В чем же тогда состоит чудо? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны обратиться к различению Римской католической церковью вселенских и личных откровений. Вселенские откровения – это те, что переданы в Библии и апостольской традиции, хранимой церковью. В эти чудесные откровения можно и должно верить всем католикам без исключения. С другой стороны, частные откровения, те, какие, например, были дарованы Бернадетте, совсем не обязательны для повсеместного принятия; церковь просто говорит, что в них можно верить.
Два старых, когда-то общих определения – что чудеса состоят из вмешательства неземных сил и при временном прекращении действия естественных законов природы и что именно это и предстает гарантией божественного происхождения – теперь совершенно забыты. Чудеса ныне считаются чем-то обыденным, неким простым исключением из естественного порядка вещей, известного нам: чудом оно является лишь для людей, а для Господа – вполне разумное действие.
Для установления чудесного исцеления медицинское исследование должно подтвердить, что болезнь была соматического характера и касалась функциональных расстройств. Пациент должен быть признан безнадежно больным, так чтобы врачи предсказали ему близкую и неминуемую смерть; недуг должен легко диагностироваться, безо всяких неясностей, и должно быть четкое физическое доказательство изменения состояния пациента. Также чудесное выздоровление должно происходить быстрее, чем естественное, или же без участия каких-либо медицинских средств.
В противоположность широко распространенному убеждению, чудеса не обязательно происходят собственно в Лурде. Они могут случаться и в гроте, и в церкви, и в номере отеля, и в поезде на пути домой или даже вообще в очень далеком от источника месте. Человек может и не молиться в то время, как случается исцеление. Это демонстрирует случай Катерины Лапейр.
Женщина умирала от рака языка, шеи и крови. При операции ей отрезали четверть языка, а от дальнейшего хирургического вмешательства она отказалась. Так как сама поехать в Лурд она не могла, то поклялась сочинять гимны Блаженной Деве и промывать каждый день рот водой из источника. На девятый день молитв опухоли исчезли, она оказалась совершенно здоровой. Маленький белый шрам на языке остался как память об операции.
Однако подобные поразительные происшествия не должны отвлекать нас от истинного значения лурдского чуда. Богоматерь ничего не говорила Бернадетте об исцелениях. Сама святая, говоря о слепом, который прозрел, напомнила нам: гораздо важнее, чем излеченная физическая слепота, исцеление слепоты духовной. Бернадетта во всех чудесных событиях видела себя лишь грубым инструментом и говорила: «Если бы Блаженная Дева захотела выбрать кого-нибудь поученей, чем я, Она бы сделала это; но Она подняла меня, как камешек из-под глыбы».
ЧУДЕСА ПАДРЕ ПИО
Действительно ли падре Пио творил чудеса? Мог ли он на самом деле предсказывать будущее и видеть божественные создания? Обладал ли он даром биолокации? Мог ли он исцелять? Правда ли, что он даже носил на своем теле знаки Христа, напоминающие о его муках на кресте? И если все это правда, что означают эти дары свыше? До сих пор итальянский священник остается противоречивой загадкой и церковь воздерживается от признания его чудес.
Всю свою долгую жизнь падре Пио (1887-1968), казалось, служил иллюстрацией к словам его преосвященства Коррадо кардинала Урси: «На протяжении веков Бог посылает избранных людей, чтобы они взывали к душам детей Божьих. Такие люди воплощают в себе явление Христа народу, Спасителя, пришедшего, чтобы возродить мир». Падре Пио сотворил много чудес, вероятно являясь проводником Божественной любви, таким образом проповедуя примирение с Богом, что он делал с полным самоотречением.
Самым невероятным чудом в жизни падре Пио а его жизнь была полна чудес – явилось получение им на своем теле стигматов, или копий пяти священных ран Христа. Он стал первым священником современности, который получил видимые и ощутимые знаки распятого Спасителя.
Вдобавок к постоянным физическим мучениям он подвергался еще более длительным и болезненным обследованиям медиков. Первым врачом, осматривавшим падре Пио, был Луиджи Романелли да Барлетте, приглашенный архиепископом. Основными пунктами его заключения были следующие: «Раны на руках покрыты тонкой пленкой красновато-коричневого цвета, они не кровоточат, не нарывают, ткани не воспалены»; «кровь артериального происхождения»; «раны глубокие, не поверхностные»; «ткань вокруг ран… чувствительна даже к легким прикосновениям». Романелли подвел итог следующими словами: «За пятнадцать месяцев я осматривал падре Пио пять раз. Я нашел несколько изменений, но я не в состоянии классифицировать эти раны».
В своих опытах врач сдавливал пальцами рану с обеих сторон, пытаясь обнаружить щель, которая бы указала на ее сквозной характер. Он писал: «Я повторял кажущийся садистским эксперимент несколько раз за вечер…»
В июле 1919 года эстафету у Романелли принял профессор А. Биньями, агностик из Римского университета. Он заявил, что раны не сквозные, отверг предположения об их сверхъестественном происхождении, но не мог отрицать само наличие ран, а также доказать, что священник их нанес себе сам. Он заключил, что раны возникли «из-за некроза эпидермиса невротического характера», а значение их крестообразной формы, «возможно, несознательно преувеличено». Он заявил, что не обнаружил ничего, что нельзя было бы объяснить естественными способами.
Следующим врачом, исследовавшим падре Пио в октябре 1919 года, был доктор Г. Феста из Рима. Он сделал вывод, что в отчете Биньями содержалось «много неточностей», и решил вернуться к проверке вместе с доктором Романелли. Они установили, что «верхние слои раны покрыты коркой высохшей крови, при снятии которой показывается кровь, как и происходит при настоящем повреждении». Попытки определить глубину раны не производились «из-за высокой чувствительности окружающих тканей». Врачи заключили, что это «настоящие глубокие колотые раны, нанесенные, вероятно, острым орудием».
Рассматривались различные версии происхождения этих ран. Все могла бы объяснить гемофилия, но обнаружилось, что другие раны, сделанные на теле падре Пио, заживали абсолютно нормально. Некоторые считали, что причина кроется в истерии, но падре Пио казался психически здоровым человеком «добродушным, веселым и, по всей вероятности, не слишком впечатлительным». Тем не менее мы не должны исключать возможность истерии.
Из всех чудесных исцелений падре Пио самое удивительное произошло с Верой-Марией Каландра, 1966 года рождения, у которой были сильные врожденные пороки почек и мочеточников. Врачи говорили, что она не выживет. После четырех сложных операций выяснилось, что ей придется удалить мочевой пузырь. Ее мать написала падре Пио письмо, умоляя его с помощью чудотворных способностей спасти ее дочь.
В праздник Успения пресвятой Богородицы во время молитвы в своем доме синьора Каландра почувствовала сильный аромат, напоминающий аромат свежих роз. Этот запах, одна из харизм падре Пио, свидетельствовал о его незримом присутствии. Синьора Каландра решилась отправиться в монастырь падре Пио – обитель милосердной Девы Марии в СанДжованни-Ротондо.
Падре Пио возложил руки со стигматами на головы двухлетней девочки и ее младшей сестры Кристины-Розы, а синьора Каландра получила возможность поцеловать раненые руки священника. Через четыре дня она показала Веру врачам в больнице. Вот как она сама рассказывает об этом:
"17 сентября, в праздник Франциска Ассизского, который получил такие же стигматы, как падре Пио, хирург, оперировавший маленькую Веру, сказал, что на месте удаленного мочевого пузыря появился «зачаток мочевого пузыря». «Доктор, вы ведь не хотите сказать, что у девочки растет новый пузырь – это же невероятно! Только Бог может сотворить такое чудо».
Шесть месяцев спустя, в апреле 1969 года, врач подтвердил наличие «зачатков мочевого пузыря». Это был первый подобный случай в медицине. Сегодня Вера – здоровая женщина.
Наверное, самое потрясающее чудо падре Пио исцеление слепой девочки Джеммы да Джорджи из Риберы, Сицилия. Она родилась без зрачков, а без них, как известно, видеть невозможно.
В 1947 году бабушка решила отвезти Джемму к падре Пио и помолиться за чудесное выздоровление. Они проехали лишь полпути от Сицилии до Фоджи, а, по словам бабушки, девочка уже начала различать море и пароход.
После исповеди падре Пио бабушка попросила его подарить зрение Джемме. Она так рассказывала об этом:
«Я попросила отпущения грехов ддя Джеммы… никогда не забуду его спокойный, мягкий голос, он сказал:»Веруешь ли ты, дочь моя? Девочка не должна плакать, и ты не должна, поскольку она видит, и ты знаешь, что она видит". Я поняла позже, что падре Пио имел в виду море и корабль…
