Счастье сползло с лица Эвелины, сменившись бледностью и выражением страха.
— Так вот почему вы просили меня хорошенько приглядывать за ней, пока она не встретится с Советом, — выдохнула Эвелина. — А я-то думала, это для того, чтобы помешать ей снова встретиться с сиренами.
— И это тоже. Мы не можем рисковать, подпустив универсала хоть на милю к сторонникам Каллерво. Вряд ли мне нужно разъяснять вам, какую опасность он обрушит на наш мир, если сумеет убедить универсала принять свою сторону. Его сила заперта в мифическом мире, в настоящий момент он делает грязную работу чужими руками, но если на его сторону перейдет универсал, эта дверь распахнется, и человечеству придется туго: оно может не пережить его бешеной атаки. Это будет сродни падению метеорита, который принес гибель динозаврам.
Кол отложил бутсы, его внимание теперь было приковано к серьезному лицу доктора Брока. А он еще завидовал Конни! Теперь он понял, что ему следовало бы за нее испугаться.
— Есть одна причина, почему универсалы всегда представляли такой интерес для Общества. Они — это благословение, но когда они сбиваются с пути, они могут стать нашим проклятием.
— Но la signorina[24], она-то не собьется с пути! — запротестовал синьор Антонелли. — Она gentila[25].
Доктор Брок кивнул в знак согласия:
— Конечно, Лучано, я боюсь не ее: я боюсь за нее. Она так юна и совсем недавно попала в Общество. Она просто не может быть готова услышать все о своем предназначении. Вот почему Совет решил, что Конни следует постепенно сообщать то, что ей нужно знать — так со временем она сможет принять всю правду. Сейчас ей известно только то, что для нее опасна встреча с Каллерво. Следовательно, нам придется найти его прежде, чем он найдет Конни. Мы также должны проследить, чтобы у него не было ни малейшей возможности встретиться с ней — по крайней мере, пока она не будет полностью готова противостоять ему.
Миссис Клэмворси выглядела встревоженной; как будто из ее играющего, как шампанское, настроения улетучились все пузырьки.
— Но как мы это сможем сделать? Кроме Конни, больше не осталось универсалов. Никто из нас не знает их секретов.
— Каждый из нас знает что-то о своем собственном даре. Конни многому может у нас научиться. Таким образом, в свое время она получит ключ к глубинным знаниям каждой из групп.
Эвелина, которая долго молчала, внезапно поднялась:
— Я должна поехать за ней. Что, если на нее нападают прямо сейчас?
— Нет, Эвелина! — резко сказал доктор Брок. Мак, прислонившийся к задней двери, преградил ей путь, за что был награжден ее стальным взглядом. — Ты не должна поддаваться панике. Совет совершенно ясно дал понять, что мы должны позволить Конни жить нормальной жизнью — насколько только возможно для универсала жить нормальной жизнью. Подумай, Эвелина, Каллерво не нападет на нее, пока она находится среди других людей, — это не его тактика. Он будет искать возможность добраться до нее, когда она будет одна и беззащитна. Вот этого мы не должны допустить. Вот почему мы распределим между собой задачи. Эвелина, ты, очевидно, будешь обеспечивать безопасность Конни дома. Кол (Кол, вздрогнув, выпрямился; он подумал было, что про него совсем забыли), ты будешь присматривать за Конни в школе. Синьор Антонелли, если вы пожелаете остаться еще на некоторое время, мы бы хотели, чтобы вы возглавили специальную группу по решению вопроса с сиренами. Мы не можем рисковать, позволив Конни опять пойти к ним, особенно теперь, когда мы знаем, что они уже переметнулись к Каллерво, но нам все равно придется что-то делать с угрозой, которую они представляют для завода и судов.
— Certo[26], — согласился синьор Антонелли с глубоким поклоном.
— Остальные должны принять участие в охоте за Каллерво. Помните: мы все должны относиться к Конни как обычно. Похоже, что у нас только пара месяцев, чтобы подготовить ее и подготовиться самим: сирены сказали, что Каллерво придет с зимними штормами. Мы должны по максимуму использовать время, которое у нас есть. У кого есть ко мне вопросы?
У Кола в голове жужжало множество вопросов. Что он должен делать, чтобы защитить ее? Он вовсе не подходил на роль няньки, а казалось, что доктор Брок ожидал, что он станет ходить за ней по пятам. И что он сможет сделать, если Каллерво вдруг появится на игровой площадке? Как он вообще узнает этого оборотня?
— Э-э-э… Доктор Брок? — произнес он, поднимая руку.
— Да, Кол.
— Что конкретно я должен делать — в школе, я имею в виду? Я ведь даже не знаю, как этот Каллерво выглядит.
— Как я сказал, относись к Конни как обычно, только обращай внимание на все неожиданное и подозрительное, что происходит вокруг нее. Убедись, что она не остается одна.
По крайней мере с последним было просто: он никогда не видел, чтобы Конни оставалась без компании Аннины и Джейн.
— Ладно, — сказал он, пожимая плечами, пряча внутреннее смятение под своим обычным поведением. Он не хотел признаваться всем, что он очень нехорошо начал — поссорился с универсалом при первой же возможности.
— Вот и хорошо, — сказал доктор Брок, вглядываясь в серьезные лица присутствующих. — Если мы все направим наши усилия на достижение цели, я уверен, нам нечего будет бояться. Помните: все-таки это великий день для Гескомба — первый универсал в этом столетии, первый — в новом тысячелетии.
Когда Кол в понедельник пришел в школу, он почти принял решение извиниться. Несмотря на то что ему пришлось выносить бесконечные обсуждения гескомбского универсального посредника, он чувствовал, что лучшая сторона его натуры берет верх, и решил преодолеть свою зависть. Было очень хорошо, что универсальный дар снова вернулся; это просто невезение, что он достался его подружке, а не ему самому. Но у него теперь важная задача — обеспечить ей защиту; он не должен тратить время на мелкие ссоры, особенно сейчас, когда он знает, что лежит на весах.
С такими мыслями Кол искал возможности как можно скорее попросить прощения. Его решимость усиливалась оттого, что Конни выглядела совершенно несчастной, когда зашла в класс, старательно избегая его взгляда. Однако прежде чем он успел с ней заговорить, влетела Аннина и опередила его. Она быстро развеселила Конни потоком историй о семейном празднике, который был у них в выходные. Ее сестра Рупа, к всеобщей радости, объявила о своей помолвке.
Мистер Джонсон вошел с классным журналом в руках, и гул голосов замер. Всегда внимательная к чувствам других, Конни заметила, что сегодня утром у учителя обеспокоенное выражение лица. После переклички он достал лист бумаги и откашлялся, прежде чем заговорить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
