все было в порядке. Присядь! – тон Евы был успокаивающим, и я сделала глубокий вдох, пытаясь прийти в себя.
Я снова медленно опустилась на стул и кивнула:
– Хорошо. Но мне нужно, чтобы ты помогла мне разобраться в этом. Я совсем запуталась. Весь этот стресс… Я просто неспособна нормально соображать! У них нет реальных улик, иначе бы они арестовали меня и выдвинули обвинение. Меня освободили и пока не наложили никаких ограничений. Но они скоро снова явятся сюда, чтобы провести криминалистическую экспертизу или что-то вроде того, и мне так страшно, Ева. В какие игры играет Дэнни, черт побери? Где он? И откуда вся эта кровь? Что происходит? Я просто не могу…
Горячие струйки слез обожгли мне щеки, и Ева схватила меня за руки, крепко сжимая их.
– Я не знаю. Я понимаю не больше, чем ты. И эта история с кровью очень странная. Но ты же знаешь, что он был в порядке, когда переехал в Бристоль, так что не думай об этом пока. Иди и возьми свой дневник. Нам надо пройтись по каждому дню, когда он был здесь, с момента приезда в Бристоль и до его исчезновения. У него же не было плаща-невидимки, Джем. И это не история в стиле фэнтези про Гарри Поттера – это реальная жизнь. И он жил в этом доме, делая вид, что каждый день ходит на работу, и вам же доставляли вещи в дом, и вы многое делали вместе все эти недели, верно? Кто-то вспомнит, что видел его, кто-то сможет доказать полиции, что Дэнни был здесь с тобой живой и здоровый. Ну же, выше нос!
Я изобразила подобие улыбки на своем лице. «Выше нос» – это была наша любимая фраза, которой мы подбадривали друг друга, когда работали в газете и получали какое-то новое задание, хотя были и так уже полуживые от недосыпания и стрессов от горящих сроков.
– Нос поднят. Мы справимся, – ответила я.
И я действительно перестала вешать нос. Я даже оделась, привела в порядок волосы, сделала увлажняющую маску, съела миску хлопьев, накормила Альберта, пообещав ему в скором времени отправиться на продолжительную прогулку. А потом я принесла свой дневник, и мы с Евой начали его изучать, окутанные лучами утреннего солнца, в которых танцевали пылинки. Через час я отодвинула дневник в сторону, почувствовав, что близка к отчаянию.
– Здесь ничего нет. Ничего.
Ева скрестила пальцы, глядя на лежащий на столе дневник.
– Хорошо, насколько я могу судить сейчас, не беря в расчет загадочную кровь в спальне, так как это вообще какая-то бессмыслица, пока можно предположить только два возможных сценария. Один из них – прости, я знаю, что тебе неприятно будет это слышать, но, тем не менее, мы не должны сбрасывать это со счетов – его уход к другой женщине, с которой он познакомился через приложение. И когда ты переехала сюда, он неделю жил с ней. Это отнюдь не объясняет все его странности, я понимаю, но все же. Другой сценарий… И, я думаю, он наиболее вероятен. Мы были на верном пути с нашей туманной версией, которую наметили ранее. Потому что все это становится больше похоже на то, что он был очень-очень осторожен и не желал никому попадаться на глаза в Бристоле. Он хорошо все спланировал. Ему удавалось делать все так, чтобы ты ничего не заподозрила. Я пока не знаю, зачем ему это было нужно, но я все больше склоняюсь к мысли о том, что он прятался, Джемма. Он скрывался, находясь здесь, а ты этого даже не заметила, – сказала Ева, постукивая ручкой по дневнику. – Давай еще раз посмотрим на все сквозь призму этой версии. Прежде всего, когда вы жили в Лондоне, то в супермаркет по выходным вы ездили по очереди или вдвоем, ведь так?
Я кивнула.
– А когда вы переехали сюда, он предпочел заниматься уборкой, вместо того чтобы ездить в супермаркет по субботам.
– Ну да, но это было потому, что я постоянно жаловалась, что на мне висит вся уборка, и он просто любезно хотел мне помочь… – мой голос осекся. – Ну хорошо, допустим. Но если честно…
– С тех пор как вы сюда переехали, только ты выгуливала собаку. Изо дня в день с Альбертом гуляла только ты.
– Да, но это из-за его рабочего графика… То есть я думала, он работает. В Лондоне я тоже чаще всего сама выгуливала собаку, хотя по выходным Дэнни обычно к нам присоединялся. Я уверена, что он бы так делал и здесь, просто прошло мало времени с его приезда.
– Каждый раз, когда вам доставляли еду, к дверям подходила ты, а не он, – перебила Ева.
– Он говорил, что пошел доставать тарелки и наливать вино…
– Точно. Чтобы доставщик не увидел его. Он хоть раз принял какую-нибудь доставку? Хотя бы одну?
Я задумалась и не смогла вспомнить, но, конечно, он должен был хоть раз что-то да принять.
– Я не знаю, – тихо ответила я.
– Когда ты ходила к своим новым друзьям, он ни разу не изъявил желание составить тебе компанию. Что, впрочем, можно объяснить тем, что он был здесь всего несколько недель. Но даже когда ты была в гостях у… как же ее имя?.. Тай, так, кажется?.. в гостях у Тай после йоги с вами был муж Клэр, и ты позвонила Дэнни, приглашая его к вам присоединиться, он отказался. Так что даже твои подруги никогда его не видели.
Я рассказала Еве о той ночи. Когда мы закончили наше третье занятие йогой, Тай сказала, что было бы неплохо, если бы ее муж Питер и муж Клэр Алекс познакомились с Дэнни.
– У меня в холодильнике есть приятный освежающий саув блан. Может, организуем коктейльную вечеринку посреди недели? – предложила она с озорной улыбкой. – Наши мужья уже вернулись с работы. Мы можем отдохнуть парочками.
Я позвонила Дэнни, но он сказал, что взял работу на дом и должен закончить ее к утру.
– Как-нибудь в другой раз… Слушай, принеси им мои извинения и пригласи их всех к нам в ближайшее время, ладно? – попросил он.
Я так и сделала и провела время в роскошном особняке Тай в Кафедральном квартале без Дэнни, потягивая коктейли и восхищаясь роскошной панорамой города, открывающейся из витражных окон.
Ева продолжила:
– И вы никуда не выбирались на выходных. Я, конечно, понимаю, что за три недели этого могло и не произойти по вполне естественным причинам, но все же. Разве тебе не показалось странным, что
