О, ЧК, оказывается, не дремлет! Кто-то уже успел на меня настучать. Но отчего такое раздражение?
- И когда ты с этим Вадимом успела познакомиться? - продолжал Кирилл. Тебе что, нравятся парни, у которых не все дома?
Так... Похоже, Юлькин дед продолжает бдительно наблюдать за моим героем. Больше некому. С одной стороны, это хорошо, потому что он может потом пригодиться как свидетель. С другой - плохо, потому что мои визиты в тот район не остались незамеченными. А через Юльку все дошло до Кирилла. К сожалению, мои рыжие волосы настолько бросаются в глаза и запоминаются, что вычислить и опознать меня может даже грудной младенец, и сколько потом ни ври, все равно никто не поверит, что это была не я.
Но почему, черт побери, они все так уверены, что любой хмырь противоположного пола, замеченный на расстоянии ближе, чем два метpa от меня, непременно должен быть моим любовником? То ли они меня считают идиоткой, не интересующейся ничем, кроме амурных дел, то ли, по простоте душевной, переносят на меня свою мужскую модель поведения. В любом случае, несмотря на то что мне жутко хочется спать, терпеть это хамство я больше не намерена!
- Кто мне нравится, это не твое дело, - дожевав кусок бифштекса, холодно сказала я. - Все равно ты в число этих людей уже не входишь.
- Ну конечно! Так я и знал! Небось он уже наплел тебе про меня с три короба!
Так-так! Я-то думала, это приступ внезапной ревности, а тут что-то совсем другое. Как его перекосило! Сколько злобы! А главное - боится он чего-то до смерти, аж весь побелел.
Я решила блефовать.
- А ты выскажи свою версию, - сказала я, внимательно наблюдая за изменениями его лица. - Может, в твою я поверю больше.
Кирилл отодвинул тарелку с недоеденной капустой и встал.
- Ну уж нет! Все это было и прошло! Я про это давно забыл. И ему советую. А если он будет распространять про меня всякие грязные сплетни, я найду способ навсегда заткнуть ему рот. - И, комкая в руках бумажную салфетку, он быстрыми шагами ушел в дом.
- Почему это я сегодня весь день порчу людям аппетит? - недоуменно спросила я у графина с морсом.
Графин ничего не ответил.
А до дивана под соснами я так и не добралась. Прежде чем отправиться на природу, я решила еще раз просмотреть свои записи и попытаться извлечь из них хоть какое-нибудь рациональное зерно. Достала из рюкзака блокнот и уютно устроилась в глубоком кресле. Негромко тикали настенные часы, ветер покачивал оконную занавеску...
Проснулась я в темноте. На полу возле кресла белел выпавший из моих рук блокнот. Я потерла слипающиеся глаза, пытаясь припомнить, о чем я думала перед тем, как заснуть. Что-то важное должно произойти очень скоро... Что-то, о чем я ни в коем случае не должна забыть.
Я поднесла к глазам электронные часы и нажала на кнопку подсветки. "0.27" - загорелось на крохотном дисплее.
Двадцать семь минут первого!
Я вскочила как ужаленная. Через три минуты Кирилл должен быть на железнодорожной станции!
Конечно, я обещала Себастьяну, что не пойду на эту встречу. Но могла ли я выполнить это обещание? Сидеть дома и ждать, пока все самые важные события произойдут без меня? Нет уж, на это я не согласна.
В три прыжка я взлетела по скрипучим ступеням на второй этаж. Потом сообразила, что, пожалуй, двигаюсь слишком шумно, и перешла на осторожный шаг. В комнате Кирилла было пусто и темно. В другие комнаты я заглядывать не решилась.
Под дверью Бориса лежала тонкая и тусклая полоска света. Времени у меня совсем не было, но я остановилась и, почти прижавшись к двери ухом, прислушалась.
Приглушенные шорохи, вздохи... И вдруг - короткий сдавленный стон. Женский.
Торопливо спускаясь по лестнице вниз, я вспоминала лицо Могилы во время нашего с Кириллом вчерашнего разговора на пляже. Теперь мне не нужно было спрашивать охранника, что означала его усмешка.
Очутившись у калитки, я-загородила лицо ладонью - в глаза мне внезапно ударил ослепительный свет.
- Кто-нибудь выходил из дома в последние десять минут? - свистящим шепотом спросила я у внезапно возникшего на моем пути охранника.
- Нет, - тоже шепотом ответил охранник, выключая свой фонарь. - А ты что здесь бродишь? Все уже спят давно.
Насчет "всех" я могла бы поспорить, но не стала. Вместо этого я торопливо прошептала:
- Скоро вернусь!
И, выскочив за калитку, припустилась во весь дух в сторону железнодорожной станции.
Песчаная дорога скрадывала топот моих бегущих ног. Тусклые лампы на древних деревянных столбах прыгали у меня перед глазами. Я изо всех сил вглядывалась вперед, чтобы при появлении людей успеть скрыться в придорожных кустах. Но никто не появился.
Из-за поворота возникла железнодорожная станция. Сначала я увидела только странные синие всполохи позади нее. Потом до меня донесся гул многочисленных голосов.
Встревоженная, я, уже не таясь, перебежала через переезд и поднялась на платформу. И увидела на другом конце станции машины с мигалками, оставленные возле железнодорожных путей, скопление народа на самой платформе...
Навстречу мне уже шел хмурый и озабоченный Себастьян. Поймал меня за плечи, остановил:
- Так я и знал, что ты все-таки не послушаешься меня! Ну почему ты всегда...
Я не дала ему договорить:
- Что здесь случилось?
Он раздраженно махнул рукой:
- Мы опоздали. Пришли за десять минут до полуночи, но он был уже мертв.
Я вырвалась из рук Себастьяна и кинулась туда, где копошились люди и мерцал белый свет фотовспышки.
На скамейке, завалившись на сторону, сидел человек. На груди у него расплылось большое темное пятно. Растолкав тех, кто мешал мне пройти, я подошла к нему вплотную, заглянула в лицо... И отвернулась с невольным вздохом облегчения.
- Ты решила, что это Кирилл? - раздался рядом со мной голос Даниеля. Подняв глаза, я увидела, что он смотрит на меня с сочувственной улыбкой. - Но почему?
Я пожала плечами.
Появился Себастьян, обнял меня за талию и молча повел за собой. Даниель пошел с нами.
Сойдя с платформы, мы перебрались через рельсы и сели в "Победу".
- Так, - сказал Себастьян. - А теперь рассказывай. По порядку. Все, что знаешь.
И я рассказала. Именно так, как он велел. Все, даже про спасение меня из лап гиен и про сон в лесу, который оказался не сном.
Когда я замолчала, в машине ненадолго наступила тишина.
- Так, - снова сказал Себастьян. - Что ж, за дело. Работы у нас непочатый край, как я погляжу. Начнем с хозяина гранат. Настало время объясниться... Марин, ты дорогу знаешь?
- Более-менее, - неуверенно ответила я.
- Ладно, найдем, не заблудимся. Поехали, Даниель...
Когда машина тронулась с места, заговорил Даниель:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
