для удобного прииска!» — мысленно возразила я.
А вслух сказала:
— Вы, кажется, обещали мне порекомендовать охрану?
— О, этого сколько угодно, — ответил Робер безжизненным тусклым голосом. — Видите того бравого вояку? Это начальник городской стражи. Он может вам помочь и с охраной, и с работниками на приисках.
— Как?..
— Ну, вывести на работу заключенных, разумеется! — вздохнул Робер.
— Ах, вот оно что… — протянула я.
— А выдумали нанять свободных людей? О, безумная. Это плата втрое выше, если не в пятеро. Да и свободного человека ваша охрана не в праве будет удержать. Он сможет набить карманы камнями и уйти. Кто посмеет его обыскать?!
— Об этом я не подумала, если честно. Да и не знала…
Робер смолчал.
Но по его исступлённому лицу было видно, что он думает обо мне, что я круглая дура.
Я кротко перенесла это безмолвное оскорбление.
Вместо злости, досады и стыда я мягко улыбнулась.
— Спасибо за ваши мудрые советы и вашу помощь, Ваша Точность! — произнесла я.
Он было раскрыл рот, чтобы возразить, или сказать какую-то колкость.
Но я и этого не позволила ему сделать.
Шагнув к нему, я взяла его руку, склонилась, и почтительно поцеловала ее.
Так, как целуют руки отцов, мудрых покровителей и богатых щедрых благотворителей.
Тем людям, которым очень и очень должны.
И Робер не вынес этого жеста поклонения.
— Не смейте делать этого! — выдохнул он, отнимая у меня свою руку. — Я вам не наместник, не корональ и не король! Мне не полагается этих почестей!
— Вы гораздо больше, — с чувством ответила я. — Для меня вы делаете большее, чем родной человек.
— Я не родной вам! — выкрикнул он.
Глава 33
Робер нас оставил.
Не знаю, отчего он так остро отреагировал.
Вероятно, его задело, что я смотрю на него не как на мужчину, а как на доброго покровителя, этакого многопытного дядюшку.
Но, простите, я не готова кидаться в его объятья только потому, что ему так захотелось!
Мы усадили Марту в повозку, на гору кошельков с деньгами.
Стир взял осла под уздцы, и мы двинули к указанному начальнику городской стражи — нанимать охрану.
Однако, не прошли мы и десяти шагов, как дорогу мне преградил Ивар.
— Так-так, госпожа герцогинька, — прошипел он сквозь сжатые зубы, недобро и тревожно оглядывая меня. — А вы все отчаяннее! Являетесь миру, хотя я елел вам спрятаться!
— Ивар! — выдохнула я испуганно. — Да что тебе нужно?
— Нужно, чтоб ты была благоразумной! — ответил он. — Натан знает о твоей беременности. И о камешках тоже знает. Он рвет и мечет.
— Что ж, спасибо за заботу, — отойдя от испуга, ответила я. — Но благоразумной я не буду. Более того, я открою прииск. Я уже и разрешение получила.
Ивар даже застонал от досады.
— Ты безумна, просто безумна! — произнес он.
— Но ты тут откуда? Как узнал, что я тут?
— А разве можно не узнать? Я всегда болтаюсь в городе, — ответил он. — А только что во все богатые дома были отправлены вестники от ювелиров. Те объявили аукцион, будут продавать новые рубины и принимать заказы на изготовление украшений. Как думаешь, о ком я сразу же подумал, услыхав эти вести?
Мне стало неуютно под его немигающим внимательным взглядом.
— И Натан скоро услышит о камнях, — продолжил Ивар. — Какой прииск? Он мигом найдет, где ты прячешься. Ну же, девочка, — он заглянул мне в глаза, — будь благоразумна. Ты такая юная. Ты еще не жила. Отчего ты не хочешь послушаться?
— Отчего ты обо мне беспокоишься? — спросила я вдруг.
Ивар вздрогнул.
Смутился на миг.
— Оттого, что я не хочу, чтоб ты погибла, — произнес он, наконец. — Странное, иррациональное чувство. Иногда глядишь на какое-нибудь мелкое, тонкое создание, птенца, бледного цыпленка на худых ножках. И жаль его до горечи во рту. Хочешь, я спрячу тебя? И Натан не найдет…
— Не хочу, — ответила я просто. — Прятаться всю жизнь? Повести всю жизнь взаперти, как преступница? Нет. Я не хочу.
Ивар тряхнул головой.
— Как это глупо, как беспечно! Вероятно, мне стоит силой тебя уволочь!
— Эй, — подал сердитый голос Стир. — Кто бы ты ни был, убери-ка от нее руки! Я тебе сейчас покажу — силой увести!
— О, так у тебя такая смелая охрана! — расхохотался Ивар, окинув взглядом Стюарта. — Мальчишка и старушка на шее, которых нужно кормить! Это, конечно, меняет дело!
— Будет и еще, — ответила я, игнорируя его колкости. — Я камни продала, забыл? Найму охрану. Они меня защитят. Стир мой брат. Он мне будет помогать в делах, а старушка — владелица земли, на которой я буду жить. Так что она сама кого хочешь прокормит.
Ивар прищурился. В его глазах промелькнула какая-то мысль.
— Владелица земли? — быстро спросил он.
— Ну, разумеется. Сам старый герцог ее отцу даровал сорок шагов…
— А! Так и разрешение у вас есть?
— Разумеется.
— Тогда живо, — он указал на повозку. — Забирайся, и живо туда!
— Что?! — удивилась я.
— Долго объяснять, — рявкнул Ивар. — Но на эту землю Натан не сунется. Не посмеет. Там твое спасение!
— Час от часу не легче, — всплеснула руками я. — А как же мне набрать охрану и рабочих?!
— Сама сказала, — прорычал Ивар, чуть ли не силой запихивая меня в повозку, — что у тебя есть помощник! Вот и пусть он наберет, но не сейчас! Раньше всего ты должна исчезнуть отсюда! Ну?!
Я поняла, что просто так от него не отцепиться.
Тем более, что на рынке начались какие-то столпотворение и давка.
Мне показалось, что кого-то ищут.
Какие-то люди у шатров Блестящих хватали женщин, всматривались в их лица.
— Живее! — пошипел Ивар, и я поняла, что это начата охота за мной.
Стир подхлестнул ослика, и наша повозка покатилась вон с базарной площади.
Я улеглась на дно повозки, под ноги Марте, итак, как могла, прикрыла меня своей юбкой.
И мы благополучно выехали вон, пока мои преследователи не обратили на нас внимание.
Ивар же, спровадив нас, направился к палаткам, где аптекари продавали свои мази.
