двух групп активно и на повышенных тонах спорящих людей.
Подойдя к задним рядам, я «присмотрелся» к конфликту.
В первой группе было четверо. Довольно обычный на вид парень, у которого из отличительных черт я смог подметить только очень забавный крошечный нос пуговкой, и полненькая пышка с огромными, до самых колен, косами, были, что называется, на подпевке.
А пара из высокого мускулистого красавчика и фигуристой, ему под стать, но при этом наоборот, очень миниатюрной девушки, выступали в роли главного дуэта.
В противоположном углу ринга людей было поменьше. Всего двое. Первым был типичный ущербный типчик: щуплый, в очках, с растрёпанной неаккуратной причёской, ссутулившийся и дрожащий.
Не скажу, что я сам подобным когда-либо грешил, но я понимал тех, кто над такими персонажами издевались. Его образ так и кричал: «ПНИ МЕНЯ!!!» — и люди с ослабленной эмпатией, шалящими гормонами или недостатком уверенности в себе не могли не поддаться соблазну.
И, судя по тому, что он был с ног до головы мокрым, парнишку только что искупали в том самом фонтане.
А перед ним, закрывая своим телом хлюпика от, очевидно, причины внезапных водных процедур, стояла моя «подопечная» принцесса.
Картина в целом была ясна и без каких-то дополнительных объяснений. Даже слушать, о чём они там спорили, было бессмысленно.
Четвёрка, состоящая из парочки с завышенным ЧСВ и парочки их подпевал, спокойненько так самоутверждалась за счёт очкастого хлюпика. А у Альшаны, видимо проходившей мимо, в одном месте взыграло то ли чувство справедливости, то ли собственное неудовлетворённое ЧСВ, и она решила вступиться за юродивого.
Хрестоматийная история, в конце которой обидчики обычно выхватывали по сопатке и ретировались с угрозами будущей страшной расправы. Неумирающая классика.
Вмешиваться в детские разборки мне было откровенно лень. Ни жизни, ни чести принцессы этот конфликт не угрожал.
Кем бы ни были четверо насильников, уровень Альшаны был слишком высок, чтобы они посмели беспределить. Полают на девушку, вступившуюся за слабого, для того, чтобы совсем уж смачно лицом в грязь не падать, а потом свалят.
Я там был не нужен. Можно было спокойно разворачиваться и продолжать экскурсию с Ульнатой. Что я, собственно, и собирался сделать.
Однако, как оказалось, принцесса была не только заступницей, но и наглой интриганкой.
— Эй, ты! — я замер на половине шага, ощутив направленный мне в спину указующий перст Альшаны и развернувшиеся вслед за ним десятки лиц. — С повязкой на глазах. Что, уже уходишь? Скучно стало? Неужели тебе тоже наплевать на судьбу несчастного студента⁈
Ход был, пожалуй, грубоват. Да, большинство тех, кто замечали потасовку, с интересом присоединялись к зевакам. Но было немало и таких, кто просто проходил мимо, не собираясь даже пытаться вникать в проблему. Так что обвинять конкретно меня в равнодушии было немного странно.
Тем не менее, при том, что по части стратегии принцесса и проседала, актриса из неё вышла отменная. В голосе отчётливо слышались негодование и гнев, на первый, и даже на второй взгляд совершенно искренние.
Если не знать, что она сделала это специально, а этого никто и не мог знать, то действительно можно было подумать, что находящуюся на взводе девушку по-настоящему возмутила моя пренебрежительность.
Я всё равно мог, даже не оборачиваясь, пойти дальше. О своей репутации в стенах академии я не волновался, и даже предпочёл бы, чтобы она была скорее негативной. Как минимум так ко мне будут меньше лезть с притворной дружбой.
Однако, с другой стороны, раз уж я привлёк всеобщее внимание, можно было воспользоваться шансом как раз чтобы эту репутацию начать создавать.
Развернувшись на пятках, я неторопливым шагом вошёл в круг, люди послушно передо мной расступились, и встал примерно посередине между двумя противоборствующими сторонами.
— Парень, не лезь куда не просят, — прошипела длинноволосая толстушка. — То, что принцесса обратилась к тебе не значит, что ты можешь тут что-то решать!
— Почему же? — вскинув повыше нос, видимо гордая своим хитрым ходом, переспросила Альшана. — Он имеет такое же право высказаться, как ты и я. Итак, незнакомец, — она намеренно выделила это слово интонацией, видимо считая, что таким образом ей удастся «уколоть» меня. — Раз уж ты решил остаться, ответь. На чью сторону ты встанешь в этом споре?
Я вздохнул. Детский сад, ну ей богу.
По идее у меня было два пути. Первый: поддержать Альшану, что было логичнее всего.
Так можно было оправдать мою ей дальнейшую помощь, да и в целом создать о себе впечатление, как о хорошем парне. То, что я пытался уйти, никто не вспомнит. Однако тогда принцесса поймёт, что мной можно крутить, как захочется, и в следующий раз устроит уже что-нибудь пожёстче.
Второй же путь заключался в принятии стороны четвёрки идиотов. Реального смысла в этом почти никакого не было, разве что так я показал бы Альшане, что затянуть меня в свои игры у неё не выйдет. Плюс, потенциально, дружба с этой четвёркой, явно не последними персонажами в стране, раз смели так нагло спорить с принцессой. Ну и моя репутация, закономерно, начала бы движение вниз.
Опять же, довольно классический выбор. Нечто подобное я встречал не раз даже не в жизни, а в компьютерных играх, где можно было принять сторону либо хороших, либо плохих. И там, и там, были свои плюсы и свои минусы, которые можно было учитывать. Вот только это было настолько мелко, что становилось даже смешно.
По сравнению с выборами, которые мне нужно было делать ещё совсем недавно в Тейе, от которых зависел вовсе не социальный рейтинг, а жизни десятков, сотен и даже тысяч человек, это всё действительно выглядело тем ещё копанием в песочнице.
Вздохнув, я в одно мгновение оказался за спиной у Альшаны, схватив всё ещё дрожащего хлюпика за шкирку. В следующий момент, встав перед четвёркой, аж отпрянувшей от столь резких движений, точным ударом по затылку вырубил паренька, рухнувшего на брусчатку у их ног.
На их лицах начали расплываться улыбки, однако долго они не продержались.
Ранги этих четверых варьировались от двадцать второго до двадцать четвёртого. Для меня, даже в человеческой форме это было, считай, ничем.
Тем более что на таком уровне скорость создания заклинаний молодыми магами катастрофически отставала от моей физической скорости, так что даже воспользоваться своими рангами они бы не успели.
Ещё четыре удара — и на земле валяются ещё четыре тела. При этом я корректировал силу и направление ударов так, что в итоге все четверо по очереди рухнули прямо на бессознательного очкарика.
А затем, подняв всех пятерых
