Другая группа строений была практически целой. Во всяком случае, сколько курсант не всматривался, никаких видимых разрушений он обнаружить на них не мог. Еще бы – происхождение всего этого было совсем другим, поэтому прочность была на порядок выше… Правда, с эстетической точки зрения строения эти были даже не уродливы, а убоги – голая рациональность, никакой архитектуры. Стены не из камня даже, а из металла, который шел обычно на корпуса звездолетов.
Убоги-то убоги, а вот сохранились. Что поделаешь, эти здания когда-то были блоками корпуса корабля-колонизатора, опустившегося на эту несчастную планету. Возможно, кстати, что и не одного, а нескольких кораблей – уж больно их было много. Стандартная тактика колонизации, применяемая в то время людьми – корабли, приземляясь, служат основой для строительства города. Только у других было принято разбирать их на металл или использовать в качестве гигантских общежитий, а русские сразу разработали конструкции кораблей, которые позволяли быстро растаскивать корабли на отдельные блоки-отсеки стандартных размеров, из которых потом, как из кубиков, можно было собирать хоть дома, хоть ангары, хоть энергостанции, благо кварк-реакторы были компактными и безопасными. Гигантский детский конструктор, иначе и не назовешь.
После того, как модули снимались, от корабля оставались двигатели и центральный блок, тонкий и длинный, как позвоночник человека. Эту самую основу экипаж отгонял на базу, чтобы там загрузить новой порцией модулей и новыми колонистами, и отогнать потом вновь на осваиваемую планету, может быть, на ту же самую. Дешево и сердито. Кстати, именно поэтому в те времена Российская Империя могла себе позволить перевозить людей в относительно комфортных условиях, а не погружать их в криокамеры, после которых не все выживали, а многие выжившие капитально подрывали себе здоровье. Такие корабли с мороженым мясом, заслужившие прозвища "рефрижераторов" и "скотовозов", широко использовались многими другими странами, спасающимися от перенаселения и стремящимися вытолкнуть часть своих ставших лишними граждан подальше в космос. Впрочем, у русских и причина экспансии была совсем другой, нежели у соседей, во всяком случае, от перенаселения они не страдали, скорее, наоборот, поэтому они предпочитали на людях не экономить, что, кстати, привело к процветанию их колоний и резкому усилению самой империи.
Собственно, русские в свое время рванули в космос от безысходности. Так уж получилось, что огромная страна, населенная талантливым, но безалаберным и непрактичным народом, проигрывала соседям – ну, не везло русским с правителями. Хотя, конечно, каждый народ заслуживает своего правителя, это правило еще никто не отменял, но все равно было обидно, тем более что в открытом бою их так никто ни разу и не победил. Просто-напросто откусывали по кусочку, то подкупая чиновников, то устраивая очередную религиозную или национальную заварушку, то провоцируя появление вала наркотиков. В этот момент и пришел к власти генерал, объявивший себя императором и сумевший дать народу новую национальную идею. Проще говоря, провозгласил приоритетом освоение космоса.
И тут сложились два фактора – энтузиазм, подкрепленный щедрыми финансовыми вливаниями, и изобретение первого, примитивного и небезопасного, но действующего гипердвигателя. Русские, уже потерявшие к тому времени почти треть территории, рванули в космос, подобно взбесившейся торпеде – и, прежде чем кто-то сумел отреагировать, оказались обладателями наиболее мощного флота в Солнечной системе, в два счета взяли под контроль орбиту Земли и в жесткой форме потребовали оставить их в покое. Орбитальная бомбардировка соседей весьма быстро убедила последних в том, что вот как раз сейчас стоит отступить и еще раз подумать, стоит ли связываться с сумасшедшими. Радиоактивные руины Парижа, стеклянные озера на месте Токио и Пекина, воронка, заполненная морской водой там, где еще недавно был Лондон… Русские не собирались церемониться, и остальные, поняв это, смирились с тем, что их и впрямь лучше оставить в покое. До лучших времен.
Однако восстановить статус-кво уже не получилось. Русские отнюдь не собирались отказываться от амбициозных планов космической экспансии – понравилось им это дело, да и первые результаты были весьма вдохновляющими. Остальные тоже решили не отставать, благо долго удержать секрет гипердвигателя в информационном обществе было невозможно, и в результате человечество полезло в космос, как пена из деревенского сортира, в который чья-то шаловливая ручка накидала дрожжей. Ближайшие звездные системы заселялись прямо рекордными темпами, что на столетия разрядило обстановку на Земле, да и полезных ископаемых в космосе оказалось в избытке. Словом, вовремя изобрели двигатель, очень вовремя.
Во время этих событий русские и развернулись во всей своей красе, захватив и освоив больше звездных систем, чем все остальные, вместе взятые. Надо сказать, осваивали они фронтир не так как остальные, более примитивно, что ли, бессистемно, но все равно это сделало их сильнейшими. Правда, такое положение вещей привело к тому, что они же первыми начали контактировать с иными расами и первыми вступили с ними в конфликт, ибо делиться звездным пирогом никто не хотел. В тот момент у человечества оказалось немало соседей, сравнимых с ним по силам и готовых подраться. Люди, впрочем, моментально смогли объединиться и по очереди разбить практически всех – уж против кого-то воинственная раса хомо сапиенс (хотя насчет сапиенс можно и поспорить) дружить умела всегда. Да и технической смекалкой люди всегда отличались. Словом, одних разбили, других запугали до полусмерти (некоторых, кстати, и до смерти, чтоб другие еще сильнее боялись) – и вот на этой минорной ноте, к сожалению, сотрудничество кончилось, и вновь началась конкуренция, которая и привела в конечном итоге к Большой Усобице и отбросила человеческую цивилизацию на столетия назад.
Петр тряхнул головой, отгоняя почерпнутые из книг воспоминания, и еще раз оглядел город, решая одновременно несложную дилемму – спускаться в город прямо сейчас или переночевать здесь, а исследование города начать с рассветом. Осторожность победила – лезть на ночь глядя в мертвый город, который, вдобавок, неизвестно от чего вымер, и в котором, помимо готовых в любой момент рухнуть зданий и призраков прошлого, могло найтись что угодно, от поселившихся там местных хищников до сохранившихся и не да конца исчерпавших заряд (что такое для имперской техники тысяча лет – плюнуть да растереть) боевых роботов-охранников, было бы не самым мудрым решением. Так что разбил курсант палатку и привычно стал устраиваться на ночлег на свежем воздухе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
