За патрикия ответил миртаит, соблюдавший церемониал.
− Их двадцать четыре. Согласно дате вашего рождения.
− Не мог ты родиться первого! - неподдельно сокрушался Миссо. - Сакелларий и налогоплательщики были бы весьма признательны вашей матушке. Что ей стоило потерпеть недельку?
− Двадцать четыре, − подтвердил слова придворного кир Престо.
Пожалуй, сегодня патрикий излишне молчалив. Многие сочли это добрым знаком, скептики отнесли к дурным. Смута на Пристанях и в доках, чем не подтверждение. Набережные полны егерей!
− И кого же наградить? - поскучнел Экбольм.
Миссо подпрыгнул как ужаленный.
− Достойный назовет достойных! По моему честно, − расшаркивался шут перед императором. - А то опять начнешь раздаривать деньги и земли шлюхам. Мои кандидаты обойдутся задешево!
− Кандидатура кира Миссо отпадает. Он всего лишь бывший катепан, − возразил миртаит.
− Чином не вышел, − поддел шута Экбольм.
− Тогда Брин ди Бекри, − разобиделся Миссо и переглянулся с патрикием.
− Обладатель лаврового венка?! Что ж.... - одобрил Экбольм.
− Фи! Венка? Этого добра на кухне полно!
− Тогда поясни почему?
− Поясняю! У него невеста рыжая. Почти как я.
− Хорошо. Поручите назвать достойных Брину ди Бекри, − скуксился Экбольм. Ничего обещанного нового и удивительного пока не наблюдалось.
− Брин ди Бекри! - выкрикнул миртаит.
Брин вышел на середину зала и склонился. Вызов для него не являлся неожиданностью.
− Нобилиссим поручает вам отобрать достойных его наград....
Скутарии грохнули железными рукавицами в нагрудные доспехи.
Экбольм поморщился от резкого звука.
− ...И тех, кто будет их оспаривать...
Грохот скутариев повторился.
Благодарный поклон Нобелиссиму и Брин отправился выполнять веление. Одних демонстративно проходил, возле иных останавливался, но шел дальше и лишь изредка называл имена.
− Спафарий Робер ро Уг, тан Хар ди Патрик, севаст Хавьер ди Кабар...
Вызывались отменные воины, доказавшие воинское мастерство. Одних Брин знал по школе мэтра Филлипо, с другими свел знакомство в ,,Императоре и Дрофах", с Робером, получившего солидную сумму на Ристаниях, был в приятельских отношениях.
Счастливчики собрались в центре зала. Всего двенадцать вместе с Брином. Слуги облачили их в белые просторные куртки без рукавов и прикрепили рубиновые аграфы.
Экбольм заинтересовался и пристально наблюдал. Действительно что-то новое!
− Каждому из вас надлежит выбрать достойного соперника, − скомандовал миртаит.
Двенадцать человек разбрелись выбирать. Оказаться их визави не малая честь!
Брин вызвал Костаса. Пожалуй, последнее прибавило сыну глориоза больше врагов, чем предыдущий обход.
Соперникам ,,рубиновых" выдали куртки желтого шелка и аграфы с сапфирами.
− И что теперь? - загорелся нетерпением Экбольм.
− Как что! − тряхнул колокольчиками шут. - Драка!
Под хлопки, на тележке, вкатили статую Миссо. Кулинары извели на двойника две бочки фруктового мармелада. Скульптура выглядела живой. От толчков, мармелад колыхался и издалека казалось кулинарный шут корчит рожи. Если бы сидевший у трона Миссо перестал вертеться и шептаться с Экбольмом, и не угадаешь, кто из них настоящий. Голову статуи украшала корона, вырезанная из арбуза. Черные семечки сродни черному жемчугу. В чреве - дарственный свиток.
− Ну вот, теперь меня сожрут, − вздохнул шут. - А я в мыльню не ходил месяц.
Экбольм рассмеялся.
− Потому ты и поливаешь себя душистой водой.
Шут достал маленькую фляжку и отпил глоточек. Запах усилился.
− Я же говорю, пью её.
Миртаит вышел вперед.
− Войны Рубина имеют честь защищать означенную особу. Войны Сапфира должны доказать, что они лучше!
Роздали короткие деревянные мечи. Для победы достаточно проделать дыру в куртке противника.
Нобилиссим не мог позволить остаться в стороне. Экбольм подал свою мантию.
− Раз Миссо говорит, что он мне ровня.
Мантию набросили на плечи мармеладного шута.
− Подожди, − придержал Экбольм события. Венценосец поманил слугу, тот на мгновение пропал и тут же вернулся.
− Охранять коронованных особ почетно, − воодушевил Экбольм ,,рубиновых" стражей.
Застежкой мантии послужила брошь с рахшем! Зал заволновался. Воистину императорский жест!
Шут перебрался под статую.
− Никому не доверяю. Не удивлюсь если они кинуться на беднягу, уподобившись хищной стаи!
Пройдясь по рядам соперников, миртаит поочередно тыкал в Рубиновых и Сапфировых, разбивая на пары. Костасу достался Бесс ди Клойд. Крепкий воин. Не книжный фехтовальщик, не городской задира, человек познавший труд войны. На последних Ристаниях он хорошо проявил себя в групповой схватке. Стоял до последнего.
− Запрещено наносить удары в лицо, − напомнил миртаит.
Противники разошлись. Мармеладный Миссо, на пару с живым, оказались в кольце защитников и нападавших.
− Вы не собраны, − обратился Бесс к Костасу. − Мне бы не хотелось легкой победы.
Кайрин не спускала с названного брата глаз. Она уже предвидела ход событий. В конце останутся двое - Костас и Брин. Костас победит. Брин назначит новую встречу! Ревность и обида не дадут покоя сыну глориоза! Настоящая схватка состоится за стенами Барбитона!
Наблюдала за участниками предстоящего турнира и Аяш. Её тоже интересовал исход. Не трудно предположить, потешному поединку суждено иметь продолжение. Нужно знать Брина ди Бекри и его нрав. В противоречивости своих чувств она одновременно желала Костасу и победы и поражения.
Жезл стукнул в пол. Начало боя.
Бесс, не раздумывая, провел атаку. Быструю и единственную. Выпад с широким шагом. Зрителям, не просвещенным в таинствах схваток, показалось им продемонстрировали ловкий фокус. Те, кто хоть что-то смыслил в искусстве фехтования, не поняли ничего.
Костас отвел укол мимо себя влево вниз, немного повернулся, захватил неприятельский меч, прижав локтем к себе, резко скрутил корпус в противоположную сторону и вырвал у Бесса оружие. Причем сделал это столь грубо, что вывернул кисть противнику. Продолжая разворот, Костас метнул свой меч в мармеладного Миссо. Клинок, прорвав мантию, вонзился в грудь...
−Ах! - вздрогнул зал.
...второй клинок, Бесса, развалил голову статуи. Арбузная корона шлепнулась на пол, разбрызгав мякоть по полу.
−Ах! - повторил зал.
Большинство из участников схватки едва обменялась ударами, как она закончилась. Раздосадованный Робер ринулся продолжать. Его только что лишили перспектив получить титул фрайха и баснословных денег! Не говоря уже о дарственной! То, что противник безоружен, спафарий по горячности не принял во внимание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
