отправился спать. Официанты же только и успевали менять пустые бутылки на полные.
– Дядя Кирилл, – спросил я наигранным пьяным голосом, подметив, что один из официантов назойливо крутится вокруг да около, – а ты видел своими глазами то золото, которое спрятали повстанцы?
– Нет. Твой дед никого тогда не подпустил. Сказал, что всё сделает сам.
– Я тоже не видел, – покачал головой я. – Только слышал. Дед всегда говорил, что если у Рода будут проблемы с деньгами, то нужно добраться до этого имения и открыть в подвале секретный проход. Но в подробности не вдавался.
– Ну ещё бы! – хмыкнул Скала. – За такие подробности сама Империя может казнить. Всё-таки весь пропавший золотовалютный запас Лихтенштейна – это тебе не шутки.
Я сделал вид, что хочу встать, но неловко махнул руками, и, потеряв равновесие, рухнул со стула, растянувшись на земле.
– Ох… – простонал я. – Кажется, мне уже хватит…
– Ничего тебе не хватит, боец! – Скала, усмехнувшись, поднял меня и посадил обратно. – Давай ещё по одной!
Официант, который всё это время стоял неподалёку, с поклоном наполнил наши кружки, и я, изображая пьяную ухмылку, сказал:
– Ну ладно, гулять так гулять! Значит, главное добраться до этого клада… А потом можно покинуть эту чёртову дыру… Как она меня уже достала, кто бы только знал…
– Осталось только придумать, как попасть в имение Иванова, тогда мы смогли бы вернуть себе всё, что было потеряно. На штурм идти точно не вариант, у герцога хорошая охрана. Хм, Теодор… А может, просто попробуем с ним договориться? Возможно, если мы предложим ему не только усадьбу, но ещё и твою фирму, и лавку, и ещё сверху, скажем, миллион…
– Миллион? – я сделал круглые глаза. – Нет, дядя Кирь… Это слишком палевно. Он может что-то заподозрить. А нужно всего хотя бы на одну ночь арендовать, этого было бы достаточно, – я сделал глоток пива, затем, сделав вид, что задумался, добавил: – Ладно, давай ещё по одной. А потом я пойду спать.
– Не, ещё по одной – это уже перебор, – покачал головой Скала. – Тебе уже хватит. Пойдём, я тебя отведу.
– Не-а… – закапризничал я, изображая негодование. – Я ещё хочу… Ик…
– Я сказал – хватит, и всё. Пошли! – Скала решительно встал и взял меня под руку.
Я начал упираться, настаивая на том, чтобы выпить ещё. Скала, усмехнувшись, подхватил меня и повёл в дом.
– Пойдём, пойдём, – приговаривал он, поддерживая меня. – Всё, Теодор, тебе пора спать.
Я, изображая сильное опьянение, шатался, чуть не падая, сбивал всё, что попадалось на пути. В этот момент из дома вышла Анастасия. Я, увидев её, тут же бросился к ней, схватил её за руку и принялся целовать.
– Графиня Анастасия, вы так прекрасны… – пробормотал я, с трудом выговаривая слова. – Не хотите пройтись со мной? Поговорить об… ну… об искусстве…
Анастасия испуганно пискнула, пытаясь вырвать руку, но я не отпускал.
– Не бойся, Настенька, – рассмеялся я. – Вавилонский тебя не обидит…
– Не обращайте внимания, госпожа, – успокоил её Скала. – Он просто перепил…
– Ему не будет плохо? – с тревогой спросила она, глядя на меня.
– Ему уже плохо, – со смехом ответил Скала.
– Я пойду помогу, – сказала Анастасия и пошла с нами. – Теодор ведь никогда не увлекался алкоголем, – с недоумением сказала она, когда мы уже подошли к крыльцу. – Что случилось? Зачем он так много выпил?
Мы вошли в дом, и я, потеряв равновесие, рухнул на пол. Анастасия быстро закрыла за нами дверь, а когда повернулась, то увидела, что я уже стою на ногах, бодрый, свежий, и, самое главное, – совершенно трезвый.
– Прошу прощения, Настя, – сказал я с лёгкой улыбкой, – но это был вынужденный перфоманс.
– Что?! – Анастасия, не веря своим глазам, посмотрела на меня. – Так ты… ты не пьян? И не приставал ко мне?!
– Нет, конечно, – ответил я. – В моём воспитании нет таких привычек. Разве что… для дела, – добавил я, подмигнув ей.
– Так, – она окинула меня подозрительным взглядом, – значит, всё это… розыгрыш?
– Ну да, – кивнул я. – Просто спектакль для чужих глаз.
– Так значит, все сказанные комплименты были не взаправду? – Анастасия сложила руки на груди и прищурилась, глядя на меня своими голубыми глазами. В них плясали смешинки, но в то же время чувствовалась лёгкая обида.
– Упс, я, пожалуй, пойду, проверю там бойцов, – Скала, кашлянув, поспешил ретироваться, не желая быть свидетелем нашего разговора.
– Дядь Кирь… – начал было я, но он уже скрылся за дверью.
– Вот хитрый жук, – усмехнулся я. – Ну ладно, – я повернулся к Анастасии, – пошли, я тебе сейчас всё объясню…
Имение герцога Иванова
Город Вадуц, княжество Лихтенштейн
Герцог Сергей Никифорович Иванов вовсе не был дураком. Узнав о том, что Вавилонский организовал выходные для своей новой гвардии, он тут же решил воспользоваться ситуацией.
Информация, полученная от его людей, внедрённых в штат прислуги Вавилонского, подтверждала догадки. Напившись на отдыхе, Теодор Вавилонский проболтался полковнику Полянину, что под имением Иванова спрятано золото. Много золота!
Иванов остановился, резко развернулся, и подозрительно посмотрел на своего начальника службы безопасности, который сидел напротив него, невозмутимо попивая кофе.
– Герхард, – спросил Иванов, – ты что-нибудь слышал о золоте, которое могло остаться здесь после войны?
– Золото? – Герхард Дольц, отставив чашку в сторону, нахмурился. – Нет, Ваша Светлость. Мне ничего об этом неизвестно.
– Ты уверен? – Иванов сверлил его взглядом.
– Абсолютно, – спокойно ответил Герхард. – Когда Лихтенштейн был присоединён к Империи, все ценности были вывезены отсюда. И золото, в том числе.
– Или не вывезены? – Иванов задумчиво произнёс эти слова, как будто разговаривая сам с собой.
– Что вы имеете в виду, Ваша Светлость?
– Если бы Империя потеряла это золото, то они никогда в этом не признались бы, – с усмешкой пояснил Иванов. – Репутационные потери, компенсации, судебные иски… Оно им надо? Да и для Империи это не такие уж и большие деньги. А вот для отдельного аристократа, иметь золотой запас целой страны – это прям сильно. Вот ублюдочный Вавилонский! Теперь всё сходится, если это правда.
– А если неправда? – возразил Герхард. – Вдруг это просто пьяные бредни?
– Но какой шанс, что вас рассекретили, и это неправда?
– Никакого, – покачал головой Герхард. – Вавилонский был настолько пьян, что даже начал уже к персоналу цепляться, к официантам, и к своей сожительнице, графине Разумовской. Он под конец даже ноги самостоятельно не мог передвигать, и его пришлось вести под руки.
– Настоящий аристократ, мля… – Иванов с презрением скривил губы. – И всё же, думаешь, можно
