– Я отдала свой долг, – прошептала Норва, хрипя и захлебываясь выступившей на губах кровавой пеной, и затихла, теперь уже навсегда.
Тори всхлипнула, и ее увел Озрэн. Бессознательную Зиду унес Родэр, а я сидела в луже крови посреди холла и монотонно раскачивалась. Кажется, в моей душе что-то сломалось и я никогда уже не буду прежней. Сегодня я впервые убила, и кто-то впервые отдал свою жизнь за меня.
Подошел Крафт, попытался взять меня на руки, но я отшатнулась. Чувствовала себя грязной и недостойной даже жалости.
– Не прикасайся ко мне, – прошептала, еле шевеля губами, и потеряла сознание.
Я то приходила в себя, то вновь проваливалась в спасительное забытье. Очередное пробуждение дало ощущение приятного тепла. Я лежала в наполненной водой ванне, а Энрод бережно смывал с меня кровь и шептал нежные успокаивающие слова. Потом обернул меня в полотенце и отнес на кровать.
– Поспи, – прошептал, целуя в лоб, – я скоро вернусь, – и ушел в ванную.
Но я больше не хотела терять связь с реальностью, какой бы страшной она ни была. Энрод вернулся быстро. Он вышел из ванной в одном полотенце на бедрах и направился к шкафу. Но заметил, что я смотрю на него, и подошел к кровати. Присел рядом, взял за руку и участливо спросил:
– Тебе лучше?
– Наверное, – ответила неуверенно. – Побудь со мной.
Крафт неуверенно посмотрел на дверь, но все же лег рядом, обнял и начал успокаивающе поглаживать по спине. Я доверчиво прижалась к еще влажной, обнаженной груди мужчины и глубоко вдохнула, наслаждаясь исходящим от Энрода запахом свежести. А потом подняла голову, посмотрела во встревоженные глаза любимого и потянулась к его губам. Крафт сначала замер, но потом резко перевернулся, теперь уже он нависал надо мной.
– Ты осознаешь, чем это закончится? Ты прошла вторую ступень к ведению, Арика. И теперь мне нет нужды сдерживаться. Да и не смогу я уже повторить свой утренний подвиг, – проговорил он хрипло, блуждая взглядом по моему лицу и задерживая его на губах.
– Да, – прошептала, закрывая глаза.
И Энрод с рычанием впился в мои губы страстным, заставляющим забыть про все проблемы поцелуем. Его губы и язык завоевывали мое тело, ведь душу я и так уже отдала. Два мокрых полотенца отлетели в сторону. Но, не достигнув двери, ударились о невидимую преграду и упали на пол. Энрод покрывал нежными, трепетными поцелуями все мое тело. Лицо, шея, грудь, живот и бедра горели от чувственных прикосновений губ любимого. А я парила на волнах счастья и предвкушения полного единения с тем, ради кого собиралась бороться за свою… за нашу жизнь до конца.
Было немного больно, но что такое боль по сравнению с чувством, что ты наконец-то нашла того, кого искала всю свою жизнь. «Я люблю тебя!» – шептал Энрод, глядя мне в глаза и продолжая безостановочно ласкать. А я не могла даже ответить ему, задыхаясь от новых сказочных ощущений. Это не было физической близостью, это был ураган, толкнувший нас навстречу друг другу, закруживший и смешавший, объединивший в одно совершенное создание, имя которому – любовь. Я закричала, не в силах сдержать переполняющее меня счастье, и Энрод накрыл мои губы поцелуем, выпивая это счастье вместе со мной, растворяясь в нем и не желая возвращаться. А потом наступило легкое ласковое забытье.
Проснулась глубокой ночью. Энрода не оказалось рядом, но я была уверена, что он скоро вернется. Встала и медленно пошла в ванную. Все тело болело, голова слегка кружилась. Но я все равно не могла сдержать счастливой улыбки. Теперь все будет хорошо, теперь мы обязательно достигнем цели, закроем разлом и восстановим равновесие. Возможно, эгоистично счастливо улыбаться, когда кто-то пожертвовал своей жизнью ради тебя, но я теперь просто обязана была жить и чувствовать себя счастливой, иначе жертва Норвы оказалась бы напрасной.
Часть четвертая
На круги своя
В результате допросов было выявлено три шпиона-оппозиционера. Энрод объяснил, что помимо официальной власти – сената – существует еще и оппозиция, которая, кстати, за возрождение ведающих. Но их это интересует исключительно в своих, корыстных целях.
– Так и не поняли, идиоты, что ведающие никогда ни перед кем не преклонятся и управлять собой не позволят, – произнес Крафт, сидя в кресле у открытого окна и крепко обнимая примостившуюся у него на коленях меня.
Теперь мы все свободное от занятий время проводили вместе и разговаривали. Мы говорили и говорили, рассказывали друг другу даже самые пустяковые мелочи из своей жизни, но наговориться не могли.
А иногда мы просто молчали вместе, держась за руки или крепко обнимая друг друга, вот как сейчас.
Помолчав еще немного, уткнулась лицом в шею любимого, вдыхая ставший уже родным запах его кожи.
– Мне тебя не хватает, – прошептала, слегка касаясь губами мгновенно ускорившей пульсацию вены на шее.
– Я же здесь, рядом, – прошептал, зарываясь рукой в мои волосы.
Я подняла голову и честно призналась в том, что тревожило меня весь месяц с того момента, как мы стали близки:
– Ты рядом, но мысли твои постоянно где-то далеко. Все же хорошо. Все уже прошли вторую ступень инициации, а мы с Дьярэком даже третью. На два года раньше! Так что же тебя тревожит?
Энрод прикрыл глаза, помолчал немного, будто собираясь с мыслями, и все же признался:
– Нам не стоило отпускать твою сестру. Вопреки ожиданиям Хэдар не оставил ее в покое, она опять с ними и… тоже проходит инициацию.
– Но как? – Я вскочила и начала нервно расхаживать по комнате. – Ал же перенес ее прямо к дому, и магическое письмо от отца пришло почти сразу. Кира стала замкнутой, но она дома. С чего ты взял, что она снова с перерожденными?
– Проводник сказал, – глухо ответил Крафт.
– Когда? – выдохнула, остановившись и подозрительно глядя на мужчину.
– Три недели назад. Она тоже прошла три ступени. Еще две, и против нас будет вошедшая в право ведающая, – ответил он, глядя в сторону.
– Почему ты сразу не сказал?!
Я сверлила возмущенным взглядом Энрода, а он молчал.
– Не молчи, пожалуйста, – попросила уже спокойнее.
– А что ты хочешь услышать, Арика? – Он вскинул голову, пристально глядя мне в глаза. – Что я хотел наслаждаться счастливым блеском в твоих глазах как можно дольше? Или что эгоистично собирался скрыть от тебя тот факт, что в решающий момент тебе придется выбирать между сестрой и всеми нами?
Я села на пол рядом с креслом, обняла свои колени и тихо призналась:
– Не понимаю. Ведь мы освободили Киру от воздействия абсолютной любви. Почему она опять вернулась к ним? – взглянула на Энрода. – И как ворон вообще выжил? Ведь я убила их всех во время нападения.
– Его не так просто убить, милая. – Крафт встал с кресла, присел на корточки рядом со мной. – Кироль слишком быстро набирает силу, и нам тоже придется ускориться. – Энрод провел пальцами по щеке, убрал локон за ухо. – Я не хочу рисковать тобой, любимая, но другого выхода не вижу.
– Вино? – спросила задумчиво.
– Да, – ответил почти шепотом, помогая встать и увлекая к кровати.
Пройдя три ступени из пяти на пути к ведению, я получила много преимуществ. Одним из них была возможность увеличивать с помощью магии свою физическую силу и скорость в десятки раз. В результате на кровать упал Энрод, а я повалилась сверху, придавив его руки по бокам и не давая возможности пошевелиться.
– Ты что задумала? – спросил он, подозрительно прищурившись.
– Скоро узнаешь, – ответила, коварно улыбаясь. – Теперь моя очередь преподавать тебе правила поведения в отношениях со мной. Первое и самое главное: никогда ничего от меня не скрывай.
И накрыла его губы поцелуем, не давая возможности возмутиться и в то же время не давая себе возможности задуматься о том, что ждет меня в будущем. Сейчас я здесь, со своим любимым, в его доме, в окружении наших друзей. И это главное, а сестра… об этом я не буду думать, только не сегодня.
Утро, как и всегда, началось со свиста.
– Я ему точно когда-нибудь зубы повыбиваю, – сонно пробурчал Энрод, притягивая меня поближе и крепко обнимая.
– Отпусти, мне пора, – начала отмахиваться от старающегося ухватить меня покрепче мужчины.
– Не ходи, у тебя и так с физподготовкой все отлично. Я скажу Роди, что ты мне ночью зачет сдала, – засмеялся нахал.
– Хам! – вырвавшись, побежала в ванную.
И вот как у Крафта так получается? Когда я уходила, он, позевывая, устраивался поудобнее, а вернувшись через пару минут после быстрого душа, обнаружила пустую кровать и приоткрытый шкаф.
Быстро оделась, выбежала из пустой спальни и отправилась на ставшую уже привычной тренировку. Эрингор больше не истязал нас упражнениями и позволял самим выбирать утреннюю программу занятий. Он вообще в последнее время был задумчив и постоянно улыбался. А однажды вечером, когда дом уже погружался в сон, проходя мимо окна, я заметила, как он куда-то уходит. На мой вопрос Энрод только улыбнулся и туманно намекнул на сдвинувшуюся с мертвой точки личную жизнь Родэра.
