- Сама пойдешь со мной или мне снова на плечо?
- Не устал?
- Тебя таскать хоть целыми днями готов.
- Да пошел ты! Отвали. Я домой…
- Так и я туда же.
- Слушай, Дворецкий, я в твои игры больше не играю, ясно?
- Теперь с Антоном играешь?
- Да! С ним!
Не знаю зачем я это сказала, но глаза Николая наливаются такой яростью, которая меня пугает. Зачем провоцирую? Лучше бы молчала, показала холодность… Но проблема в том, что не могу. Меня раздирают противоречивые эмоции. Обида, злость… и тревога. Что произошло? Что случилось? Что он натворил?
Он снова хватает меня за руку и тащит за собой. Его ладонь обжигающе горячая. Ник двигается так быстро, что все что мне остается - сосредоточиться на том, чтобы не споткнуться и поспевать за ним. Ничего. Я тоже хочу поговорить. Выплеснуть накопившуюся ярость, ненависть к нему. Но ярость с каждой секундой глушится эндорфинами, количество которых растет пропорционально минутам его близости, его касания, подобного легким разрядам тока.
Ник подходит к черному автомобилю, достает ключи.
Стою рядом, обхватив себя руками и дрожа от холода.
- Залезай в машину.
Я молча повинуюсь. Устала сопротивляться. В конце концов, нам действительно надо поговорить…
Глава 19
- Куда мы едем? - спрашиваю, когда автомобиль выруливает с парковки. - Ты понимаешь, сколько проблем мне принес? Мама будет злиться. Обидится…
- Прости за маму. Я не хотел, чтобы так вышло. Но тебе не следовало танцевать с ним…
Задыхаюсь от возмущения, даже не знаю, что на это ответить. Глаза Ника все еще сверкают яростью, сидя на заднем сидении, то и дело ловлю его взгляд в зеркале заднего вида. Не стоит злить водителя за рулем. Лучше оставить разборки до момента, когда остановимся. Так ли важно куда он меня везет? Прислушиваюсь к себе и понимаю, что мне наплевать. Все равно, глубоко внутри я рада, что Ник нашелся. Что он рядом. Хоть и ненавижу себя за это.
Мы едем минут тридцать, потом машина въезжает во двор высотного здания, и Дворецкий паркует машину.
- Что это за место?
- Я тут живу.
- Зачем ты привез меня к себе домой?
- Нам надо поговорить… Ты меня в гости не приглашала, поэтому придется у меня… Пошли.
Он берет меня снова за руку, и это безумно приятно, ощущение, словно мне опять восемнадцать… и это первое свидание. И нет груза прожитых лет, сделанных ошибок. В животе трепещут бабочки. Как же хочется отбросить прошлое и просто отдаться чувствам.
Заходим в лифт, и от тесноты пространства, близости сильного мужского тела, кружится голова. Ник не делает попытки коснуться меня, но все равно у меня ощущение, что я окутана им, его теплом, силой, его запахом, который вдыхаю жадно. Ник долго и пристально смотрит на меня, а я гадаю, что же дальше. Чем закончится этот вечер? Если мне даже лифт пережить трудно, что будет, когда в его квартире окажусь? В его полной власти…
В узком пространстве виснет напряженное молчание… и желание… Мысли о сексе, чертовы проклятые мысли, которые никак не желают выходить из головы…
Аромат мужского парфюма дразнит, тревожит, сводит с ума. Нечто острое, древесно-первобытное, мужское, с тонкой имбирно-сладковатой ноткой… Надо отдать должное, туалетную воду Дворецкий выбрал идеально. Смесь терзает, мучает неуловимыми нотами чего-то грубого, но в то же время чувственного, мужского, неуловимого.
Мои руки дрожат, неужели чертов лифт может ехать так долго?
- Какой у тебя этаж? Последний?!
- Тринадцатый, - хрипловато отвечает Ник, и усмехается. Вздох и едва заметная улыбка краешком рта… я с ума схожу от этой его «фишки», хочется наброситься на него, укусить за эти губы, а потом зализать нанесенную рану. Но меня все еще сковывает обида. И я держу чувства при себе из страха что он ими воспользуется. Я уверена, что он использует любую мелочь в своей игре против меня.
Так что, когда двери открываются, выскакиваю наружу. Только бы не коснулся меня, только не физический контакт. Я как готовая взорваться граната. Не знаешь в какую секунду рванет. И в какую сторону.
Ник отпирает дверь, и выжидательно на меня смотрит. С гордо выпрямленной спиной вхожу в квартиру. Но даже по сторонам себе смотреть не позволяю. Мы объяснимся, и я уйду.
Можно ли быть глупее, надеясь на такое?
Как только дверь захлопывается, Ник берет меня за плечи и встряхивает как куклу.
- Почему ты танцевала с ним? - яростно рычит мне в лицо. - Почему не дала мне шанса объясниться? Почему сразу побежала к этому долбаному мажору? Надумала дерьма, да?
- Все и так очевидно! Ты с бабой пришел и еще мне указывать смеешь?
Моментально впадаю в бешенство. Он меня еще и отчитывать будет? Чертов сукин сын! Может решил, что раз я к нему влечение почувствовала, то теперь буду как собачка послушная?
- Ни хера, блядь, не очевидно! Я не мог… не смог отказать важным людям, которые вытащили меня из универа, когда внизу тебя ждал как дебильный Ромео. А потом навязали эту куклу. Приказали, считай. Нет выбора. Понимаешь? - Ник грубо хватает меня за подбородок, вынудив запрокинуть голову и посмотреть ему в лицо.
- Тогда вернись к ней, послушный мальчик-марионетка!
- Мать твою, ты думаешь только о себе, как и всегда, да? Тебе так даже больше нравится, есть повод изводить, играть на нервах! Черт… что же ты делаешь со мной, а?
Я хочу ударить его и не могу… нет сил поднять руку, чтобы хлестнуть по щеке. Ник сейчас выглядит потерянным и смертельно усталым. И у меня закрадывается мысль - что если он не лжет мне?
- Я не хочу мучить тебя, - произношу тихо.
- Я от тебя что угодно готов принять… Даже всякие мазохистские штучки, - хрипло произносит Дворецкий.
