— Почему?
— Она не пара ему!
— Ты хочешь сказать, что она недостаточно богата? Или не того происхождения?
— Ничего подобного! Кристабель — странная девушка, она постоянно хмурится, я не понимаю ее. Эдвину нужна девушка, которая обладала бы более живым нравом. Сам он очень спокойный и тихий человек, и ему нужна девушка, которая была бы его полной противоположностью!
— А он любил Кристабель?
— Она ему нравилась! Но, я думаю, он жалел ее, Эдвином всегда движет жалость!
— Считаешь, что это была только жалость?
— Наверняка!
— Что проку от такой жалости, если потом становится еще хуже? Она была так несчастна…
— Лучше побыть несчастной пару месяцев, чем мучиться всю жизнь!
— О, как бы мне хотелось, чтобы он тогда не уделял ей столько внимания!
— Моя дорогая Присцилла, как часто мы произносим одну и ту же фразу, — как бы я хотел…
— И даже ты? — спросила я.
— Даже я…
Мы снова вернулись в зал, Ли не отходил от меня ни на шаг. Не знаю, что тогда на меня нашло. Может, все это случилось из-за того, что я увидела какую-то пару, обнимающуюся в темном углу. Мне казалось, что многие пришли сюда, чтобы насладиться приключением, благо маски гарантировали полную неизвестность.
Я почувствовала внезапный порыв доказать Ли, что вполне способна сама о себе позаботиться.
В зале царила такая теснота, что мне удалось потихоньку ускользнуть от Ли. Я пробилась сквозь толпу и вернулась на галерею. Там никого не было, и я, решив остаться тут, задумалась о необычности всего, что произошло со мной, но тут кто-то коснулся моей руки, и я обернулась, ожидая увидеть Ли. Передо мной стоял человек в маске. Я вскрикнула от удивления, и тогда незнакомец на мгновение приподнял свою маску и тут же ее опустил. Но мне хватило и этого краткого мига: это был тот самый мужчина, которого я видела в лавке на площади Святого Марка и который потом следил за моими окнами с канала!
— Наконец-то мы встретились, — промолвил он. Несомненно, он был чистокровным англичанином, как и я.
— Кто вы? — спросила я. Он прижал к губам палец.
— Позвольте мне пока остаться вашим таинственным почитателем, — ответил он.
— Но зачем?
— О, просто потому, что это делает нашу встречу гораздо более интересной. Все любовные интриги замешаны на тайнах!
— Я не понимаю вас, — холодно произнесла я и направилась обратно в зал.
— Не так быстро, неуловимая леди! — прошептал он. — Я желаю поговорить с вами!
— А я желаю вернуться в зал!
— Сначала выслушайте меня.
— Я бы предпочла вернуться!
— Иногда даже таким очаровательным леди приходится поступать так, как это угодно другим!
Я начала тревожиться. Этот человек вызвал у меня опасения, когда я впервые столкнулась с ним. Теперь же я поняла, что мои дурные предчувствия имели под собой почву.
Он крепко схватил меня за руку, что лишь еще раз свидетельствовало о его дурных намерениях. Я попыталась вырваться, но его рука только крепче сжала мою, и я поняла, что я в опасности.
— Уберите руки! — приказала я.
Он шагнул ближе ко мне. От него пахло изысканными духами — мускусом или сандаловым деревом. Пальцы его украшали несколько перстней, а на шарфе блестели драгоценные камни.
— Это приказ? — спросил он.
— Да, — ответила я.
— Очаровательно! — усмехнулся он. — Но сейчас приказы отдаю я!
— Вы говорите загадками, сэр, но я не испытываю желания знать ответы.
— У вас, милая леди, острый язычок. Мне нравится, когда женщины обладают характером. Главное, конечно, красота, затем они должны нежно любить меня, но я совсем не против, если у девушки есть чем ответить: это вносит необходимое разнообразие!
— Вы говорите чепуху!
Он схватил меня в объятия и прижался ко мне жесткими губами. Я оттолкнула его.
— Как вы смеете?! — негодующе выдавила из себя я.
— Я очень смелый джентльмен! Послушайте: у меня есть одно очень приятное местечко, вам там понравится. Я вас сейчас туда отвезу!
— Вы, должно быть, сошли с ума?
— Да, я безумно люблю вас! Вы так молоды, а юность так волнующа! Я обожаю общество юных дам!
Я попыталась убежать, но он крепко держал меня. Он был весьма силен и ловок, и, несомненно, опытом в делах, подобных этому, он уже обладал. Я даже не могла сопротивляться, и после нескольких секунд безмолвной борьбы ему удалось протащить меня через галерею, вниз по ступенькам, к самому каналу.
— Ли! Сюда, быстрей! — закричала я.
Прямо у моих ног причалила гондола. Внезапно меня подняли, и я очутилась в руках человека, который до этого ждал в лодке.
Все произошло так быстро, что я даже не успела понять, что в самом деле меня похищают. Я закричала, но мои призывы о помощи потонули в шуме музыки, доносящейся из палаццо. Мимо проплыла пара гондол, но, казалось, никто не обратил особого внимания на вырывающуюся девушку, которую увозили явно против ее воли.
Мой похититель тоже спрыгнул в гондолу.
— Готово, Бастиани! — крикнул он, и мы отплыли. Я снова позвала на помощь, но его рука плотно зажала мне рот.
— Слишком поздно, пташка! — сказал он. — Теперь ты попалась! О, какой надменной ты была: ни улыбки для меня! Ну, теперь я тебя заставлю улыбаться! Есть, знаешь ли, некоторые способы, а небольшое сопротивление мне даже по нраву, но только сначала!
Судьба моя была очевидна. Меня пронизали страх и гнев на самое себя. Какой же я была глупой! Ли был прав: я действительно ребенок, не способный позаботиться о себе! Я хотела проучить Ли, и какой жестокий урок получила сама!
Но я буду сопротивляться, я не поддамся этому человеку! Ему еще надо будет вытащить меня из гондолы и доставить в свой ужасный дом. Это у него так легко не выйдет, я буду бороться изо всех сил!
Мы покинули широкие воды канала. Заметно стемнело. Мы проскочили под мостом, и я услышала, как гондольер что-то сказал.
— Едем, едем! — приказал мой похититель.
Гондола мчалась, рассекая плавно катящиеся воды. Я снова позвала на помощь, но рука тут же крепко зажала мне рот.
Гондола остановилась. Мой похититель выскочил и ждал на берегу, чтобы подхватить меня. Я упорно сопротивлялась, не желая выходить. В этот момент мимо нас проплыла какая-то гондола. Я не видела, как она причалила, потому что меня крепко держал гондольер. Я была безумно напугана, ибо знала, что долго так не продержусь.
Внезапно из темноты вынырнула какая-то тень и бросилась на похитителя. Тот обернулся, и я услышала, как он вскрикнул. В его голосе смешались злоба и боль. Я увидела силуэты двух борющихся мужчин, потом снова раздался крик, и один из них скатился в воду канала.
