Лоуренс откашлялся, пытаясь сбросить замешательство. Хоро откровенно смеялась над ним, так что он решил, что снят с крючка и что она прекратила свою атаку.
— Но если он будет на моем попечении, ты не сможешь принять волчье обличье…
Хоро тяжко вздохнула.
— Вы, самцы, всегда думаете, что вы одни такие особенные.
— …
— Подумай сам. Откуда он родом? Хотя, конечно, остается вопрос, испугается ли он меня.
Лоуренсу не хватило смелости ответить, когда он углядел угрюминку в ее глазах. Едва ли Коул опрометью кинется к Церкви с воплями «одержимая демоном!», но, с учетом его происхождения, вполне может благоговейно рухнуть на колени. Это бы ранило Хоро очень больно, так что Лоуренс, поколебавшись чуть-чуть, произнес:
— Давай сперва выслушаем, что он скажет.
Хоро кивнула.
Наконец Лоуренс услышал топот ног и тяжелое дыхание Коула. Тот несся так, как будто спасал свою жизнь.
Добежав на расстояние, где уже можно было говорить, мальчик остановился. Он трясся, все лицо было в грязи, но ближе он не подходил.
Лоуренс молчал. Если Коул собирался о чем-то молить, сперва он должен был постучать в дверь.
— Это…
Первое испытание он прошел. Он дышал так тяжело, что и этот звук еле сумел выдавить.
— Мы что-то забыли?
Лоуренс нарочно разыграл неведение. Коул закусил губу, предчувствуя, похоже, отказ Лоуренса. Дети обычно рассчитывают, что старшие будут им помогать; но мальчик прошел второе испытание. Он покачал головой.
— У меня к вам просьба.
Голова Хоро под капюшоном шевельнулась — возможно, волчица хотела спрятать лицо получше. Если Коул и впрямь нравился ей настолько, что она более чем просто желала сделать его учеником Лоуренса, то ей трудновато было сохранять спокойствие, глядя, как Лоуренс его испытывает. Но Коул прошел и третье испытание. Он знал, как мало шансов, что его примут, и все же попросил. Он показал, что смел.
— И что? У меня нет денег, чтобы угождать просьбам.
Лоуренс продолжал свое лицедейство, но Коул неотрывно смотрел на него. Лоуренсу безумно хотелось сказать просто: «Ладно, идем с нами». Будь это простая торговая поездка, он бы уже это сказал.
— Нет, нет… это… я…
— Ты… что?
Лоуренс продолжал давить. Коул уставился в землю и сжал кулаки, потом вновь поднял глаза.
— Господин Лоуренс, вы ведь собираетесь отправиться в Люпи, чтобы проверить легенду о боге-волке, правда? Пожалуйста, возьмите меня с собой… пожалуйста!
Продолжая молить, он шагнул вперед. Он был очень убедителен и настолько целеустремлен, что Лоуренсу стало еще труднее не предложить ему стать своим учеником. Лоуренс действительно хотел, чтобы мальчик достиг цели, которую изначально перед собой поставил. И это была самая важная причина, почему он сомневался, что мальчика стоит брать с собой… в конце концов, они собирались проверять очень опасный слух.
— Это может не принести никаких денег.
Лоуренс выбирал слова очень тщательно.
— И это может быть опасно. Не говоря уже о том, что это всего лишь слух — вполне возможно, он просто выдуман.
— Ну и ладно… я не против. И я знаю, что будет опасно. Но я, скорее всего, уже умер бы, если бы вы не спасли меня на реке.
Коул сглотнул. После быстрого бега в такой холодный, сухой день ему, должно быть, очень хочется пить. Лоуренс заподозрил, что именно поэтому он опустил на землю свою рваную котомку. Но тут же он осознал, как сильно ошибался.
— Я верну вам деньги. И еще…
То, что Коул вытащил из котомки, повергло Лоуренса в ступор. Мальчик крепко сжимал это в ладони.
— Т-ты…
Лоуренс не мог найти слов. По лицу Коула казалось, что он разрывался между желаниями заплакать от сожаления и от радости.
— Я не могу вернуться к господину Рагусе.
В руке у мальчика была красная монета. Какая именно — ясно было с одного взгляда. Новенькая монета эни.
Мальчик сжег за собой мосты. И теперь неотрывно глядел на Лоуренса.
— …
Лоуренс выпустил руку Хоро и поскреб в затылке. Он просто не мог отказать Коулу, если тот был настолько решительно настроен. Просто не мог сказать «нет».
Коул добрался до здешних земель после того, как был исключен из школы на юге; а туда он отправился, потому что у него была важная цель. И потому Лоуренс знал, что Коул искренен. Он кинул взгляд на Хоро; та уже смотрела на него, всем видом говоря: «Ну что, закончил его испытывать?»
— Ладно, ладно…
У Лоуренса было ощущение, что он сам вырыл себе могилу. На лице Коула отразилось явственное облегчение. Он поднял руку к груди и чуть выпрямился, как будто только что прошел по канату.
— Однако…
Мальчик вздрогнул.
— Если ты хочешь путешествовать со мной, есть кое-что, что ты должен знать.
Эти слова Лоуренс произнес решительным тоном. Он действительно надеялся, что Коул отправится с ними. В конце концов, мальчик так старательно следил за лодками, чтобы поймать свой шанс украсть эту монету.
— О? Э… эээ?
Взгляд Хоро метнулся вбок. Затем она легким движением руки развязала свой пояс. Сейчас она выглядела такой счастливой. У Лоуренса не было оснований подозревать Коула. Хоро ведь знала, как думают люди, так что, скорее всего, реакцию Коула она уже угадала.
Мальчик не мог понять, зачем она раздевается. Он застыл на месте. Лоуренс подошел к нему и похлопал по плечу, показывая, чтобы он отвернулся. Шорох одежды продолжался; на лице Коула было написано полное смятение, его взгляд прилип к лицу Лоуренса.
«Невинный малец», — подумал Лоуренс. Впрочем, он знал, что сам он столь же невинен в глазах Хоро, так что его чувства даже ему самому было трудно понять.
— Апчхи! — чихнула Хоро. Она выиграла свою ставку.
Реакцию Коула можно было описать лишь как «громко вопил». Да, это было невероятно громко; но в то же время это совсем не походило на панический крик маленького мальчика. Когда Хоро лизнула ему лицо своим громадным языком, Коул шлепнулся наземь. Лишь тогда Лоуренс подобрал слова, которыми можно было бы описать его реакцию. Так ведет себя человек, внезапно повстречавший героя своих мечтаний… да, в точку.
— А ты, похоже, недоволен.
Лоуренс, когда впервые увидел волчье обличье Хоро, был потрясен, он попятился назад от ужаса. Он не имел права говорить что-либо, сколько бы раз она ни тыкалась носом ему в голову.
Успокоившись, Коул обратился к Хоро с просьбой; и та согласилась.
— Щекотно! Ты все еще не наигрался?
Она взмахнула хвостом, и Коул оказался перед ней. Как ни удивительно, но первые его слова, после того как он успокоился, были: «Позвольте мне потрогать ваш хвост!» Хоро тут же принялась играть с ним, отдергивая хвост всякий раз, как мальчик пытался за него ухватиться; она явно была в восторге.
