Третье направление представляет собой реакцию на кризис в 70-е гг. XX в. господствующих форм американского либерализма, его идеологии и социально-экономической политики. Одним из выражений этой реакции стало новое консервативное течение – неоконсерватизм. Его сторонники, признавая необходимость вмешательства государства в экономику и принятия им на себя целого ряда социальных функций, требовали ограничения и сокращения вмешательства. Формированию этого типа консерватизма, по мнению А. Ю. Мельвиля, способствовали следующие внутренние факторы: несостоятельность либеральных и экономических концепций, которые были развеяны массовыми движениями протеста 60-х и кризисами 70-х гг. XX в.; растущее разочарование американцев в политике либералов, что нашло свое проявление в недовольстве «государством всеобщего благоденствия», войной во Вьетнаме, Уотергейтом, скандалами вокруг ФБР и ЦРУ и т. п.; политический спад левого радикализма, кризис в движении «новых левых», не способных предложить позитивную программу социального переустройства. Все это привело к усилению влияния альтернативных – консервативных концепций и настроений.
Автор обращает внимание на то, что в политической идеологии неоконсерватизма важное место занимает теория «революции растущих притязаний» (рост социальной и политической активности масс), которая рассматривается как эксцесс демократии, угроза социальному статус-кво.
А. Ю. Мельвиль делает акцент и на отличии неоконсерваторов от традиционалистов и либертаристов: первые главное внимание уделяли вопросам внешней политики и международных отношений. В частности, в 1980-е гг. это проявлялось в стремлении администрации Р. Рейгана вернуть США на позиции «державы номер один», которые были утеряны ими ранее (там же, c. 48).
Таким образом, в качестве основных форм политической идеологии американского консерватизма, существующих в современных США в более или менее цельном и систематизированном виде, А. Ю. Мельвиль определяет традиционализм, либертаризм и неоконсерватизм (Мельвиль, 1980, 56–140). Причем, исследователь справедливо подчеркивает, что в реальной политической жизни Америки ни одно из этих течений не выступает в чистом виде. Политические платформы и программы консервативных движений и организаций, взгляды отдельных политиков-консерваторов представляют собой конгломераты идей, почерпнутых из разных источников (Мельвиль, 1986, c. 49).
В основе дифференциации американского консерватизма, предпринятой А. Ю. Мельвилем, лежит анализ исследуемого явления в сравнительно-историческом разрезе. Он предлагает вариант классификации, учитывающий специфику исторического развития американского общества в целом и консерватизма в частности. Такой подход позволяет выявить консервативные тенденции, которые возникали на определенных этапах истории Соединенных Штатов как реакция на появление чего-то нового.
Типология К. С. Гаджиева. К. С. Гаджиев, как и другие исследователи, исходит из того, что американское общество создавали люди, не проявлявшие особой приверженности прошлому. Поэтому, по мнению автора, в США не прижился вариант консерватизма, ставший идеологией феодально-аристократической реакции в Европе, представленный де Местром и де Бональдом. Американским условиям больше соответствовало более умеренное, эволюционистское течение, восходящее к Бёрку и приспособленное для защиты интересов привилегированной части буржуазии. Большую роль в развитии этого течения в первой половине XIX в. сыграли Дж. К. Адамс, Г. Клей, Д. Уэбстер, Дж. Маршалл. Существенную роль в формировании американской консервативной традиции (правда, реакционных ее элементов) сыграли также идеологи верхушки плантаторов-рабовладельцев Юга, которые стремились во что бы то ни стало сохранить плантационную систему хозяйства.
Эволюцию консервативной традиции во второй половине XIX – первые десятилетия XX в. ученый связывает с развитием индивидуализма, который стал восприниматься широкими слоями населения в качестве «главного и даже единственного принципа жизнедеятельности американского общества» (Гаджиев, 1990, Американский консерватизм, c. 168). Опора на собственные силы, принципы свободного рынка и свободной конкуренции воспринимались как идеал для подавляющего большинства американцев.
После Второй мировой войны процесс эволюции консерватизма, по мнению Гаджиева, шел по трем направлениям:
1. Возрождение традиционного консерватизма бёрковского толка, что нашло свое выражение в издании работ Бёрка и пропаганде его идей. Главное место в их воззрениях занимает следование традиции, универсальным ценностям и принципам, отказ от которых приводит к негативным явлениям в обществе.
2. Пересмотр доктрины «государства – ночного сторожа» и обоснование социально-политической доктрины консерватизма путем синтеза принципов традиционного консерватизма, индивидуализма и государственного регулирования. Реальности послевоенного периода, особенно после реформ «нового курса», были восприняты определенными кругами американской буржуазии как неизбежные и необходимые условия существования экономики и общества в целом. Идеологи именно этой группы (К. Росситер, Д. Бурстин, П. Вирек) пытались найти нечто среднее между крайностями либертаризма Г. Гувера и либерального реформизма Ф. Д. Рузвельта. По их мнению, истинный консерватор – тот, кто опирается на реальную историческую действительность (П. Вирек), кто считает, что стабильная и эффективная экономика – это слияние индивидуального предпринимательства, групповой кооперации и правительственного регулирования (К. Росситер). Это течение консерватизма определяет своей ценностью и понимает под традицией то, что когда-то было новым, но с течением времени глубоко укоренилось и стало составной частью американского статус-кво (там же, c. 171–174).
3. Наступление на «новый курс» Ф. Д. Рузвельта с позиций крайнего индивидуализма или либертаризма. К. С. Гаджиев связывает это направление с той частью американского общества, которая оказалась неспособна адаптироваться к новой обстановке, признать необратимость процессов, выбивших их из привычной колеи и отнявших былые привилегии. Виновником всех бед для таких прослоек стала система государственно-монополистического регулирования, укрепившаяся в США с 30-х гг. XX в., после реформ «нового курса». Сторонники этих взглядов выступали за радикальный возврат к прошлому, системе свободно-предпринимательского капитализма, не желая понять того, что вернуть былое невозможно. По мнению Гаджиева, такой радикализм носил явно реакционный характер.
Американский консерватизм, во всяком случае его главный компонент, подчеркивает К. С. Гаджиев, за период своего развития существенно изменился. Он интегрировал в себе важнейшие элементы классического либерализма – индивидуализм, свободный рынок и др., а также примирился с фактом необратимости ГМК. Все это и привело к тому, что общественно-политическая мысль США в послевоенные десятилетия развивалась в условиях либерально-консервативного консенсуса (там же, c. 177). Наряду с выделением основных направлений эволюции американского консерватизма после Второй мировой войны, К. С. Гаджиев дает подробную и обстоятельную характеристику его основных типов, сформировавшихся в 70–80-е гг. XX в.
Неоконсерваторы – группировка, оформившаяся в результате поправения и отхода части бывших либералов «нового курса» от буржуазного реформизма. В большинстве своем они представляли интеллектуальные круги еврейской общины Нью-Йорка. Одно из центральных мест в этой разновидности консерватизма занимала критика важнейших аспектов жизни западного общества с позиций элитизма. Теоретики неоконсерватизма обосновывали необходимость более справедливого распределения власти, привилегий и собственности в соответствии с индивидуальными достоинствами людей. Неоконсерваторы выступали против чрезмерного государственного регулирования, эгалитаризма, предоставления расовым, этническим и иным меньшинствам определенных квот при найме на работу или поступлении в университеты, против социальных программ, которые разрушают принцип опоры каждого человека на самого себя и способствуют формированию иждивенческих настроений. Внешнеполитические же воззрения и военные доктрины неоконсерваторов, напротив, обосновывали необходимость дальнейшего расширения власти и прерогатив федерального правительства в соответствующих сферах.
«Новые правые» – конгломерат разнородных, зачастую противоборствующих между собой социальных, политических, религиозных группировок и организаций консервативной и правой ориентации, занявших наиболее влиятельные позиции в 1980-е гг. Их идеи характеризовались крайней противоречивостью, эклектичностью и аморфностью. По ряду важных вопросов это течение очень отличалось от неоконсерваторов в сторону большего радикализма и даже экстремизма. К. С. Гаджиев рассматривает «новое правое» движение как попытку синтезировать праворадикальные и консервативные идеи и концепции с важнейшими положениями традиционного консерватизма, соединить принципы «свободного рынка», частной собственности, индивидуализма, децентрализации функций отдельных звеньев государственного аппарата с традиционно консервативным пониманием семьи, общины, церкви, «христианского гуманизма», «закона и порядка» (Гаджиев, 1986). Для него была характерна апология свободного предпринимательства и индивидуализма.
