покрупнее!
— Но тогда мне нужно где-то спрятаться. Если меня здесь застанут, все наши планы пойдут прахом.
— Ваши планы точно пойдут прахом… даже не знаю, что для меня выгоднее, — засомневался гипнотизер. — Спрятать вас или выдать… Шучу, шучу! Не бойтесь, вы мне понравились, и я вам помогу. Чтобы потом вы помогли мне.
— Да где здесь можно спрятаться? — Ксения торопливо оглядела помещение.
— Я же сказал, что сижу здесь давно и изучил все тайны этого подземелья. Подойдите к камину…
Ксения послушно приблизилась к камину, в котором плясали языки багрового пламени. Рядом стояла кованая подставка, на которой была сложена охапка дров.
— Отодвиньте подставку с дровами. Она довольно тяжелая, но вы уж постарайтесь…
Ксения навалилась на подставку, с трудом сдвинула ее с места. С жутким скрипом подставка проехала по каменному полу. Позади нее в стене обнаружилась небольшая темная ниша.
— Полезайте туда, а потом придвиньте подставку с дровами на прежнее место!
Ксения с сомнением взглянула на нишу. Не идет ли она по своей воле в ловушку? Может быть, гипнотизер все же решил сдать ее своим тюремщикам?
Но тут она расслышала за дверью приближающиеся шаги и перестала колебаться. Согнувшись в три погибели, она юркнула в каменную нишу и придвинула подставку с дровами на прежнее место.
В то же мгновение дверь подземелья со скрипом отворилась, и в него вошел уже знакомый Ксении персонаж — доктор Иван Алексеевич. В руке у него был какой-то необычный пистолет с толстой насадкой на стволе. За доктором следовал широкоплечий мужчина лет тридцати с низким лбом и длинными, как у гориллы, руками.
— А, каки-ие лю-ди! — дурашливо проблеял гипнотизер, снимая очки. — Добрый доктор Айболит и при нем, как водится, ручная обезьяна! Давно не виделись! Мне здесь так одиноко, так скучно, что я уже даже вашему приходу радуюсь!
— Не пытайтесь отвлечь меня разговорами! — процедил Иван Алексеевич. — Немедленно наденьте очки!
Гипнотизер усмехнулся:
— А если не надену?
— Вы знаете, что тогда будет. Я выстрелю в вас из этой штуки, — доктор поднял свой пистолет, — и вы заснете на полчаса. А когда проснетесь, будете связаны по рукам и ногам, как уже бывало… Игорек все сделает в лучшем виде… — Доктор покосился на своего широкоплечего спутника: — Правда, Игорек?
Тот ухмыльнулся и пробормотал что-то нечленораздельное.
— Да ладно, ладно, я пошутил! — Гипнотизер надел темные очки. — Так вас устраивает?
— Более-менее. Теперь молчите и слушайте. Сегодня мы выведем вас отсюда. Вам предстоит работа, обычная работа. Если вы сделаете все, как полагается, мы выполним вашу просьбу.
— Вы это уже давно мне обещаете!
— На этот раз все будет без обмана.
— Почему я должен вам верить?
— Потому что у вас нет другого выхода. Короче, сегодня после полуночи за вами придут. Будьте готовы.
— Всегда готов! — Гипнотизер усмехнулся и обвел помещение широким жестом: — Вещей у меня, как видите, немного… мне собраться — только подпоясаться…
Иван Алексеевич подозрительно взглянул на узника:
— Что-то вы сегодня оживлены… Ну-ка, покажите ваши рисунки!
— А вы зайдите ко мне!
Иван Алексеевич процедил:
— Вы знаете порядок! Отойдите к дальней стене, отвернитесь, поднимите руки…
Гипнотизер не спешил выполнять приказ. Иван Алексеевич поднял пистолет:
— Не испытывайте мое терпение!
— Ладно, ладно! — Гипнотизер отошел к стене, отвернулся, поднял руки и замер.
Доктор передал пистолет охраннику, открыл замок в решетке, зашел в отгороженную половину комнаты. Его молчаливый спутник остался у входа. Доктор подошел к столу, взял стопку листов с рисунками.
— Кого это вы тут рисовали? — спросил он гипнотизера.
Тот собрался было повернуться к нему, но Иван Алексеевич резко приказал:
— Стоять на месте!
— Но как я тогда могу ответить на ваш вопрос? Я ведь не вижу, что вы там разглядываете.
— Не валяйте дурака! Вы отлично знаете, о чем я спрашиваю. Здесь несколько набросков одного и того же женского лица. Кто это? У вас кто-то был?
— Айболит, вы прекрасно знаете, что здесь никого не может быть. Вы все сделали, чтобы ко мне никто не мог попасть. А эти рисунки… это девушка моей мечты. Я так давно лишен женского общества, что мне осталось только мечтать, воображать… создавать на бумаге прекрасный недостижимый образ…
— Что-то мне не верится…
— Но сами посудите — кто здесь мог быть? И если бы кто-то даже сумел сюда пробраться — где этот кто-то сейчас?
Доктор недоверчиво огляделся.
— Вот видите? — примирительно проговорил гипнотизер. — Здесь невозможно спрятаться…
Иван Алексеевич раздраженно бросил листы на стол, вышел из-за решетки, запер ее.
— Айболит, пока вы здесь, у меня к вам маленькая просьба. Подбросьте дров в камин, а то мне что-то зябко. Как бы мне не подхватить простуду или, не дай бог, ревматизм.
Доктор с сомнением взглянул на узника, но все же подошел к подставке с дровами.
Ксения замерла в своей нише, она даже перестала дышать.
Доктор наклонился, взял с кованой подставки несколько сухих поленьев.
Он был так близко, что Ксения отчетливо видела каждую морщинку на его лице.
Доктор распрямился, положил дрова в камин, отошел к двери и, прежде чем выйти, проговорил:
— Итак, помните — после полуночи за вами придут. И если вы все сделаете как надо, ваша просьба будет выполнена.
Гости вышли, дверь со скрипом закрылась.
— Мыши могут выходить! — проговорил гипнотизер. — Кот ушел!
Ксения выбралась из своего укрытия, подошла к решетке, раздраженно спросила:
— Что это было?
— О чем это вы?
— Вы прекрасно знаете о чем. Зачем вы попросили его подбросить дров?
— Мне было холодно.
— Вот только не надо считать меня за дуру! Вы хотели, чтобы он нашел меня?
— Поверьте, если бы хотел — он бы вас нашел.
— Вам доставляет удовольствие играть людьми?
— А как вы думаете? Здесь так скучно! И потом, милая моя, я продемонстрировал вам простенький фокус. Вы были в шаге от Айболита — но он вас не заметил. Почему? Потому что его слепило пламя в камине. На этом же основано действие гипноза, или внушения — отвлечь внимание пациента более сильным раздражителем… но мы с вами отвлеклись от самого важного, что сказал доктор Айболит.
— От чего именно?
— Он сказал, что за мной придут в полночь. А вы говорили, что это произойдет в одиннадцать часов. Вы ничего не перепутали?
— Нет, я сама слышала, как он назвал время — одиннадцать часов. Вы мне не верите?
— Отчего же? Верю. Зачем вам обманывать меня в такой мелочи? Но это значит, что Айболит попытался меня обмануть. Он назвал более позднее время, чтобы я не был подготовлен. Это удачно, очень удачно… предупрежден — значит,
