рамках было опрошено множество участников боевых действий, а также собиралась статистика из горячих точек. Оказалось, что даже просто в сторону противника стреляло менее четверти бойцов, а на сознательное убийство было способно не более двух процентов от всего числа. Ученые объяснили это тем, что у человека стоит что-то вроде психологического блока на убийство подобных. В тот момент Виктор только пожал плечами, посчитав опубликованные данные как минимум спорными, однако подумав еще немного…
Ведь большая часть убийств в развитых странах совершается либо в состоянии аффекта, либо из-за алкоголя, а то и вовсе по неосторожности. Сколько людей способны вот так, из мести или выгоды хладнокровно убить другого? Единицы, от которых потом шарахаются как от зачумленных.
Затем ему вдруг вспомнился один из растиражированных СМИ инцидентов. Когда молодую девушку задавил автомобиль под управлением пьяного быдла. Тогда из-за связей убийцу даже не смогли посадить. А её стареющий отец, у которого отобрали единственного близкого человека, лишь униженно обивал пороги равнодушных чиновников. Виктора в тот момент очень задел этот незамысловатый сюжет. Нет, не вопиющей несправедливостью, к которой он давно привык, а образом оставшегося в живых родственника. Почему он не стал мстить сам, доверившись суду? Почему не решил наказать преступника после оправдания? Ведь ему уже нечего было терять! Он мог сам восстановить справедливость, однако предпочел заливать горе дешевой водкой весь остаток жизни.
Столько вопросов, и один простой ответ. Он просто боялся. Не того, что с ним могут сделать, и, наверное, даже не смерти. Нет, он просто не мог бы поднять оружие на другого человека. И таких – большинство. Они и есть нормальные люди, в мыслях которых давно и прочно поселилось табу на убийство.
Это значит, что Виктор – не такой? Было бы неприятно прослыть психопатом, но парень себя таковым и не считал. В том же американском исследовании говорилось, что пресловутые два процента убийц доставляли неприятности обществу и не будучи одетыми в армейскую форму. Дебоши, разборки, антисоциальное поведение – в обычной жизни они были довольно проблемными. Однако Виктор таким не был. Может быть он просто преодолел инстинкты своей рациональной частью? Так сказать, перепрограммировал сознание? Разумеется, не сразу. Просто из-за своего интеллекта подвергая сомнениям некоторые ценности и истины современного общества. И постепенно изменился сам. Очень может быть. По крайней мере, на этом варианте парень и остановился.
– Все, разрешил свои внутренние проблемы? – Скучающий голос Коллекционера заставил вздрогнуть, насильно возвращая к реальности.
– Мы уже почти пришли, – Сказал он, повернувшись к парню. Виктор огляделся. Они находились в частном секторе, проходя по асфальтированной дорожке рядом с краем детской площадки. Вокруг, насколько хватало взгляда, были дома, заборы, да редкие машины. Разнообразие вносило только небольшое футбольное поле с турниками вместо ворот и небольшой магазин на другой стороне улицы.
– Видишь тот особняк с кирпичным забором? – Палец Коллекционера ткнул в стоящий неподалеку дом, рядом с которым бродила парочка зомби. Виктор кивнул.
– Не приближайся к нему. Уж не знаю, люди там, или монстры, но временами…
– Помогите!!! – Испуганный крик откуда-то справа прервал неприятный, будто скрежещущий голос собеседника.
Парень дернулся, пытаясь определить направление звука. Почти сразу крик повторился снова.
– Помогите!!!
Кричала девушка. Причем недалеко.
"Дом с синей крышей? Нет. Черная машина? Пустая, тоже нет. Мелкий домик с облупленной краской? Да, похоже что он!"
Виктор рванул к невысокому дому, из которого и раздавались крики о помощи. Покосившийся забор легко было просто перепрыгнуть с разбегу, что парень и намеревался сделать.
"Но зачем?" – Вдруг посетила непрошеная мысль.
"Куда я лезу?" – Игрок сбавил скорость, уже вплотную подбежав к дому.
"Надо уходить!" – Решил Виктор и тут же почувствовал, как сжало сердце знакомое чувство опасности.
Вдруг часть грязного, выцветшего от времени железного профиля вдруг поплыла, теряя очертания и расползаясь грязно-зеленой кляксой уже по настоящему забору.
– Назад! – Крикнул ему Коллекционер, но Виктор, наоборот, шагнул навстречу летящей в него блямбы и выверенным движением разрубил ее надвое. Также, как и те плевки с паутиной.
– Еще один! – Азартно выкрикнул его напарник.
Виктор уже и сам видел заслонившую солнце тень, что выпрыгнула из небольшого окна на чердаке.
И вот ей одного удара не хватило. Непонятная тварь лишь заверещала красивым женским голосом, когда Виктор рубанул ее в воздухе. От черного силуэта отделился и шлепнулся на землю небольшой кусок, а сам монстр приземлился на пару метров дальше хитокири, пропахав мордой асфальт.
Парень не стал терять время, и бросился в атаку на опасное существо. Взмах, другой, третий. Монстр, оказавшийся невероятно проворным, ловко уклонялся от всех выпадов. Но долго так продолжаться не могло. Тварь истекала кровью из отрубленной руки и прекрасно это понимала.
Напружинив нижние конечности, монстр прыгнул на своего врага, целя когтями целой руки в глаза игроку. Но хитокири оказался быстрее.
-
Balestra!
– Произнес Виктор, одновременно с произнесением нанизывая своего противника на вакидзаси словно перепела на вертел.
Инерция заставила его сделать пару шагов назад, все еще держа вытянутой руку с умирающим монстром. От дополнительной тяжести ее сразу потянуло вниз и парень не стал противиться, наблюдая как сползает с клинка серая тушка его противника.
– Да, ты определенно хорош! – Коллекционер как ни в чем не бывало подошел к месту боя, демонстративно хлопая в ладоши. Виктору подумалось, что точно также этот человек может говорить об интересном оружии или просто необычном предмете. Все-таки прозвище удивительно ему шло, даже если он и не имел привычки накапливать вещи.
– Вы знаете, что это такое? – Хитокири брезгливо поворошил клинком труп серой твари. Больше всего она напоминала мурлоков из одной популярной игры. Низкое, не более одного метра ростом, тело было покрыто отливающей металлическим блеском чешуей везде, кроме морды и фаланг пальцев. Красные, без зрачков и склеры глаза, развитые мышцы, лицо, карикатурно похожее на человеческое. Все это не вызывало у Виктора ничего, кроме отвращения.
– А, в бестиарии эту тварь называют пересмешником. Хорошо имитирует человеческий голос, острые когти, верткая. Ну, а ментальное воздействие ты ощутил и сам, – Свою короткую лекцию мужчина завершил уже привычным смешком, и повернулся к другому монстру.
– А вот это уже по-интереснее. Мимик, да еще практически на улице, да еще и в симбиозе с кем-то! Неужели они разумны? Или это природный механизм? – Все это Коллекционер бормотал себе под нос, доставая из-под плаща стеклянный флакон примерно на четверть литра.
Виктор только вздохнул. Названный мимиком монстр больше всего напоминал очень тонкую губку. Судя по всему, пористая поверхность кожи давала ему возможность закрепиться на любой поверхности,
