графа Морица Саксонского и устроить его брак с вдовствующей герцогиней Анной Иоанновной. Когда Мориц, к тому времени уже опытный полководец, к тому времени сменивший три армии и служивший во французских королевских войсках под именем графа де Сакса, посватался к герцогине, та дала свое согласие и попросила императрицу Екатерину I поддержать этот брак. Екатерина вроде бы была согласна, но Александр Меньшиков сам желал заполучить эту корону. Мориц был готов отстоять свое право с оружием в руках, и, согласно письмам, эти намерения были поддержаны его возлюбленной, французской актрисой Адриенной Лекуврёр. Она даже послала Морицу деньги для найма солдат, чтобы он мог занять курляндский престол. Так или иначе, 28 июня 1726 года (по новому стилю) курляндский ландтаг единогласно избрал Морица герцогом Курляндским и выразил согласие на его союз с Анной Иоанновной.
Против курляндской авантюры выступила знать Речи Посполитой. Польские магнаты на сейме в Гродно осенью 1726 года оспорили легальность проведенного выбора, объявили Морица изменником и бандитом и потребовали от него вернуть диплом элекции, а от короля – предпринять шаги для инкорпорации Курляндии. В марте 1727 года начались подготовительные работы по преобразованию Курляндии из вассального герцогства в провинцию Речи Посполитой, а в августе в Митаву прибыла польская комиссия с экскортом 5–6 тысяч солдат. Под угрозой потери автономии курляндское дворянство отказалось дальше поддерживать Морица.
Реакция России тоже не заставила себя ждать. В июле 1727 года герцогство посетил Александр Меньшиков, чтобы аннулировать элекцию сына Августа и заставить местное дворянство избрать герцогом князя Петра фон Гольштейн-Бека. Получив твердый отпор, он по возвращении в Санкт-Петербург убедил Екатерину I предпринять вооруженную интервенцию. Из-за смерти императрицы русские войска двинулись в Курляндию только в августе 1727 года. Располагая корпусом из трех пехотных и двух кавалерийских полков, генерал Петр Ласси не встретил никаких проблем с изгнанием Морица Саксонского, которого охраняли всего 200 человек, сначала из Митавы, а потом и вовсе из Курляндии. Затем Ласси принудил польско-литовских комиссаров отослать своих солдат и опротестовал изменение статуса герцогства. Это означало сохранение status quo в Курляндии, что было успехом России. Этот успех был закреплен декларацией, по которой Петербург и Вена не соглашались на инкорпорацию Курляндии Речью Посполитой. При Анне Иоанновне и так называемой «германской фракции» при русском дворе международные позиции польского короля заметно ослабли и были созданы благоприятные условия для политики союза «Трех Черных Орлов» в лице России, монархии Габсбургов и Пруссии, устроившего три раздела Польши[182].
Впрочем, на дальнейшем жизненном пути Морица Саксонского провал курляндской авантюры сказался, скорее, положительно. Здесь следует упомянуть о том, что он рано, но успешно начал военную карьеру. Уже в 12 лет он получил звание прапорщика. Позже Морис вспоминал, что, услышав эту новость, он «был пьян от радости». В 13 лет отрок пешком прошел от Дрездена до Фландрии, где участвовал в знаменитой битве при Мальплаке в 1709 году, в ходе которой армия Великого союза (Британия, Священная Римская империя, Нидерланды) под командованием герцога Мальборо и принца Евгения Савойского одержала пиррову победу над французской армией маршала Виллара. Когда завершилась война за Испанское наследство, Морицу было всего 17 лет, но он успел повоевать во Фландрии и в Померании, отличился отвагой и командовал им же самим вымуштрованным кавалерийским полком. Несмотря на поражения шведов в то время, он высоко ценил шведскую тактику и военный гений Карла XII.
В 18 лет юношу против воли женили на богатой 14-летней Виктории фон Лебен. Брак оказался неудачным, и он принялся транжирить ее наследство на содержание кавалерийского полка и легиона любовниц. Он любил повторять, что жены являются «бесполезным предметом мебели для солдата». В конце концов, в 1721 году, когда наследство Виктории было потрачено, этот союз завершился расставанием после того, как Мориц вступил в связь с горничной, свидетелем которой стала его жена, чтобы обеспечить развод. В 1717 году в ходе войны против Османской империи Мориц вместе с принцем Евгением Савойским участвовал во взятии Белграда. А после того, как его брак был аннулирован, Версаль показался ему самым лучшим местом для головокружительной военной карьеры. Регент Филипп Орлеанский охотно взял его на службу.
Во Франции он серьезно взялся за изучение литературы, математики и военного искусства. Граф де Сакс показал себя не только удачливым французским военачальником (во время войны за Польское наследство о нем сказали, что он стоит 3 тысячи солдат), но и ловким придворным. Без него не обходился ни один праздник в Версале или королевская охота. Он сумел стать близким другом Вольтера и всесильной королевской фаворитки мадам де Помпадур, а также приобрел благосклонность Людовика XV, пожаловавшего ему очередной чин генерал-лейтенанта. Помпадур признавала его полководческий талант и мирилась с недостатками характера: «Мориц де Сакс ничего не понимает в тонкостях любви. Единственное удовольствие, которое он получает в обществе женщин, может быть названо словом “разврат”».
Европейская слава к генералу Морицу де Саксу пришла во время войны за Австрийское наследство (1740–1748). Сначала он командовал французскими частями «добровольцев» (официально Франция вступила в войну только в 1744 году), помогавшими союзной Баварии. В 1741 году граф отличился при штурме чешской столицы Праги, а в следующем году – крепости Эгер. Эти военные достижения принесли ему и славу, и признание его полководческого дарования, которое высоко оценил прусский король Фридрих Великий.
В 1744 году граф де Сакс удостоился высокого чина маршала Франции и принял командование над Мозельской армией, которая успешно действовала против австрийских сил в Эльзасе. За май – сентябрь 1745 года французская армия под его командованием покорила почти всю Фландрию. Французские войска вступили в ее важнейшие города – Турне, Гент, Брюгге, Оденарде, Остенде и Брюссель. Победы французов под знаменами Морица Саксонского над союзной англо-австро-голландской армией следовали одна за другой: в 1745 году – при Фонтенуа, в 1746-м – при Року недалеко от Льежа и в 1747-м – при Лауфельде.
После заключения в 1748 году Аахенского мира Мориц жил в пожалованном ему замке Шамбор. В своем новом доме он соединил мир фантазии и распущенности. Замок охранялся отрядом драгун, состоявшим из африканцев, мусульман, турок и монголов. Ему пришлось повесить некоторых из них за грабежи крестьян. Параллельно маршал занимался обучением войск и несбыточными проектами – такими как создание германского королевства на Мадагаскаре или в Карибском бассейне, а также Израильского царства в Америке. Как видно, он во многом был похож на Августа Сильного. Как отмечал генерал Терон Вивер в своих «Flanders Fields» («Поля Фландрии»), написанных в 1745 году и опубликованных в «The
