просканировал его ауру на предмет личины, но он был чист, как младенец.
Из ближайшей лавки, торгующей всякими мелочами, к нам заспешил корявый, немного хромоногий старик. Его аура… это отдельная история. При том, что она была белая, такого количества «интуитивных сгустков» я еще не видел. Ни у Коригуса, ни у капитана, да вообще ни у кого. Народ перед ним стремительно рассасывался. Эти сгустки, при взгляде на нас, совершали совершенно безумный танец. Он подошел к нам. Автоматически я отметил, что к месту нашей встречи начало стягиваться еще порядка десяти человек.
– Гогик, кто эти люди и что им нужно? – спросил он здоровяка, разом схватив всю картину, включая его выпученные глаза и мокрое пятно на штанах.
Ответил я, так как у него в этот момент были другие проблемы.
– Здравствуйте, Дедушка Хасим. Вам привет от Дона Коригуса с Дальнего острова. Я попросил Вашего человечка позвать Вас, но, видно, он меня с крестьянином попутал. И большая просьба – успокойте
