он хороший, вижу. Хотя знай — я все равно постоянно на чеку.
— Да что ты? У нас полчаса, пока папа не начнет названивать с вопросом, где я…
Глава 24. Левина
В субботу сбегаю из дома на очередное несанкционированное свидание с Шумским, да зависаю на нем так долго, что возвращаться домой страшно. Мы сначала катаемся по городу, затем ужинаем в ресторане, куда Шум давно меня хотел сводить и «шикануть», потом провожаем закат на кургане — красивом месте почти в центре города. Короче, когда настойчивая вибрация телефона в рюкзаке начинает сводить нас с Тимом с ума, я все-таки беру трубку. К счастью, это только мама, а не папа, и я говорю просто, что гуляю с друзьями. Посмотрев на умные часы на руке, понимаю, что отец мне устроит дома страшный допрос и придумываю на ходу:
— Мам, а я давно у деда с бабушкой не была. Я ночевать к ним пойду, хорошо? Они тоже наверняка соскучились.
— Хорошо. Ты скоро к ним? А то ведь знаешь, они спать рано ложатся.
На то и расчет с моей стороны. Лягут спать, а я через окно в дом залезу, мне не в первый раз. А утром обрадую дедусю с бабусей, и родителям не совру о том, где ночевала.
Тимофей сегодня без байка, поэтому домой к деду он меня отправляет на такси. По нужному адресу я оказываюсь в десять часов — обычно в это время старшие нашего семейства уже спят.
Открываю калитку своим запасным ключом, тихо пробираюсь по участку и подхожу к нужному окну. Дед со своей любовью к проветриванию меня не подводит. Окно в зале на первом этаже открыто, и я хватаюсь за подоконник, с усилием подтягиваюсь, толкаю створку внутрь и заваливаюсь в дом. Правда, есть один момент, который не совсем радует. Дед сидит в зале, при выключенном свете, и ковыряется в телефоне. С улицы этого, к сожалению, видно не было.
— Приветствую, внучка, — строгим тоном встречает меня.
— Эмм, — теряюсь ровно на секунду. — Здравия желаю, товарищ генерал.
Располагаюсь сначала поудобнее на подоконнике, а затем уже спрыгиваю на пол и сразу же стаскиваю с ног кроссовки, чтобы с них не сыпался песок.
— А чем тебе не угодила дверь в моем доме?
— Что-то она старомодная какая-то. Может, поменяешь? — пытаюсь держаться и не выглядеть пойманной с поличным на месте преступления.
— А ну-ка марш раздеваться и разуваться, а потом обратно сюда. Разговаривать будем.
— Ага, — пулей лечу в прихожую, вешаю куртку на свободный крючок, бросаю кроссы на коврике для обуви и возвращаюсь обратно, садясь в кресло напротив деда. — А бабушка где?
— Спит уже. Рассказывай, зачем через окно полезла?
— Думала, ты тоже спишь. Через окно все же тише, чем через дверь. Вы бы ничего не заметили.
— А зачем вообще так поздно явилась?
— Занята была, — развожу руками и напускаю на себя самоуверенный вид. — А родителям уже объявила, что на ночевку иду к вам, так что спалиться никак нельзя.
— Мать твоя сказала, что ты ругаешься с отцом регулярно, — произносит сурово и смотрит на меня таким пытливым взглядом, что хочется отвернуться. Генерал, даже если давно уже на пенсии, хватки не теряет.
— Дед, ну тут такое дело. Я влюбилась, в общем.
Закидываю ногу на ногу и руки складываю в замок, обнимая собственное колено.
— Ну раз начала рассказывать, договаривай.
— Ладно. Влюбилась в мальчика из папиной команды.
— Интересно.
— Он хороший парень, правда. Из очень приличной семьи, отец у него — министр спорта области, мама — главный врач школы олимпийского резерва.
— И чего же тогда отец против?
— Во-первых, этот мальчик меня старше на два года…
— Интересный аргумент, — дед ухмыляется, очевидно, что-то вспоминая. — Забыл, то есть, на сколько лет старше моей дочери.
— Вот-вот! И вообще он к Тимофею предвзято относится, а я не знаю, почему. Как к футболисту — хорошо, играть дает, успехи отмечает, но как парень Тим отцу не нравится. Вроде как у моего бати с отцом Тимофея в молодости были какие-то свои контры, но я точно не знаю, и мне никто не рассказал. Но я-то в чем виновата?
— Поэтому и ругаетесь?
— Да.
Дед опять улыбается, а потом поднимается с места, молча идет на кухню, щелкает по кнопке электрического чайника и возвращается ко мне.
— Мы тоже ругались с Соней много, правда, она постарше была, уже в университете училась. Тяжело с маленькими детьми, тяжело и со взрослыми, понимаешь? Все родители хотят своим детям только лучшего, но порой не знают, что именно лучше. А порой знают.
— Дед, ты на чьей стороне вообще?
— Я на твоей стороне, Мила, молодому человеку надо дать шанс. Приводи его ко мне, посмотрю на него, сделаю выводы. У меня это быстро получается. Папу твоего только так проверил за один раз.
— Ты про ту самую историю из тира учебно-методического центра? Тимофея тоже туда потащишь?
— Мила, я же не начальник там больше. Не потащу я его никуда. Найдем и тут способ занять парня, раз так хочется ему с тренерской дочкой и генеральской внучкой гулять. Ну что, приведешь? Не испугается он?
— Этот? — улыбаюсь слегка, представляю, как Тим вместе с дедом стрижет газон и кусты на участке. — Этот точно не испугается. Он, конечно, не гроза района, но не из трусливых точно, иначе бы сразу со мной связываться не стал.
— Чай пить пойдем, а потом быстро зубы чистить и спать, — заявляет мне дедуля.
— Дед! Мне же не пять лет!
— Вот именно! Еще удумаешь выбраться тем же путем, которым пришла, куда-нибудь на дискотеку.
