сарае переночуют, — проговорил Ифор.
— В сарае холодно. Не лето на дворе, — поджала я губы.
— Посмотрим, — кивнул он, а потом повернулся к парню. — Ну, что решил? Поедешь? Миледи никого не обижает. Соглашайся, точно не пожалеешь.
— Хорошо. Я поеду с вами.
На том и порешили. Парень даже предложил остаться у него. И мы таки воспользовались его предложением. Только остались у него Енара с мужьями. Как они там все поместятся? Непонятно. Меня с охраной принял староста. Тоже не особо хоромы, но нам хватило. За поздним ужином он успел нам пожаловаться на низкие закупочные цены на зерно и мясо. И это действительно оказалось очень мало. Я уже в ценах разбиралась. Только эта деревня не относилась к моей территории. Она была на землях герцога Дюранец.
Утром мы забрали мага и опять отправились в путь. Цаку, мужу Енары, купили лошадь у старосты, ибо в карете места больше не было.
— Так почему ты жил один? — начала я допрос парня. Если они с Енарой и общались вечером, то мне ничего не известно.
— Уехали мои из этой деревни. В школе сказали, что я бестолковый, и выгнали. Вот и вернулся, где родился. Староста не знает, куда они отправились, поэтому остался здесь. Летом и осенью на полях со всеми работал, а сейчас зима, — пожимал он плечами. — Так кого и чему я должен буду научить? Вот не выйдет ничего, и вы меня выгоните.
— Не выгоним. В крайнем случае работу у нас найдёшь, если работы не боишься. Ну а если лентяй, так… — Моя очередь пришла пожимать плечами.
— По дому могу помогать, — встрепенулся он, — бытовые заклинания у меня хорошо получаются. Силы много не требуют да нужны нечасто.
Дальше я объяснила ему идею. Сказала, что ради эксперимента он будет учить двоих. Если станет что-то получатся, то я найду и других отвергнутых магов, если нет — пристроим его куда-нибудь. Парня условия устроили. Так я обзавелась личным магом и ещё одним верным другом.
19
Не успела я вернуться в графство, как пришла пора уезжать. Посольство.
Енара обещала сшить для меня такие платья, каких еще никто никому не шил. Как она сказала, чтобы мужья мои прозрели, какую красавицу упускают. Я не стала её убеждать, что сама разочаровалась в них, но от платьев не отказалась. А что? Пусть будут такими, чтобы любой мужчина слюной истёк при взгляде на меня.
Опять карета, опять дорога. И карета уже не кажется такой комфортной, попа болит, прилечь хочется…
По дороге встретилась с отправленной за детьми повозкой. Хорошо, что одеял взяли побольше, ветер поднялся.
Прибыла я к парадному входу. Конечно, меня никто не ждал. Зато уже в холле встретила графиню Цулако с графиней Роного, которых пришлось приветствовать.
— С возвращением, Ваше Величество, — проговорила брюнетка.
— Соболезнуем утрате графа, — спокойно добавила графиня Роного. Надо же, у кого-то ещё есть хороший тон. Искренне её поблагодарила.
— Надоела сельская жизнь? — не унималась любовница моего старшего мужа.
— Что вы, отнюдь. Свежий воздух и неприятных личностей гораздо меньше, — улыбнулась я. Брюнеточка побагровела, а графиня Роного усмехнулась. Я же просто пошла дальше. Бесит она меня, и всё тут. И тот факт, что она любовница Фроста, ни при чём, хотя думаю, её поведение — следствие этого.
Ююка была в восторге, что мы вернулись во дворец. Прямо порхала. Хорошо, что хоть кто-то радуется. Мадам Олорка, которая сопровождала меня как официальная личная помощница, не разделяла её энтузиазма. Мы с мадам Олоркой готовились к бою. Нет, я не собиралась никого бить или ещё что. Наоборот, мадам Олорка советовала сейчас вести себя тихо, больше слушать и присматриваться. Через три недели на зимнем балу, который, к слову, длится целых три дня, можно будет уже к кому-нибудь и подойти, прозондировать почву. Но все договоры надо будет успеть заключить до весеннего маскарада. А это всего два месяца. Потом все начнут разъезжаться.
На встречу делегации я выбрала достаточно лаконичный наряд, строго, но изящно. Платье силуэта «русалка», цвета слоновой кости, с темными, почти черными вышитыми линиями, лишь подчеркивающими фигуру. Тончайшая полупрозрачная шаль до пола дополняла образ. Хотя вырез на нем оказался нескромным, в остальном потрясающее платье. И как оно оказалось в гардеробе настоящей Элен?
— Добрый день! — поздоровалась я со всеми мужьями, которые, видимо, не ожидали увидеть меня. На их лицах чётко прослеживалось недоумение, которое я мужественно не стала комментировать. А так и хотелось спросить: «Неужели вместо живой жены ждали вести о её кончине?» Да. Из списка моих личных врагов я в первую очередь не имела права вычеркнуть именно их. Только мужья были наиболее заинтересованы в моей смерти. Если я кому-то мешала ещё, то косвенно.
— Добрый, — ответили они недружным хором.
Делегация не заставила себя ждать. Медленно и чинно, хотя это скорее не из-за пафоса, а из-за невозможности передвигаться быстрее, три кареты въехали на подъездную аллею и поочередно остановились у ступеней. Мы вчетвером стояли на вершине под козырьком. А я медленно жалела, что оделась так легко.
— Как графство? Цело ещё? — тихо усмехнулся Бабен.
— Что ему станется? Но спасибо за заботу, — натянула я улыбку. Дальше внимание королей переключилось на прибывших. И вот с ними они говорили исключительно вежливо. Нет, не льстили, хотя скупые комплименты пару раз проскочили. А меня опять стал грызть вопрос о том, за что же они так со мной? Точнее, с Элен. Могут же они вести себя безукоризненно…
Мне, понятное дело, отвесили значительно больше комплиментов. Я поблагодарила послов, но больше в разговоре не принимала участия. Классический приём последовал за этим. Мы прошли в большую столовую, где были музыканты и накрыты столы. Легкая музыка напомнила мне о том, почему я, как оказалось, скучала, сама того не осознавая. В графстве не было музыки. Совсем. Более того, я даже не знала, есть ли музыкальная комната. Вся в делах и учёбе, я даже не подумала об этом.
