уходил.
Деми никак не могла понять, почему.
— Иди к чёрту, Мортем, — устало выдохнула она, когда мужчина закончил лекцию про тимьян.
— Нет, — не взглянув на девушку, отозвался он. — Я усвоил урок. Теперь я всегда буду рядом.
Она просто не знала, что перед тем, как прийти к ней сегодня, Мортем целое утро обдумывал всё, что произошло. И он понял: поведение Деми — это результат его к ней отношения. Он уходил и отворачивался, замолкал, игнорировал её, и девушка потеряла ту малую долю доверия, которую имела. И неудивительно, что она сбежала. Ей нужны были внимание и помощь, а вместо этого Бернард только лелеял и оберегал свою тайну, боясь реакции Уайт. И сегодня он решил, что он больше не уйдёт и не закроется от неё. Он будет рядом столько, сколько нужно. Он будет злиться, будет, наверное, кричать на неё — Берн понимал это. Но он решил и пообещал себе, что больше не уйдёт.
После обеда Деми удалось немного отдохнуть перед приходом Генри. Старший Мортем был явно недоволен тем, что ему выпал жребий рассказывать девушке о заклинаниях, их истории, языках и модификациях. Он долго и нудно говорил обо всём этом, настаивая, чтобы Уайт вела за ним записи, как на университетских занятиях. Но в конце концов, он перешёл к практике.
— Ты уже знаешь, что мы можем словом призвать стихии. Например?.. — Генри выжидающе посмотрел на девушку.
Выставив ладонь перед собой, Деметрия устало произнесла «Ignis!», и в руке замерцало слабое пламя, которое она тут же потушила, сжав кулак.
— Или?..
— Agua! — со скучающим видом сказала Деми, и между пальцев её руки заструилась вода. Стоило ей подуть на руку, как всё прекратилось.
— Верно, — кивнул Мортем. — Помимо этого, силой мысли и слова мы можем призвать некоторые предметы, которые способны помочь нам в той или иной ситуации. Очень важно в этот момент чётко и ясно представить себе предмет, который тебе нужен. Например, Sotrio! — в руке Генри материализовался кинжал.
Следующие события произошли очень быстро.
В проёме двери в спальню Деми показался Бернард, и его дядя, резко развернувшись, бросил клинок в него.
Уайт помнила только, что она громко закричала, а в её голове пульсировало «Нетнетнетнет…» И кинжал растворился в воздухе, остановившись в дюйме от лица Берна…
Деми со всех ног кинулась к молодому человеку, в панике схватилась за его лицо, чтобы убедиться, что он не пострадал.
— С ума сошёл?! — крикнул Бернард, пока девушка ощупывала его лицо.
Генри пожал плечами, а потом задумчиво произнёс:
— Нужно было проверить теорию…
— Что это было, чёрт возьми?! — закричала Деметрия, обернувшись на пожилого мужчину, когда убедилась, что с Берном всё в порядке.
— Это ты мне скажи. Где мой нож? — нахмурился Генри. Он заозирался по сторонам, надеясь, что он материализовался после исчезновения где-то в этой же комнате.
— Ты смеёшься надо мной? — Деми скрестила руки на груди и выжидающе смотрела на своего учителя заклинаний. Генри же продолжал внимательно осматривать спальню.
— Серьёзно, Генри… — угрожающе проговорил Бернард. — Лучше ответь.
— Нужно было проверить теорию, что Absoluta способна «делиться» своими силами, — безразлично ответил старший Мортем. — Мы знаем только на примере Фауста и Грехтен, что это возможно. Я хотел убедиться.
— То есть, ты был в этом не уверен? — вспылил Берн. — Ты бы не убил меня этой зубочисткой, конечно, но мне было бы очень неприятно, Генри!
— О… В этом я был абсолютно уверен, — с лёгкой улыбкой покивал мистер Мортем. — Мне осталось только понять, с чем это связано. Она может распространить свою защиту на всех? Или должно быть какое-то условие?
Бернард и Деметрия озадаченно переглянулись.
Глава XX. Рождество одной семьи
Утром, накануне Рождества, никто не разбудил Деметрию. Она проснулась сама немногим позже положенного времени, и была очень удивлена тому, что около её постели с раздувающимися от злости ноздрями не стоит Иза.
Сев на кровати, Деми услышала, что внизу что-то происходит. Что-то двигалось, слышались шаги, весёлые голоса и даже смех. Девушка нахмурилась. Страшно признать, что от этого звука она совсем отвыкла за последние дни…
Умывшись, она отправилась искать Лейденшафт. Деми даже репетировала извинения, чтобы задобрить свою подругу, но, спустившись, она обнаружила, что её тренер весело и с шутками украшает ель… В камине горел огонь, Джейсон разбирался с гирляндой, а Эгиль передавал Изе рождественские игрушки, которым она находила самое подходящее место на дереве.
На кофейном столике стояли три кружки с горячим шоколадом, и аромат в гостиной стоял просто сказочный. Генри держал свою кружку шоколада в руке, сидя в кресле-качалке у окна и наслаждаясь чтением газеты. Глядя на всю эту картину, Деметрия невольно улыбнулась.
Из ниоткуда рядом с ней появился Мортем и передал ей кружку с горячим напитком, явно снятым с плиты только что. Уайт кивком поблагодарила его и приблизилась к ёлке, восхищаясь её красотой.
Честно признаться, у неё совсем вылетели из головы все даты, поэтому Рождество для Уайт было в этом году событием удивительным и нежданным.
Девушка заворожённо смотрела на украшенную ель, и в её глазах ярко отражались блики от позолоченных и посеребрённых игрушек, отчего и без того красивые синие глаза стали сверкать и будто искриться.
Когда Изольда слезла со стремянки, водрузив, наконец, наверх дерева звезду, Джейсон передал ей горячий шоколад со стола, а она сама обернулась к Деми. На лице её играла радостная улыбка.
— Мы вчера долго обсуждали этот вопрос, но всё же пришли к решению, что тебе нужно выйти сегодня, — воодушевлённо сказала женщина. Уайт недоверчиво посмотрела на неё, ожидая слов «Шутка! Никуда ты не пойдёшь!», но Из продолжала добродушно улыбаться. — Рождество! И тебе нужно быть нарядной.
— Моё наказание кончилось? — вскинув брови, спросила Деми и сделала глоток горячего шоколада.
— Нет, — помотал головой Бернард. — Ты уйдёшь не больше, чем на час. Только в магазин. А чтобы ты не сомневалась, что это наказание, с тобой пойдёт не Изольда, а Эгиль и Джейсон.
Парни без энтузиазма покивали.
— А что, если?.. — Уайт очень хотела задать этот вопрос, но она заметила, что в последние дни никто ни разу не произнёс имя Кана; поэтому она не знала, как закончить предложение, чтобы никто не вздрогнул от ужаса. Но, к счастью, в этой комнате все прекрасно поняли, что её интересует.
— Мы сомневаемся, что он решит испортить тебе праздник, — проговорил Генри, отрывая взгляд от газеты.
— А если и решит, то мы с Эгилем в полной безопасности с тобой, — улыбнулся Джейсон, приобняв Деми
