обмен на тайную власть, которую предоставляли им деньги. Они основали Торговый Дом и открыли представительства в каждом крупном городе Старой Империи, окутав невидимой сетью страну и став первой и единственной подобного рода финансовой структурой. Это дало им влияние, какое будучи обычным благородным родом, они никогда бы не получили, вынужденные, как и прочие, толкаться у Трона в поисках подачек от его величества императора, напоминая о происхождении и былых заслугах предков.
Торговый Дом Моранов раскинул щупальца почти по всем обитаемым землям, и его влияние только росло. Год от года, столетие от столетия, они наращивали мощь, пережив даже падение такого исполина, как империя, превратившись в нечто неизменное без чего торгово-купеческая среда уже никогда бы не смогла существовать.
Внедряемые в рынок механизмы, вроде именных платежных векселей с гарантией выплаты, защищенные алхимическими печатями, стали незаменимым инструментом для торговли между городами, и заодно превратили Моранов в монополистов в финансовой сфере, дав возможность занять нишу о которой до этого никто даже не знал.
Потом появились другие банковские услуги: вклады, предоставление кредитов, возможность войти паями в выгодное предприятие, если у отдельного человека не хватало всей суммы, даже чертово страхование, правда в сильном урезанном виде, превратило Торговый Дом Моранов в монстра с которым уже никто не мог спорить, тем более пытаться встать рядом.
Короли и бургомистры, герцоги и купцы, владельцы шахт и каменоломен, вольные торговые города — все имели с ними дела и все тем или иным образом от них зависели. Это создавало и поддерживало устойчивость, какой не могло похвастать ни одна организация.
О чем говорить, в свое время даже Коллегия имперских магов, считавшаяся весьма могущественной структурой, не пережила падения Старой империи. Маги допустили ошибку, слишком сблизившись с Двором, став продолжением его воли, и через это рухнули, не сумев устоять. В отличие от Дома Моранов, всегда поддерживающего дистанцию от большой политики, а если и оказывающего влияние, то делавший это всегда тайно, чтобы об его участии никто не подозревал.
Мораны были умны, практичны и прагматичны, они не пытались напрямую захватить власть, предпочитая действовать за кулисами. И благодаря такому осторожному подходу им удалось просуществовать до наших дней, связывая между собой отдельные земли и страны невидимыми нитями, протянувшиеся между городов подобно щупальцам.
И как все подобного рода организации, Мораны имели свои тщательно охраняемые тайны, за которые иные готовы были платить по весу золота.
В первую очередь — это, разумеется, алхимические печати, ставящиеся на векселя, которые безуспешно пытались подделать уже не одно столетие, и чья защита с годами только усовершенствовалась, потому на семейство работали лучшие алхимики, каких только можно нанять за деньги.
Второе, но не по важности, — артефакты, позволявшие сделать привязку к конкретному человеку и потом передать эту информацию в другие представительства Торгового Дома.
Когда в Тернионе меня попросили положить руку на плоский булыжник, похожий на каменную скрижаль размером с книгу, испещренный рунами, надо признать я испытал определенный скептицизм, сказав, что сам маг и не увидел, как «артефакт запоминания» (так его называли сотрудники средневекового банка), сработал. Не было ни всплеска магии, ни перетока энергии в колдовском фоне, ничего, я словно положил ладонь на обычный булыжник, а затем снял, когда мне сказали, что этого достаточно.
Если бы не репутация Моранов, все это можно было принять за банальное мошенничество, с желанием выманить деньги из доверчивого клиента за неработающую услугу, потому что открытие и поддержание именного банковского счета стоило невероятно дорого по сравнению с использованием векселей, тоже привязанных к владельцу, но требующих сохранять целостность (порванные или иным образом испорченные пергаменты не принимались к оплате, какие бы там алхимические печати не стояли).
Однако меня уверили, что процесс прошел хорошо и что теперь я могу пользоваться средствами на отдельном банковском счете без ограничений в любом городе, где есть представительство Торгового Дома Моранов, и где мне без промедления выдадут любую необходимую сумму. Разумеется, при условии, что она имеется в достаточном количестве на счете. Так же, можно без ограничений вносить и снимать средства, пользоваться другими услугами, которые предоставлял банк.
Помнится я тогда еще подумал, что в скрытой работе артефакта есть смысл, так как любой имеющий магический дар мог заявится под видом клиента, а когда будет проходить процедура «запоминания», подсмотреть, как работает каменная скрижаль и попытаться после повторить ее действие. Но банкиры хитры и тщательно хранили свои секреты.
Это, плюс многовековая репутация Моранов, как надежных деловых партнеров, позволило доверить им не только наличные средства, бывшие в моем распоряжении на тот момент, но и через них же продать остатки драгоценных камней, обратив их в ликвидное золото.
Цену, кстати, дали приличную, позже я специально проверил в нескольких ювелирных лавках, банкиры не обманули, играя честно. Разумеется настолько, насколько это могло быть выгодно для дельцов, привыкших каждый день иметь дело с огромными суммами.
И вот теперь, будучи за тысячи миль от Терниона и находясь в Аз-Гараде, я готовился проверить насколько в действительности оказались честны сотрудники Торгового Дома Моранов, открывая мне именной счет.
Нужное здание удалось найти без труда, позади шумных рыночных рядов главного базара города на тихой неприметной улочке, имевшей вход с двух сторон. Каждый находился под охраной неприметных амбалов, делавших вид, что они тут случайно. Скорее всего их поставили здесь гонять всякую мелочь вроде бродяг и случайно забредших прохожих. До таких демократий с превращением в «народный банк», где рады любому человеку Мораны еще не додумались, обслуживая только состоятельных клиентов.
Но громилы лишь видимость, наверняка где-то прячутся настоящие защитники, готовые выскочить и покрошить в капусту любого, кто осмелиться покуситься на деньги Торгового Дома. Меня беспрепятственно пропустили, скользнули равнодушными взглядами по наряду, лицу, взвесили, оценили и сделав вывод, не сдвинулись с места, провожая лишь глазами, пока шел через вымощенный булыжниками проулок, зажатый с двух сторон высокими каменными зданиями.
Любопытно, их обучали специально распознавать тех, кому лучше не мешать, даже если они заявятся в откровенном рубище? И что бы случилось, если бы я пришел в воняющих измазанных серо-зеленой слизью лохмотьях? Преградили бы путь или что-то прочитали в лице и движениях, выдающих не совсем простого бродягу?
Полагаю ответа на этот вопрос уже не узнать, а проверять и переодеваться не слишком хотелось.
— Приветствую вас в представительстве Торгового Дома Моранов славного города Аз-Гарад, чем я могу служить уважаемому? — стоило мне подойти к порогу, как в дверном проем материализовался клерк.
Худощавый словно щепка, с вытянутым лицом, с болезненного
