— От моего гнева?
Он закрыл глаза. Когда открыл, увидел, что Коул возбужденно машет им с Хоро рукой. Но тут же, почувствовав настроение, мальчик отвернулся, словно увидел только что нечто, чего не должен был видеть.
— Подобные вещи всегда сопряжены с большим риском — ведь Церковь ставит на кон свою репутацию. Поэтому…
Лоуренс повернулся к Хоро. Коул подглядывал, но им обоим было все равно.
— …речь не просто о вопросах веры. Речь о престиже Церкви. Значение этих костей огромно. Если мы туда влезем, можем обжечься куда сильнее, чем от твоего гнева.
Хоро улыбнулась, потом свободной рукой помахала Коулу. Тот вновь поспешно отвернулся. Хоро медленно опустила руку.
— Честно говоря, мы обсуждаем всего лишь кости. Нет нужды рисковать из-за подобных пустяков.
Ее было видно насквозь. Лоуренс тоже поднял свободную руку, но не помахать, а тюкнуть Хоро по лбу.
— И все же я предпочел бы написать более толстую книгу.
— …Правда?
Лоуренс вполне мог бы считать, что жизнь удалась, если бы прожил достаточно, чтобы умереть от старости… но пройти через настоящее большое приключение было бы куда лучше. Теперь он понимал, почему люди каждый год собираются, чтобы повеселиться на празднике урожая.
— И она должна быть с хорошим концом, согласна?
— Даже если ты окажешься в опасности.
Лоуренс покачал головой. Он уже не был юнцом. У него была жизнь, которую он хотел прожить.
— Конечно, мы должны по возможности избегать опасности.
Гордая улыбка расплылась по лицу Хоро.
— Я Мудрая волчица из Йойтсу.
Лоуренс знал, что это решение просто глупое. Если кости действительно разыскивали и если в этом была замешана Церковь, что мог сделать простой бродячий торговец, чтобы их остановить?
И все же он чувствовал, что просто продолжать спокойное и безопасное путешествие с Хоро будет неправильно. Для хорошего рагу нужны большие куски мяса и много пряностей.
Хоро продолжала улыбаться. Подойдя к Коулу, она постучала ему по голове за то, что подслушивал, затем подтолкнула его в сторону Рагусы. Лоуренс неспешно пошел следом.
Луна смотрела с неба. Холодный воздух дрожал от хохота лодочников. Красивая ночь их совместного путешествия.
Лоуренс сделал глубокий вдох. Разнюхивать насчет костей ему было неинтересно, но скажи он Хоро об этом, она бы лишь разозлилась. Просто ему и без того было о чем волноваться.
— …
Наконец-то Лоуренс нашел повод и дальше идти вперед бок о бок с Хоро. Он не удержался от соблазна молча возблагодарить луну.
Заключительная глава
Рассвело; на лицо Лоуренса легли солнечные лучи. Все уже проснулись… по крайней мере так он думал. Но открыв глаза, обнаружил, что на него легла еще и Хоро.
По привычке она спала, накрывшись одеялом, лишь время от времени высовывая наружу голову, чтобы глотнуть свежего воздуха. Скорее всего, она залезла под одеяло совсем недавно: Лоуренс обнаружил, что ее лицо немного потное. Выглядело оно точь-в-точь как тесто, готовое к отправке в печь. Того гляди поднимется.
Но теперь в лице этом не было ни намека на тревогу. Может, конечно, у Лоуренса слишком разыгралось воображение; но лицо Хоро было более чем просто спокойным. Оно дышало уверенностью, словно говорило: «Я точно знаю, мне будут сниться только добрые сны». Даже обожженные кончики волос походили на медали, врученные герою-рыцарю, выбравшемуся из горящей крепости. Нет, ну это, пожалуй, уже слишком…
Лоуренс улыбнулся и зевнул. Холодная, сухая кожа лица словно надломилось — она ощущалась как тоненькая ледышка. Боль прогнала остатки сна.
Погода была солнечная. Хоро наморщила лицо, хотя глаза оставались закрыты, и убрала голову обратно под одеяло.
После успешного спасения большой лодки Лоуренс думал, что лодочники будут праздновать всю ночь. Но, похоже, они отлично знали свои обязанности. Они понимали всю опасность плавания на лодке после целой ночи пьянства и потому выпили совсем немного, после чего улеглись спать.
Они легли даже раньше, чем просохла их одежда. К счастью, многие лодки везли кожи и шкуры, так что речники вполне могли спать и без одежды. Однако компания голых мужчин, спящих в груде кож и шкур, была просто невероятным зрелищем. Хоро непременно сказала бы «у меня нет слов», и Лоуренс не смог бы не согласиться.
Похоже, спали вообще все — Лоуренс был единственным, кто проснулся. Не из-за холода, не из-за того, что ему удалось поспать в лодке накануне. Просто чутье. Как сказал бы он сам совсем недавно: «Следует ценить каждую секунду времени, ибо это дает шанс получить прибыль». Ему не хватало этого ощущения в последнее время.
И именно так он чувствовал себя сейчас. С рассветом приходят новые возможности для торговли, и если он будет работать усердно, то даже сможет извлечь прибыль. Одна серебряная монета, потом две, потом три… всегда приумножать, никогда не терять… это пьянило.
Сейчас он вновь испытывал это ощущение.
По мере того как путешествие близилось к концу, Лоуренс перестал стремиться вперед. Перестанет ли он ждать рассвета совсем? Он знал, что каждая встреча заканчивается прощанием, но постепенно стал ненавидеть эту мысль. Даже Хоро, Мудрая волчица из Йойтсу, не могла разорвать эту неизбежность.
Но сейчас Лоуренс, обычный человек, нашел способ стряхнуть это угнетающее чувство. Давненько он не пробуждался так рано, и он знал почему. Он нашел повод продолжать идти вперед.
В Ренозе он решил, что в конце путешествия будет улыбаться; и они с Хоро выяснили, где лежит их место назначения. А вчера он выбрал, каким путем они туда попадут.
«Давай попутешествуем спокойно, а потом расстанемся, когда доберемся до Йойтсу. Что скажешь?»
Так его спросила Хоро; но жадный торговец и зловредная волчица просто не могли «попутешествовать спокойно».
Лоуренс витал в облаках, точно ребенок. Он не знал, что его ждет впереди. Если то, что они услышали, было правдой, то Хоро придется тяжко. А это вполне могло быть правдой. Но Лоуренс не считал, что сделал безрассудный выбор, потому что…
Размышления Лоуренса прервало донесшееся из-под одеяла чихание. На постоялых дворах, если люди хотели обсудить что-то втайне, им приходилось ждать, пока все остальные заснут. Сейчас чихание, покашливание и глотающие звуки из-под одеяла давали ясно понять, что Хоро проснулась.
Приподняв край одеяла, Лоуренс увидел, как она трет рукой нос. Почувствовав движение материи, Хоро подняла голову, чтобы оглядеться. Но ее глаза смотрели мягче обычного.
