— Долго ты! — вместо приветствия кисло пожурил Геральт. – Мог бы еще вчера.
— Ты тоже мог, — парировал брюнет, стрельнув по мне глазами.
Поперхнулась и поздоровалась. Мне ответили приветливой улыбкой и просьбой оставить «вон тот рогалик, а то позавтракать не успел». Геральт отреагировал на слова друга странно: начал объясняться на языке жестов.
— Это он вас бережет, — с двусмысленной улыбкой пояснил Филипп, — но друг ошибся в выводах. Я столько времени угробил, чтобы сделать портал стабильным. Там кто-то очень хорошо постарался, Геральт, — нахмурился брюнет. – Ток искривлен, потоки перераспределены, стационарные порталы шалят, уже многие замечали. Взрыв повредил всю систему.
— Раз хотели убить, значит, высоко взлетел, — с гордостью заметил Геральт, помешивая сахар. – Даже сам Соланж явился. Дария, это точно не звуковой образ?
Оба темных уставились на меня, а я – на скатерть.
Задумалась, вспоминая, что именно слышала и видела. Визитка, голос, стук в дверь. Не поручусь, может, и иллюзия. Магии в Веосе хватает, чего только стоят разговоры через расстояние! В Мире Воды ас общались с помощью медальонов связи, но они не позволяли видеть собеседник или что-то ему показать.
— Ясно, без Видящей не разобрать, — резюмировал мое красноречивое молчание Филипп. – Соланж умеет быть везде и нигде.
Не выдержав, спросила, чем так страшен некромант, раз о нем говорят с придыханием. Не спорю, профессия мерзкая, но, насколько я поняла, здешние повелители мертвецов нежить не поднимали, власть захватить не стремились. Да и тот же Геральт сам говорил, он маг первого порядка, чего такому бояться?
Навсеи переглянулись, затем зачем-то ощупали зеленоватыми нитями магии обеденный зал, а потом дружно уставились на меня, как на неразумного ребенка.
— Это же Соланж Альдейн! – с пиететом произнес Филипп, забавно закатив глаза, и, понизив голос, добавил: — Если он проявляет интерес, лучше совершите самоубийство.
Даже так? Мне резко расхотелось допивать кофе и жутко требовалось знать подробности о страшном госте. Впрочем, кажется, Геральт не разделял паники друга, во всяком случае, отреагировал на его слова снисходительной усмешкой.
— Филипп с ним общался в детстве, поэтому предвзят. Дети более впечатлительны, Соланж же крайне неприятный… — навсей на минутку замялся, — человек. Он глаза и уши его величества во всех мирах, живых и мертвых, хранитель равновесия силы и Судья. В Мире воды, пожалуй, Соланжа назвали бы палачом. Титул у него очень длинный, но коротко все зовут Хозяином смерти. Сколько ему лет, не скажу, некроманты скрывают подобное. Как и истинную внешность. Соланж, впрочем, своей не стесняется, к морокам не прибегает.
— Девушкам нравится, поэтому и не прячет, — подмигнул Филипп. – Он симпатичный, в общем-то, но темный из лангских сказок, даже кровь пьет.
Меня передернуло. Завтрак резко запросился обратно.
Геральт раздраженно шикнул на друга, погладил меня по лопаткам и заверил, брюнет лжет, вовсе Соланж не страшен. Граф Местрийский – не пустое место, и на его стороне законы.
— Соланж – обычный некромант, пусть и владеющий гибридной магией. Плохо, что пронюхал о тебе, но мы с Элизой постараемся замаскировать ауру.
— Да лиши ты ее девственности, пусть некроманты локти кусают! – перебил Филипп. – Сосуд лопнет, птичка вылетит.
Так вот почему!
Метнула быстрый взгляд на Геральта: он сидел, темнее тучи. Филипп тоже сник, сообразив, что сболтнул лишнего. Напрасно они надеялись, будто забуду, стушуюсь от смущения. Потребовала Геральта объяснить.
— Филипп – дурак, вот и все, — раздраженно отмахнулся тот. – О сосуде поговорим не здесь. У Соланжа действительно слишком много глаз и ушей.
Огляделась, пытаясь вычислить информаторов. Может, хозяин? Или подавальщица, старичок в углу? Гадать можно бесконечно, все равно не узнаю.
Оставалось только понять, какую ценность представляла для некромантов. Они явно охотились не за даром целителя. Но, судя по недомолвкам, убивать меня тоже не собирались, во всяком случае, сразу. Или речь все же о ритуальном жертвоприношении? Как иначе можно быть сосудом? Девственница, светлая – само напрашивается.
Геральт допил кофе, я же больше не притронулась к завтраку. Мысли занимали недомолвки темных, странное благоговение перед светлыми девушками. Тот же Геральт изначально собирался просто развлечься. Да, видимо, я вызывала некоторую симпатию, поэтому навсей уготовил участь наложницы, а не продажной девки. Уверена, давно бы пользовал в свое удовольствие, если бы не история с ядом. Геральта будто подменили, место темного убийцы занял обаятельный мужчина. И тут вдруг снова странная реакция на слова Филиппа о девственности. Словом, я решительно ничего не понимала. Возможно, это всего лишь особенности культуры, тогда графиня все объяснит, а, возможно, меня втемную используют.
— Вещи уже на месте, — нарочито бравурно отрапортовал Филипп, еще больше укрепив подозрения, — я проверял. Сейчас и вас доставим. Портал вывел на окраину, чтобы ничего не разрушить.
— Там хотя бы чисто? – скривился Геральт и покосился на подол моего платья. Ну да, в таком по грязи не пройдешь.
Брюнет пожал плечами, и я поняла, работы прачке прибавится.
Навсей расплатился знакомыми монетами с мужским профилем, взял под руку и чинно повел вслед за Филиппом. Со стороны казалось, мы супружеская пара. Вот и шляпка пригодилась: защищала от солнца.
— К тебе?
Филипп кивнул и посторонился, пропуская щебечущих девушек. Они стрельнули по брюнету глазами, тот одарил их улыбкой. Девушки смутились и отвернулись, ускорив шаг.
— Полукровки, — снисходительно протянул Геральт.
— Но симпатичные, — возразил Филипп.
— Щелкни пальцами, вернутся, — в шутку посоветовал навсей.
— Вот еще, обойдутся! – ухмыльнулся брюнет. – На одну ночь всего.
Завязался чисто мужской разговор о женских достоинствах и недостатках, чьих-то наложницах. Шагая рядом, чувствовала себя лишней. Такие беседы для гостиных, а не для улицы. Но навсеев приличия не волновали, они замолчали, только дойдя до портала. То, что это он, поняла сразу – линии горели огнем, вырываясь из земных недр. Пугающе и завораживающе красиво!
С разрешения спутников подошла ближе, чтобы лучше рассмотреть рисунок. Он немного отличался от того, что я видела в комнате загородного дома Геральта, но общие принципы сохранялись: главенство трех треугольников и ромба в центре. Оказалось, абсолютно идентичны только стационарные порталы, в индивидуальные же каждый маг вносит частицу собственной сущности.
