Читаем без скачивания Лживая правда - Виктор Метос

страдающий серьезным психическим заболеванием, хромой, то есть неспособный бегать быстро, а кровь, которую вы на нем видите, нанесена умышленно, чтобы изобразить хаотические брызги…

– Возражение! Защитник перечисляет то, чего нет в протоколе допроса!

– У вас в руках этот человек, – продолжал Дилан, не давая судье возможности вставить слово, – который, как вам известно, страдает тяжелейшим психическим расстройством, какое только возможно, а вместо хаотических брызг крови, чего можно ожидать в случае жестокого преступления, вы видите старательно нанесенные…

– Возражение!

– …полосы крови. У вас есть все это, и вы даже не искали других подозреваемых, так, следователь Филипс?

– Ваша честь, я уже дважды подала возражение!

– Мистер Астер, пожалуйста, дожидайтесь моего решения по возражениям, прежде чем продолжать допрос свидетеля. Миз Уайтвулф, ваше возражение поддержано. Продолжайте, мистер Астер.

– Следователь Филипс, – сказал Дилан, делая еще шаг вперед, – вы даже не искали других подозреваемых, так?

– На основании имевшихся у нас доказательств…

– Ах, ну да, – сказал Дилан, уже подошедший к кафедре свидетеля так близко, что можно было положить руку на перила. – Имевшихся у вас доказательств. Доказательств… Орудия убийства вы так и не нашли, правильно?

– Мы обнаружили бейсбольную биту в охотничьем домике в…

– Вы обнаружили бейсбольную биту в другом охотничьем домике поблизости от места преступления через несколько недель после убийства, правильно?

Следователь помолчал.

– Да.

– И вы ее не обнаружили. Вам подсказали, где ее искать.

– Совершенно верно.

– Были ли обнаружены на этой бите следы крови?

– Насколько мне известно, нет.

– На самом деле бита внешне выглядит совершенно новой, не так ли? Словно ею ни разу не пользовались.

– Пожалуй, да.

– Также должен был быть нож, которым были изуродованы жертвы, правильно?

– Правильно.

– Вы нашли этот нож?

– Нет, пока не нашли.

– У жертв отсутствовали некоторые органы, это так?

– Да.

– Эти органы были обнаружены?

– Не были.

– У Майкла Тернера отсутствовала конечность. Левая рука. Вы ее нашли?

Филипс неуютно переступил с ноги на ногу.

– Нет, мы так ее и не нашли.

– У другой жертвы отсутствовала кисть. У Эйприл Фоллоуз, кисть правой руки. Вы ее нашли?

– Нет, не нашли.

– И только? «Мы не нашли»? Разве за этими словами обычно не следует: «Мы полагаем, что ее забрал преступник»?

– Нет, не во всех делах.

– В данном конкретном случае вы не добавили эту фразу, поскольку бездоказательно обвинили задержанного, у которого ничего этого не было, так?

– Не было.

– На самом деле единственным, что связывало Арло Уорда с преступлением, была кровь у него на лице и одежде, правильно?

– Он также дал признательные показания…

– Единственным вещественным доказательством, связывающим Арло Уорда с преступлением, была кровь, умышленно нанесенная на лицо и одежду. Разве не так?

Следователь долго колебался, несколько раз оглядываясь на Келли.

– Да, это так, – наконец ответил он.

Келли встала.

– Ваша честь, мы можем удалиться в ваш кабинет и обсудить один вопрос без присутствия присяжных?

– Несомненно. Объявляется десятиминутный перерыв, после чего заседание продолжится.

Дилан удивленно посмотрел на Келли; та старательно избегала смотреть на него. Ее желание обсудить какой-то вопрос без присяжных могло означать только одно: его обсуждение в их присутствии навредило бы обвинению. Адвокат оглянулся на Лили и Мэдлин – те, как и он, пребывали в полном недоумении.

Глава 51

В кабинете судьи пахло лучше, чем запомнилось Дилану по его предыдущему визиту сюда. Пыли нигде не было, все стояло на своих местах, на ковролине сохранились ровные полосы от пылесоса. Судя по всему, Хэмилтон попросил сделать в кабинете уборку на тот случай, если кто-нибудь из журналистов захочет взять у него здесь интервью.

Дилан и Джеймс сели, но Келли, скрестив руки на груди, прислонилась к стене рядом со столом судьи. Лили с Мэдлин устроились напротив нее.

– Ваша честь, – сказала Келли, – весь этот допрос нужно вычеркнуть из протокола.

– Это еще почему? – удивился Дилан. – Потому что ваш следователь нервничает и бесится?

– Потому что это не имеет отношения к делу. На предварительном слушании мистер Астер заявил, что будет строить защиту на основании того, что его клиент невменяемый. В таком случае единственной целью вопросов мистера Астера свидетелям должна быть попытка убедить присяжных в том, что действия мистера Уорда попадают под юридическое определение сумасшествия. Вместо этого он, по сути дела, сейчас стремится показать, что мистер Уорд не убивал тех ребят.

Дилан бросил на Лили взгляд, выразительно говорящий: «Помогай!» И она помогла:

– Прецедентом в судебной практике считается дело «Хатчинсон против Скаута». В этом деле свидетели видели, как обвиняемый убегал с места преступления. Обвиняемый также страдал шизофренией, и защита делала упор на ограниченной дееспособности. Поэтому она заявила о невиновности обвиняемого, в качестве альтернативного варианта взяв формулировку «по причине сумасшествия».

– В том деле определенные детали указывали на наличие второго преступника, – возразила Келли. – В нашем случае нет никаких оснований полагать, что в убийстве замешан кто-то второй. Защита пытается переложить на нас доказательство сумасшествия подсудимого, и тогда ей уже не придется самой доказывать присяжным соответствие правилам Макнотена[31]. Ваша честь, нельзя усидеть на двух стульях сразу. Обвиняемый или не совершал преступления, или совершил его, находясь в тот момент в невменяемом состоянии, и доказывать это должны защитники, а не я. Они должны сделать выбор, ваша честь, поскольку в противном случае сбор доказательств будет несправедливо взвален на обвинение.

– Мы ни в коем случае не обязаны делать выбор, – сказала Лили. – Прецедент Макнотена возлагает на нас задачу доказательства невменяемости нашего подзащитного, однако нигде не говорится, что мы не можем также оспаривать то, что он имеет отношение к данному преступлению; а если вы установите, что убийства совершил мистер Уорд, мы будем настаивать на том, что из-за своего психического состояния он не может отвечать за свои действия.

Шумно вздохнув, судья задумался, затем посмотрел на Джеймса:

– Мистер Холден, вы хотите что-нибудь добавить?

– По-моему, вопрос исчерпан, ваша честь.

– Мистер Астер?

– Это возражение является чисто академическим вопросом, ваша честь. Я просто прощупываю почву для защиты на основании психического расстройства. За весь этот перекрестный допрос я ни разу не сказал, что Арло не совершал эти убийства; я просто обратил внимание на то, что следователь поспешил принять решение, не проведя должным образом расследование…

– Бред! – перебила его Келли. – С таким же успехом вы могли бы сказать: «Ну что ж, мы считаем, что он невиновен и также сумасшедший, и пусть это доказывает обвинение, а не мы».

Постучав ручкой по столу, Хэмилтон сказал:

– Мистер Астер, я не собираюсь удалять из протокола то, что мы заслушали к настоящему моменту. Я считаю, что требования миз Уайтвулф относительно необходимости нарушения целостности корпуса показаний являются необоснованными. Однако впредь я ограничу вас в том, что присяжные будут слушать насчет невиновности мистера Уорда. Вы определились с выбором линии защиты: психическое заболевание. После того как такая линия была одобрена, бремя сбора убедительных доказательства вашего предположения ложится на вас. Вопрос о доказательстве полной невиновности вашего подзащитного больше не стоит. На мой взгляд, миз Уайтвулф права в том, что прецеденты, перечисленные миз Риччи, отличаются от настоящего дела и не могут быть применены непосредственно. Вы, если так можно выразиться, уже согласились с тем, что ваш подзащитный совершил это преступление, просто он не должен за него отвечать.

– Мой подзащитный страдает серьезным психическим заболеванием, ваша честь, и не разрешает мне заявить о его невиновности.

– Это уже ваша с ним проблема. Я проведу дальнейшее изучение данного вопроса, но пока давайте остановимся на том, что вы ограничитесь доказательством невменяемости вашего подзащитного, поскольку именно такая линия защиты была заявлена. А теперь давайте вернемся в зал и закончим сегодняшнее заседание. Я чувствую, что присяжные уже утомились от перепалок – как и я, должен вас предупредить.

Глава 52

Келли покидала здание суда одной из последних. Они с Джеймсом встретились на ступенях у входа, чтобы поговорить со своими «теневыми присяжными». Двумя мужчинами