кресло. — сказала мне она.
Я прошла за указанную шторку, быстро разделась и постелив одноразовую салфетку, взобралась на кресло. Врач-гинеколог пришла сразу же и стала проводить осмотр.
— Да. Все-таки вы беременны. — огорошила она меня. — Срок — шесть-семь недель.
Я к такому была не готова. Я не ожидала, что мои подозрения подтвердятся. Как в тумане я слезла с кресла, оделась.
— Вам уже можно становиться на учет в женскую консультацию по месту жительства. — произнесла она, когда я вышла из-за ширмы.
Как в тумане я прошла оставшихся врачей и направилась домой. В моей голове был хаос. Я не знала, как реагировать на эту новость. Что мне делать? Хочу ли я этого ребенка? Что я буду делать, если решу его оставить?
Когда я уже подходила к дому, решила войти в аптеку и купить тест на беременность. А лучше два или три. Я так и сделала, купила три теста. И как только вошла в квартиру, разувшись, побежала в туалет. Ролли кружился рядом, не понимая моего возбужденного состояния.
Сделав первый тест, положив его на плоскую поверхность, по инструкции нужно было ждать две минуты. Но не прошло и тридцати секунд, как я увидела одну красную полоску, а следом стала проявляться, вторая, яркая красная полоска.
Сердце ухнуло в пятки. Я решила чуть позже сделать еще один тест. Но и он оказался положительным. И третий тест, который я сделала уже вечером, тоже.
Сев на пол, я подобрала ноги к груди и уронила голову на колени. Ролли тут же оказался рядом и стал лизать мое лицо. У меня потекли слезы из глаз. Ну почему у меня все всегда так? Ну какой мне ребенок? Я в чужом городе, без работы. Пусть моя медицинская книжка будет готова через пару дней, но кому будет нужна беременная официантка? А учеба? Как я буду учиться с грудничком на руках. И то, что я собираюсь поступать на заочно, ничего не значило.
Как я буду одна справляться с ребенком на руках? Как? Я уже несколько дней не плакала, старалась не думать о Марке. А сейчас меня, как прорвало. Было ужасно страшно. Я боялась, что не справлюсь, да я была уверена, что не справлюсь!
Просидев в одном положении продолжительное время, не переставая лить слезы, я пришла к нелегкому решению. Я, откровенно говоря, струсила. Но выхода другого не видела. Только прерывание беременности.
Глава 39
В дверь раздался звонок. Я продолжала сидеть не подвижно, слезы текли по щекам. Я никого не ждала и никого не хотела видеть. Ко мне в принципе не кому было приходить. Если только снова Вера Пална. Кто-то снова позвонил. Я встала и пошла к двери, распахнув ее, я увидела, что это действительно соседка.
— Ярослава, а я звоню и звоню тебе. Думала уже, что тебя дома нет. Я к тебе за солью. Представляешь, готовить начала, а соли нет. Забыла купить. В магазин пойду вечером, куплю. А соль мне вот сейчас нужна. — в своей манере протараторила Вера Пална.
Но потом взглянув на меня, она нахмурилась и спросила:
— Ты чего ревешь?
Я не знаю, что на меня нашло, но меня как будто прорвало. Слезы с новой силой хлынули из глаз. Я прошла в комнату, Вера Пална шла следом, подняв с пола тесты на беременность, я молча показала ей. Посмотрев на них, она произнесла.
— Так это здорово!
— Здорово? — воскликнула я. — Вы не заметили, что я одна? Что у меня нет ни парня, ни мужа?
— Сейчас много кто воспитывает ребенка в одиночку. — сказала Вера Пална.
Я замотала головой и села на диван, спрятав лицо в ладони. Мне, наверное, было легче, если бы она покачала головой и сказала, что это не дело, быть матерью одиночкой, стыдно и позорно.
Я почувствовала, как рядом со мной прогнулся диван, означая, что моя соседка села рядом.
— В молодости, когда я была примерно такого же возраста, как и ты, я влюбилась в парня. У нас был бурный страстный роман. — начала рассказывать она, а я прислушалась. — Как это часто бывает, итогом нашего романа стала моя беременность. Тот парень нес государственную службу и заводить семью ему было нельзя. Он встал перед выбором, или семья или карьерный рост. Он выбрал карьерный рост. Я осталась одна, беременная. И тогда я сделала ошибку. Я решила, что мне тоже ребенок не нужен. Решила, что тоже буду строить карьеру. — голос Веры Палны дрогнул. — Карьеру я построила. — она замолчала, встала с дивана и подошла к окну.
Я наблюдала за ней, ожидая ее дальнейшего рассказа. Видела, как напряжена ее спина. После короткого молчания, она развернулась ко мне и продолжила:
— Забеременеть я больше не смогла. Мне почти шестьдесят лет. Я одна. Если бы ты знала, сколько раз я кусала себе локти и жалела о том поступке. Сколько я плакала ночами, ненавидя себя.
Ее рассказ выбил меня из колеи. Я не знала, что сказать. Сейчас я взглянула на нее другими глазами. Как на одинокую, несчастную женщину. А что если я стану такой же?
— Я боюсь… — прошептала я.
— Чего? — спросила у меня Вера Пална.
— Того, что не справлюсь. — ответила я.
— Так ты не пробовала справиться.
Я не знала, что сказать. Я действительно трусила, мне было страшно возлагать на свои плечи такую ответственность.
— Ярослава, — позвала меня Вера Пална, — В любом случае, выбор за тобой. И тебе с этим жить. — сказала она и пошла к выходу.
Я слышала, как хлопнула входная дверь. Я снова села на пол. Голова разболелась жутко. Я не знала, что мне делать. Как быть. Как поступить правильно. Вера Пална права, мне с этим жить.
Я положила ладонь на плоский живот и меня, как будто током ударило. Господи, ну зачем я обманываю сама себя. Я думала о семье. Конечно. Когда была подростком, глядя на своих родителей, я мечтала, что у меня будет все по-другому. У меня будет крепкая, дружная семья. Я мечтала, что я буду замечательной, любящей мамой. Так все эти мечты я могу реализовать уже совсем скоро. А со всеми трудностями я справлюсь. Я же всегда справлялась. Я ни за что не смогу избавиться от своего еще народившегося ребенка. Я буду любить его и за Марка, и за себя. Я стану лучшей мамой на свете. От этих мыслей мне стало легко на душе.
Я встала и подошла к зеркалу, оголив свой живот,
