мог допустить, чтобы шведы достигли сердца его владений? 24 сентября 1706 года был опубликован манифест шведского короля, расположившегося в Альтранштедте в нескольких милях от Лейпцига, согласно которому война приостанавливается на 10 недель, а время ее возобновления пока неизвестно. Параллельно шведский король стал грозить Августу лишением не только статуса польского короля, но и титула саксонского курфюрста. Скоро в городе появились послы Августа II Пфингстен и Имгоф с полномочиями вести со шведами переговоры и подписать окончательный договор о мире.
Загнанный в тупик курфюрст формально пошел на все. Первым условием Карл поставил конфиденциальность договора, который должен был оставаться тайным. Требования шведского короля включали отречение Августа от польской короны в пользу Станислава Лещинского, его выход из всех союзов против шведов, разрыв отношений с Россией, освобождение плененных им членов «шведской партии», размещение шведской армии на зимние квартиры в Саксонии и выдачу шведам содержавшегося с декабря 1705 года в саксонском замке под арестом Паткуля. 13 октября договор, означавший полную капитуляцию Августа, был подписан уполномоченными курфюрста, с одной стороны, и представителями Карла, с другой.
Примечательно, что тогда как в литературе Альтранштедский договор рассматривают как предательство Августом Петра и Северного союза, то сам русский царь в своей корреспонденции обозначил его как… «нечаянный»[166]. Дальновидный политик, Петр не исключал такого поведения союзника, равно как и его возвращения в «его объятия». Целый ряд моментов, связанных с этим договором, указывает, что Август вел, как ему казалось, ловкую интригу, а сам документ был дипломатической уловкой, средством «успокоения» Карла.
Во-первых, это знаменитое дело Паткуля. В своих донесениях Петру Паткуль неоднократно высказывал мнение о неспособности Августа Веттина и его министров управлять и защищать свое сложносоставное государство. Об этом стало известно, и в Саксонии воспользовались первым удобным случаем, чтобы устранить его. К тому же он знал много политических тайн. Петр приказал Паткулю вывести русские силы из Саксонии в Россию через Речь Посполитую, а если это окажется невозможным, временно передать их на службу императору и затем вернуться через Венгрию. Паткуль выбрал последний вариант, но не успел в силу матримониальных обстоятельств. В Дрездене он встретил богатую вдову датского посланника, решил жениться на ней и удалиться в свое имение в Швейцарии. Саксонский тайный совет потребовал, чтобы Паткуль оставил войска в Саксонии. Тот не согласился, и 20 декабря 1705 года было решено его арестовать по причине самовольных действий. В день свадьбы 23 декабря он был заключен в крепость Зонненштайн. Два года Петр I протестовал против этого нарушения международного права, но не считал дело первостепенным. Когда же Паткуля решено было выдать Карлу XII, Август II тайно приказал коменданту крепости дать ему возможность бежать. Однако вследствие жадности коменданта, желавшего получить с пленника выкуп, дело затянулось до тех пор, пока в крепость не вступил шведский отряд. 10 октября 1707 года он был как изменник колесован живым, а затем четвертован.
Во-вторых, это дело саксонских переговорщиков Пфингстена и Имхофа, обвиненных в превышении полномочий и утаивании правды о мире со шведами. Для заключения договора с Карлом Август выдал им чистый бланк со своей подписью, а когда Пфингстен доложил курфюрсту, находившемуся тогда с Меньшиковым в Петрикау, о его заключении и статьях, тот заметил, что бланк был выдан на случай более выгодных условий мира. Август не только свалил вину на «подписантов» Альтранштедского договора, но и жестоко поступил с ними: Имхоф сидел в тюрьме до 1714 года, а Пфингстен – до своей смерти в 1733 году[167].
В-третьих, Август не сказал Петру о договоре с Карлом и не отозвал свои силы из русской армии. 18 октября русско-саксонские части Августа и Меньшикова разбили под Калишем шведов, и в результате саксонский курфюрст вновь оказался в состоянии войны со Швецией. Правда, перед битвой курфюрст письменно предупредил шведского генерала Мардефельта о нападении, но тот не поверил, рассматривая письмо как военную хитрость. Август испытывал и эйфорию от победы, и страх перед гневом шведского короля одновременно. И он нашел выход. Пытаясь оправдаться, он написал письмо Карлу о том, что «равнодушен» к короне и ищет поддержки Его Величества в столь тяжелый момент. Скоро он получил высокомерный ответ: пока воины курфюрста оказывают шведам сопротивление, о благожелательном отношении к нему и речи быть не может, но, в принципе, король Швеции всегда готов к сотрудничеству[168]. По настоянию Карла Август потребовал от Меньшикова отпустить взятых в плен под Калишем шведов, грозя уничтожить свой союз с царем. В любом случае, его Альтранштедское «предательство» пошло на пользу Петру I в дальнейшем – он всегда имел возможность попрекать этим союзника, корректируя договорные обязательства, данные ему ранее.
Август вернулся в Саксонию и на время обрел относительное спокойствие, снова приведшее его в оптимистическое настроение. Он несколько раз встречался с Карлом в Альтранштедте, а перед уходом шведов из Саксонии – и в Дрездене. Кузены были вежливы и галантны в обращении друг с другом, Карл даже написал своей сестре Хедвиге Софии: «Король Август живет в Лейпциге… Я несколько раз встретился с ним. Он веселый и интересный человек, не очень высок, но плотен и несколько полноват. У него свои волосы, совсем темные»[169].
В парафировании мирного договора чисто символическое участие принял и Станислав Лещинский. Во время одного из торжественных обедов Карл хотел намеренно столкнуть обоих королей, заставив Августа подойти к «сопернику» и пожать ему руку. Во избежание неловкого положения Станислав, сделав приветственный жест издали, удалился. В апреле 1707 года Август формально поздравил его с принятием польской короны. Флемминг и графиня Козель советовали курфюрсту арестовать Карла XII, когда тот заехал в Дрезден, но Август мирно прогулялся с королем Швеции по городу и даже проводил его до дрезденского предместья Нойдорф. Позже Карл XII признавался, что совершил опрометчивый поступок, прискакав в логово противника с несколькими офицерами: «Я пережил не совсем хорошую минуту. Флемминг ни за что не хотел, чтобы я так легко уехал из Дрездена»[170].
Произошедшие события породили волну международных дебатов и разнообразных вариантов политических группировок и союзов в дальнейшем. На период осени 1706 – весны 1707 года Альтранштедт стал центром пристального внимания всей Европы. В сложившейся военно-политической ситуации того времени Станислав Лещинский, а не Август Сильный, оказался наиболее приемлемой фигурой в роли польского короля для стран – участников параллельной войны за Испанское наследство. Ведь их главной целью в случае, если Карл XII не станет их союзником, было по крайней мере нейтрализовать шведов и направить их силы в любую другую сторону –
