Через неделю, потеряв сознание на рабочем месте, Кения вынуждена была обратиться за помощью в социальную службу. И ей помогли, действительно помогли, выдали банковскую карту, пообещав перевести уже к вечеру пособие для малоимущих, и наговорили кучу добрых слов при расставании. Доктор был прав, нет ничего страшного в том, чтобы попросить помощи у государства. На следующий прием в клинику Кения отправилась уже совершенно бодрой и полной радужных предчувствий. У нее все получится, она все сможет преодолеть, нет ничего такого, с чем бы она, не справилась. Грава ее не нашел, возможно и не ищет уже, слишком поглощенный обидой на неоднозначное расставание. Впереди Кению ждет счастье и больше никаких романов и дешевых страстей. Хватит, она хочет тихой, спокойной жизни без потрясений.
- Вот видишь, мы с доктором были правы, убеждая тебя обратиться в соответствующие службы.
Кения пила чай на крохотной кухоньке соседки и кивала головой, соглашаясь с ее словами.
- Никогда не сталкивалась...
- Слушай умных людей, которые через это проходили, - подруга откусывает пирожное и делает глоток чаю. - Я бы на твоем месте обратилась также к отцу малыша. Почему ты уверена в его негативной реакции на будущее отцовство? Возможно, вместе вы дадите ему больше, чем ты одна.
Кения скучнеет, стоит только ее соседке завести старую пластинку по поводу наличия у ребенка второго родителя. Не станешь же объяснять пусть приятному, но малознакомому человеку всю суть ее отношений с Грава. Поэтому Кения коротко роняет:
- Мы некрасиво расстались.
И отводит глаза в сторону.
- Все ругаются, - резонно замечает девушка. - Вам стоит поговорить, дети не должны страдать от недопонимания родителей.
- Он не хотел быть со мной, я не хотела быть с ним, только мучили друг друга, когда были рядом. - Кения переводит взгляд за окно. Трудно подбирать слова тому, что сама не понимаешь. Случайно встретились и не смогли расстаться. Грава уперся и не пожелал уступать, отчего - то решив, привязать ее к себе крепче крепкого. - Это тяжело, когда между вами нет ничего общего, кроме развлечений в постели.
- И когда вы все же расстались, ты вдруг узнала, что находишься в положении?
В другой момент Кения возможно, и удивилась неожиданно хваткому взгляду новоявленной подруги, но от нечаянных воспоминаний было несказанно больно и неприятно подбирать слова, которые бы характеризовали ее отношения с Энтони Грава. Не скажешь же прямо, что была бесплатным приложением к спальне богатого подонка? Что сама во многом виновата в случившемся?
- Я ушла от него, - губы Кении дрогнули в невольной улыбке. - Он довел меня до грани, стало все равно, что станется дальше. Я была готова убить его, но перед этим долго и болезненно мучать.
- Очень мелодраматично, - смеется соседка Кении.
- Очень, - глухо отзывается та. - Тони не плохой человек, наверное, даже замечательный, только я для него что - то вроде второго сорта, постыдной тайны. Меня можно было трахать, но нельзя было представить семье. Впрочем, в последнем виновата сама. Я все испортила еще в самом начале. Вероятно, между нами все бы случилось иначе, не соверши я столько ошибок в самом начале. Он не смог простить и посчитал себя вправе сломать мне жизнь, уничтожить, превратить в забитую в угол тень.
- Но если бы он сказал, что понял...
- Нет, - Кения перебивает слишком резко, не желая слышать пустых слов о несбыточном сожалении. - Он никогда не сможет переступить через себя, и я не хочу быть с ним.
- Ты любишь его?
- Что? - Кения с неподдельным изумлением смотрит на соседку. - Нет, конечно. Иногда с ним было хорошо, но вряд ли на физическом притяжении можно долго протянуть.
- Но ты была с ним столько времени? - деланно недоумевает соседка.
Для нее непонятно стойкое нежелание Кении обсуждать папашу ее будущего малыша. Когда ее нанимали выполнить данную работу, девушка встретилась с Энтони Грава, именно он давал указания насколько тактичной и ненавязчивой следует быть, дабы не спугнуть сбежавшую от него невесту.
Слово замечательный не отражает и половины того, что из себя представляет этот невероятно притягательный мужчина. Но вот она Кения, тщедушное недоразумение, сидит перед ней нахохлившимся воробышком и явно тяготиться разговором. Она не хочет возвращаться к тому, кто потратил кучу денег на то, чтобы найти ее и оградить от проблем, окружить заботой и любовью. Эта маленькая дрянь рассуждает о пренебрежении ее чувствами и не желает замечать явных плюсов подобной симпатии. Трудно понять тех, кто предпочитает прозябать в полной нищете вместо того, чтобы жить в настоящем дворце.
И Кения вскидывает голову, будто услышав ее мысли, пытается улыбнуться дрожащими губами, а пальцы беспорядочно теребят край растянутой футболки.
- У него много денег и много власти. Он может все, - Кения нервно сглатывает. - Он может заставить любого делать то, что нужно ему. И я делала все, все, что он мне приказывал, а потом ушла...
Мгновение неожиданного откровения закончилось. Кения вскакивает со стула, и скомкано попрощавшись, вылетает из квартиры.
Что же, день выдался необычайно удачным. Заказчик будет доволен достигнутыми успехами.
Грава удалось найти Кению в тот самый день, когда та отправилась в клинику. Он примчался в город и прямо из аэропорта рванул по названому детективом адресу. Энтони, было, сам потянулся к двери автомобиля, не дожидаясь помощи водителя, когда заметил расстроенное личико и неуверенную походку Кении. Та, словно, во сне, спускалась по лестнице, потом спотыкаясь, пересекла площадь и почти упала на скамейку в парке. Вся ее сгорбленная фигурка выглядела настолько трогательно и беззащитно, что Энтони неосознанно шагнул в тень, хотя до желанной добычи оставалось каких - то пара шагов. Очевидно, только что Кения узнала то, что он знал наверняка и на что надеялся все это время. Энтони принял решение сделать ее беременной еще до развода с Ненси, когда нашел в том занюханном городишке. Она стояла под фонарем рядом с зарвавшимся молокососом, который что - то убежденно ей втолковывал, а Энтони любовался ее точеной фигуркой и плавными движениями рук из - за неплотно задернутой занавеси. Он любил ее, она устраивала его, она была всем тем, что он искал в женщине. Не идеал, конечно, но чрезвычайно близка к этому, гораздо ближе его законной супруги, нашедшей утешение в объятиях садовника. Пошло и мелодраматично закончился его брак, словно в дешевом водевиле, скучающая графиня и смазливый садовник. Энтони было все равно, за то родители знатно понервничали, пытаясь замять скандал с неожиданно несговорчивым любовником. Они также не хотели, чтобы их сын разводился с женой, но Энтони мог простить многое, кроме неверности.
