Но я вовсе не собирался это делать. Мне просто были позарез нужны деньги, поскольку я оказался на мели.
– Вы отдаете себе отчет в том, что одной из жертв в этом деле перерезали горло, так? Больше того, сделали такой глубокий разрез, что буквально обезглавили ее.
Эван молчал.
Положив обе руки на кафедру, Лили повысила голос, наполняя его гневом. Ей нужно было вывести Эвана из себя, вытрясти из него какую-нибудь реакцию, которая останется у присяжных еще долго после того, как он покинет место свидетеля.
– Мистер Уорд, вы не любите своего брата, ведь так?
– Я бы так не сказал.
– Вы не хотите признаться в том, что не любите своего брата? Вот как? Значит, вы не сказали Лине Уорд, жене Арло, при самой первой встрече, что ей нужно бросить его, потому что он, цитирую, «просто спятивший неудачник».
– Может, я и говорил что-то в таком духе… Я не помню.
– В последний раз вы виделись с Арло у вас в квартире, правильно?
– Наверное.
– Он пришел к вам домой, чтобы сказать, что женится.
– Да.
– Вы открыли дверь и увидели его на пороге.
– Ну да. – Эван пожал плечами.
– И вы его прогнали.
– Не помню.
– Сказав брату, чтобы он уходил, – продолжала Лили, снова не обращая внимания на его ответы, – вы проявили по отношению к нему насилие.
– Нет, не было этого!
– Вы не схватили его за шиворот и не швырнули на землю?
– Нет.
– Вы не оседлали его верхом и не ударили кулаком в лицо, не один раз, не два, а три раза?
– Нет.
– То есть если Лина Уорд сидела в машине и видела все это, и если она придет сюда и под присягой расскажет о том, что видела, она будет лгуньей, не так ли?
– На это ничего не могу сказать. – Эван снова пожал плечами. – Но я не бил Арло.
– В числе ваших прошлых неладов с законом есть обвинение в Северной Дакоте за нанесение телесных повреждений, правильно?
Эван шумно вздохнул:
– Да.
– Вы избили Арло, когда еще жили с ним у ваших родителей?
– Да.
– Я ознакомилась с полицейским отчетом об этом инциденте, мистер Уорд. Вам нужно перечитать его, чтобы освежить в памяти то, что произошло в тот день?
Эван бросил на нее полный ярости взгляд, красноречиво говорящий о том, что, как только они выйдут из зала суда, он набросится на нее с гневными обвинениями. Лили выдержала его взгляд, не моргнув.
– Нет, мне не нужно его перечитывать.
– В тот день вы ударили Арло, правильно?
– Да, кажется, ударил. – Теперь Эван говорил уже тихо, огонь у него в голосе погас, поскольку до него дошло, что он, возможно, оказался в крайне неприятном положении.
– Вы ударили его каким-то предметом, так?
– Вроде того.
– Это была бейсбольная бита, правильно? Вы ударили своего брата бейсбольной битой с такой силой, что вашим родителям пришлось вызывать «Скорую помощь».
– Возражение! – едва не крикнул Джеймс.
– Отклоняется, – сказал судья.
Эван сглотнул комок в горле.
– Да, ударил, но только в качестве самообороны. Мне тогда было… ну, лет девятнадцать. Еще совсем мальчишка.
– Ваш брат был безоружен, правильно?
Покачав головой, Эван отвернулся, словно не в силах поверить в то, что это происходит на самом деле.
– Да.
– Согласно полицейскому отчету, после первого удара Арло упал на пол и расплакался, это так?
Эван ничего не ответил, и Лили подняла бумаги.
– Если вам нужно перечитать, в полицейском отчете все это есть.
Эван прикусил губу с такой силой, что выступила кровь, затем разжал зубы.
– Да, Арло упал на пол.
– И что вы сделали тогда?
Глубокий вдох, взгляд на присяжных, после чего Эван уставился себе под ноги, осознав в полной мере последствия того, что собирался сказать.
– Когда Арло лежал на полу, я ударил его бейсбольной битой.
– Вы ударили его по голове, так?
– Да.
– Похоже, у вас это вошло в привычку – угрожать перерезать горло и разбивать голову, не так ли?
– Возражение! – разом воскликнули оба прокурора.
– Вопрос снят, – сказала Лили, не отрывая глаз от Эвана. – Вам известно, мистер Уорд, где находится Каньон Койота, не так ли? И, пожалуйста, не лгите, потому что мы уже выяснили у полицейского, осуществляющего надзор, что вы там бывали.
– Да, мне известно, где он находится.
– Вы бывали там?
– Я люблю ловить рыбу, а место там отличное.
– На самом деле полицейский, осуществляющий надзор, сказал, что вы бываете там весьма часто, правильно?
– Как я уже сказал, там лучшая рыбалка в штате.
Лили вышла из-за кафедры, но не стала приближаться к месту для свидетеля, как это делал Дилан.
– Вы были там девятого мая, не так ли?
– Нет, не был.
– Вы убили этих людей?
– Нет, черт возьми, я их не убивал!
– Возражение! – хором воскликнули Келли и Джеймс, вскакивая.
– Вы наконец сделали то, о чем уже давно грозились: раскроили людям головы и перерезали им горло. Но затем, осознав, что натворили, вы запаниковали, поэтому попросили приехать туда своего брата, страдающего серьезным психическим расстройством, и…
– Возражение! – буквально выкрикнула Келли.
– …и взять на себя всю вину. Не сомневаюсь, вы были в восторге от того, что он был готов это сделать. А мысль о том, что его казнят за преступления, совершенные вами, доставила особенное наслаждение.
– Это сделал я, – сказал Арло, вставая. – Это сделал я, миз Риччи. И не говорите, что я этого не делал.
Дилану пришлось схватить его и силой усадить на место.
– Миз Риччи, – произнес судья голосом, не предвещающим ничего хорошего, – ко мне в кабинет. Немедленно!
Глава 56
– Я имею полное право обвинять Эвана Уорда, – решительно заявила Лили, как только они оказались в кабинете судьи.
Закрыв дверь, судья Хэмилтон прошел за свой стол. Сев, он отпил холодного кофе из кружки с надписью «Лучшему папе».
– Это был не допрос свидетеля: это была самая настоящая западня! – возмущенно произнесла Келли. – Защита уговорила человека прийти в суд, чтобы защитить своего брата, а затем буквально его оглушила.
– Мы вправе обвинять в преступлении кого угодно, если это только в пределах разумного, – возразил Дилан.
– Вы считаете, это в пределах разумного?
– Ваша честь, – примирительным тоном произнесла Лили, – этот человек регулярно бывает в окрестностях места преступления, в прошлом он уже совершал акты насилия с использованием ножа и бейсбольной биты, а в настоящий момент условно-досрочно освобожден после нападения на кассиршу, в ходе которого угрожал убить ее тем же способом, каким была убита одна из жертв. Если б полиция занималась своим делом, Эван Уорд уже давно был бы в списке подозреваемых.
– Подсудимый сам заявил, что его брат не имеет к этому убийству никакого отношения, – сказал Джеймс. – Нет абсолютно никаких свидетельств того, что в тот день Эван Уорд находился в окрестностях каньона. Защита поступила недобросовестно. Я прошу полностью удалить показания свидетеля из протокола и предупредить присяжных не обращать на них внимания.
Вздохнув, Хэмилтон посмотрел на Дилана, вопросительно подняв брови в ожидании ответа.
– Ваша честь, я в который уже раз прошу обвинение указать мне на какое-либо правило или положение, запрещающее нам задавать свидетелю вопросы относительно других аспектов преступления.
– Он прав. – Покачав головой, Хэмилтон повернулся к Келли: – Действия защиты не противоречат закону и этическим нормам коллегии адвокатов. – Он снова повернулся к Дилану и Лили: – Однако это очень скользко и граничит с аморальностью.
Все молчали.
– Предлагаю вернуться в зал и поблагодарить присяжных за потраченное время, – встав из-за стола, сказал Хэмилтон. – Полагаю, все вымотаны до предела. На сегодня можно закончить.
Глава 57
На следующий день первым в качестве свидетеля был вызван эксперт, помогавший криминалисту округа. Он мало что смог добавить по существу, и Дилан предположил, что его вызвали, только чтобы показать присяжным, что обвинение сделало все возможное для расследования этого преступления.
После окончания заседания Дилан вышел на ступени здания суда, где уже толпились журналисты. Лили
