Ох, да я ведь просто с ума по нему схожу!.. Как бы это не оказалось коротенькой сказкой, которая частенько случается в жизни: мужчина получает желаемое, а женщина остается в растрепанных чувствах, униженная и разбитая собственными мечтами.
Руки предательски подрагивают, и я уже начинаю злиться, что лифт движется так медленно. Или просто мои страхи делают всё куда сложнее, чем есть на самом деле?
Лифт, наконец, останавливается на двадцать первом этаже, и Илья мягко подталкивает меня к выходу. Наверное, я совсем провалилась в свои мысли, что даже раскрывающиеся створки не заметила.
Подойдя к нужной двери, Илья отпирает оба замка, а я оглядываю светлую просторную лестничную площадку. Места столько, что хоть диванчики к стенам ставь для отдыха. Можно было бы поставить здесь вазы с пальмами — смотрелось бы эффектно. Вот только поставишь цветы, будешь за ними ухаживать, а соседи ещё и испортят, ведь обычно так и бывает: стараешься, но никто этого не ценит.
Я понимаю, что снова мысленно улетела куда-то совсем не в ту степь. Волнение с каждой секундой только усиливается, но я пытаюсь успокоиться, и, когда дверь открывается, Илья пропускает меня в темноту квартиры. Боюсь сделать лишний шаг, чтобы не наступить на что-то или не споткнуться. Ха, вот будет казус тогда! Илья останавливается за моей спиной, нащупывает выключатель где-то сбоку и включает свет, а я в это мгновение покрываюсь мурашками с головы до пят.
Чуть склонившись, спешно снимаю сапоги и отхожу в сторону, чтобы Илья тоже смог разуться. Стараясь не смотреть на него, я снимаю пальто и кладу на крышку комода для обуви.
Наши взгляды с Ильёй встречаются. Он улыбается и негромко произносит:
— Проходи, Вик!
Я киваю ему в ответ и оглядываюсь. По правой стороне коридора я замечаю две двери и решаю, что это туалет с ванной, как и в любой другой стандартной планировке. Прямо по коридору дверь приоткрыта; в темноте можно разглядеть очертания стола и стульев, потому сомнений в том, что это кухня не остаётся. Я сворачиваю в комнату и хочу включить свет, но Илья опережает, и мы чуть не касаемся друг друга руками. Это стало бы мощным толчком для нас.
— Хочешь чего-нибудь? — чуть взволнованным голосом интересуется Илья, и я понимаю, что его состояние ничуть не лучше моего. — Чай, кофе, воду, или, может, алкоголь?
Я улыбаюсь. Он всё-таки тоже волнуется! Это радует — значит, его интерес ко мне не поддельный, не одноразовый.
— А ты перед сексом всегда выпиваешь, чтобы расслабиться?
Илья с недоумением смотрит на меня, а затем отрицательно мотает головой.
— Вот и мне не нужно, — отвечаю я всё с той же улыбкой.
«Хотя на самом деле это чертовски неплохая идея, вот только стоит мне сделать пару глотков алкоголя, и я могу вырубиться раньше, чем нужно. Не отдалось сегодня утром похмельем, так с дополнением точно поплохеет…», — дополняю мысленно, вспомнив наш вчерашний с девчонками «отдых».
Илья делает несколько шагов в мою сторону, кладёт руки мне на талию и склоняется для поцелуя. Сначала его губы касаются едва ощутимо, нежно, но затем поцелуй быстро становится настойчивым, требовательным. Я расслабляюсь в его руках и отвечаю, радуясь, что добилась желаемого. Меня окутывают аромат мужского одеколона, смешавшийся с запахом кожи. Однако, страхи пока не отпускают, пульсируя в висках. Руки своевольно скользят по его плечам, обвивают шею; подушечки пальцев зарываются в короткие волосы, приятно покалывающие кожу. Это ощущение действует возбуждающе.
Илья поглаживает мою поясницу, водит пальцами вдоль молнии платья, отчего толпа мурашек бежит по коже, сосредоточиваясь внизу живота… Я чуть отстраняюсь от его губ, прерывая поцелуй, и хватаю ртом воздух. Замечаю, что голова слегка кружится, а ноги слабеют, но крепкие объятия не дают оступиться.
— Можно я воспользуюсь ванной? Ненадолго… — шёпотом прошу я, хотя не хочу от него уходить.
— Всё в порядке, — произносит Илья и ласково улыбается мне.
Я готова растаять от этой улыбки и поверить в то, что сказка в моей жизни никогда не закончится, но есть вещи, пренебрегать которыми не следует. Не хочу переживать понапрасну…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Илюш, я полдня бегала и танцевала… Это ты за полчасика прогнал танец. Тебе проще судить по себе.
Мысленно же я ругаю себя за ложь: «Уж лучше бы я действительно танцевала полдня, потому что алкоголь и память — сочетание противоречивое, ой как подводят».
— Хорошо. Иди, — Илья посмеивается дико сексуальной интонацией, выпуская меня из своих объятий.
На ватных ногах я захожу в ванную и запираю за собой дверь. Смотрю в зеркало и замечаю, что всё лицо сгорает от смущения. Рядом с Ильей я теряюсь в пространстве и ощущениях, будто впервые в жизни готовлюсь к близости с мужчиной! Решив, что стоит поторопиться и не мучить сильно Илью ожиданием, я расстегиваю молнию, снимаю платье и смотрю, какое на мне надето белье.
И лучше бы не смотрела… Чёрт!
Это не набор. Трусы вообще хлопковые в ромашечки! Знала бы, лучше вместо перекуса дома переоделась. Не ожидала я такого подарка от судьбы, которая практически завернула мне Илюшу и украсила бантиком. Сколько раз говорила себе, что девушке всегда нужно быть во всеоружии, а ленька строит подлянки не вовремя. Но что теперь поделаешь?
Вздохнув, я пытаюсь вернуть себе прежнее настроение. Взгляд пробегает по полочкам, висящим над ванной. Ничего лишнего. Самая настоящая ванная холостяка. Гель для душа, пена для бритья, лосьон после бритья, бритва… Ничего интересного вроде бы, но я понимаю, что меня интересует всё, что связано с Ильей. Самое настоящее холостяцкое гнездышко!
Избавившись от одежды, я забираюсь в ванну и настраиваю комфортную температуру воды. Ведомая любопытством, открываю ненадолго гель для душа и вдыхаю аромат хвои и морского бриза, тотчас словив себя на мысли, что это тот самый запах, горячо полюбившийся мне. Странное и очень интересное сочетание. Наскоро ополоснувшись, я чувствую себя более-менее нормально. Волнение потихонечку отступает на задний план, но стоит мне снова посмотреть на своё нижнее бельё… Надевать я его не хочу. И в платье обратно влезать как-то странно…
Выбираюсь из ванны, взгляд цепляется за полотенце. Достаточно большое, чтобы обернуться в него.
— Ай, блин… С чем черт не шутит! — бурчу себе под нос и хватаю полотенце с крючка.
Лучше уж шокировать Илью так, чем детскими трусяшками отбить все возбуждение.
Вернувшись в комнату, я нахожу Илью сидящим на кровати. Он уже успел расстегнуть рубашку и ремень, стесненный желанием. Я подхожу вплотную, а Илья с замиранием сердца разглядывает меня. Кажется, он даже не дышит в эти несколько секунд. Победа!
— Такого я не ожидал, — признается Илья сухим голосом, и я понимаю, что моя маленькая авантюра удалась.
Ему понравилось. Со мной точно не соскучишься! Он не сводит с меня пристальный взгляд, и это заводит ещё сильнее. Дыхание быстро углубляется, ритм сердца пульсирует в висках. Я забираюсь к Илье на колени, придерживая полотенце на груди, и он начинает поглаживать меня по ноге. Легкое касание пальцев, пристальный взгляд магнетических зеленых глаз, и я таю, не желая отдалять близость. Поспешно стягиваю с его плеч рубашку и впиваюсь в его губы поцелуем. Илья негромко рычит, скользя руками по моей спине. Он начинает покрывать поцелуями моё лицо, скользит губами по скуле к шее, и я запрокидываю голову назад, полностью отдаваясь его власти. Отчетливо чувствую его возбуждение, и меня саму съедает желание поскорее избавить Илью от одежды. От влияния страхов не остаётся ни следа — только страсть, которая движет нами.
Илья стягивает с меня полотенце, оставляя обнажённой. Он глубоко дышит, и я мягко подталкиваю его, заставляя упасть спиной на кровать, благодаря чему слух ласкает мягкий, негромкий смех. Доли секунд, и Илья утягивает меня следом за собой. Мы поднимаемся чуть выше, к изголовью кровати. Я стягиваю с него рубашку, уже ничего толком не соображаю, ведомая страстью.
