Цезарь начал карательную кампанию ранней весной 53 года и во главе четырех легионов вторгся в земли нервиев, решив поквитаться с ними за коварное нападение на лагерь Квинта Туллия Цицерона. Цезарь опустошил поля этого племени, отобрал у них скот и пленил большое число людей. Затем он вторгся в страну сенонов, вождь которых Аккон подстрекал своих соплеменников к выступлению против Рима. Появление римского войска было столь неожиданным, что сеноны не оказали никакого сопротивления и запросили помилования. За сенонов вступились эдуи, под покровительством которых они издавна состояли, и это спасло их земли от разорения. Цезарь запросил у них лишь заложников, поручив надзор за ними эдуям. Запросили мира у Цезаря и карнуты, жившие по соседству с сенонами. За это племя вступились ремы, и Цезарь, спешивший двинуться на восток, снова удовлетворился заложниками.
После этого Цезарь покорил менапиев — племя, жившее в дельте Рейна. Менапии никогда не посылали к Цезарю своих представителей с просьбой о мире, а когда римское войско оказывалось вблизи их земель, они забирали свое имущество и укрывались в болотах. И теперь они поступали так же. Однако римляне проложили гати через болота, и менапии признали власть Рима.
Тем временем треверы, оправившись от нанесенного им поражения, снова стали угрожать лагерю Лабиена, но Лабиен и на этот раз их разбил, дав треверам сражение в неблагоприятных для них условиях. После этого родственники Индутиомара оставили свое племя, бежав из страны, и к власти опять пришел Кингеториг, ставленник Цезаря. К треверам, когда они еще только намеревались ударить по лагерю Лабиена, хотели присоединиться германцы, но, услышав об их поражении, вернулись домой.
Узнав о планах германцев, Цезарь пришел в неистовство: германцы не усвоили преподанного им римлянами урока, и их опять потянуло помогать галлам в их борьбе против Рима. И Цезарь решил преподать им новый урок. Он подошел с войском к Рейну и, переправившись через вновь построенный мост, разорил ближайшие земли. Через несколько дней Цезарь вернулся в Галлию, переправившись на западный берег Рейна по построенному мосту, только на этот раз его не разрушил, а оставил рядом с ним сильное охранение, дав понять варварам, что он немедля вернется, если они попытаются снова вторгнуться в Галлию.
Затем уже летом 53 года Цезарь решил разделаться с эбуронами, которые во главе со своим вождем Амбиоригом разбили, заманив в западню, войска Сабина и Котты. На этот раз Цезарь счел нужным воспользоваться услугами галлов и объявил, что отдает им земли эбуронов на разграбление. Хотя галлы ненавидели римлян, они не стали упускать случая поживиться чужим добром, зная, что эбуронам оказать большое сопротивление не по силам. И вот в страну эбуронов со всей Галлии устремились тысячи любителей легкой наживы. К началу осени они, уподобившись саранче, опустошили все земли этого племени, а людей обратили в рабство. Племя эбуронов перестало существовать. Но только, к великому сожалению Цезаря, ни галлы, ни римляне не смогли найти и пленить Амбиорига. Он бесследно исчез, и Цезарь больше о нем никогда не слышал.
Завершив карательную кампанию, Цезарь в стране дружественных ремов устроил суд над вождями сенонов и карнутов, поднявшими свои племена на борьбу с Римом. Аккон, главный организатор этого вооруженного выступления был приговорен к fustuarium — жестокой разновидности римской казни. На глазах галльских вождей его забили дубинками. Покарав непокорных, Цезарь решил, что в Галлии отныне водворится спокойствие, а сами галлы мало-помалу приобщатся к римской культуре и римскому государственному устройству.
Разместив на хорошо укрепленных зимних квартирах все легионы, Цезарь отправился в Цизальпинскую Галлию. После двухлетнего отсутствия настала пора заняться делами провинции и исполнить обязанности в Риме, которыми он доселе пренебрегал. Он надеялся, что Галлия наконец утихомирена, однако уязвленные галльские вожди, возвращавшиеся домой после казни Аккона, имели собственное представление о том, как они смогут ужиться с римлянами.
Когда Цезарь приехал в Цизальпинскую Галлию и оказался сравнительно недалеко от Рима, у него снова появилась возможность следить за политической жизнью столицы Римского государства. Правда, даже находясь в Британии или Галлии, Цезарь старался быть в курсе происходивших в Риме событий, но теперь он получал свежую информацию. К нему приезжали его сторонники, да и другие знатные римляне, которые рассказывали ему не только о политической жизни Рима, но и о возведении новых зданий, строительство которых финансировал Цезарь за счет военной добычи.
Одним из наиболее значительных зданий, построенных за счет Цезаря, стала новая базилика Юлия, возведенная в юго-западной части Форума между храмами Сатурна и Кастора и Поллукса. Обычно римская базилика представляла собою большое здание вытянутой прямоугольной формы, разделенное на несколько продольных нефов рядами столбов или колонн; здание заканчивалось полукруглой апсидой (базилики стали предшественницами большинства христианских церквей). Базилики имели широкое назначение: там торговали, проводили судебные заседания, устраивали собрания. Базилика, построенная по начинанию Цезаря, являлась величественным строением в триста футов длиной с великолепным декором и полом, устланным мрамором. По замыслу Цезаря, ей надлежало стать центром деловой и общественной жизни римского Форума и служить постоянным напоминанием о его небывалой щедрости. Цезарь также намеревался возвести новый форум на северо-западе Капитолия, но его строительство отложили на несколько лет.
Но Цезаря, разумеется, больше всего интересовала политическая ситуация в Риме, осложненная лично для него тем, что в мае 53 года в Месопотамии погиб Красс, один из членов триумвирата. После своего консульства Красс в 55 году получил в управление Сирию, а в 53 году он вторгся со своим войском в Парфию, решив, подобно Цезарю и Помпею, стяжать себе военную славу.
Войско Красса состояло главным образом из пехоты (насчитывавшей около тридцати тысяч солдат), которой был придан небольшой отряд галльской конницы под командованием Публия, сына Красса, до этого служившего легатом у Цезаря. С этим войском Красс намеревался взять Селевкию, город на Тигре в северо-восточной Месопотамии, находившийся вблизи нынешнего Багдада. Чтобы сократить путь до города, Красс повел своих солдат по степи и неожиданно наткнулся на десятитысячное войско парфян — сплошь конных лучников. Хорошо обученная парфянская конница быстро разгромила пехоту Красса и его небольшой отряд галльских конников. Красс и его сын Публий погибли в бою, а уцелевшая часть римского войска отступила на свою территорию. Смерть Красса явилась бесславной кончиной именитого человека, стяжавшего известность не только своим богатством, но и службой у Суллы, подавлением восстания Спартака и долгой активностью на римской политической сцене. Смерть Красса, последовавшая вскоре после кончины Юлии, еще больше ослабила взаимные связи Цезаря и Помпея, что предоставило оптиматам шанс положить конец нежелательному партнерству наиболее могущественных в Риме людей.
Такая возможность вскоре представилась, после того как в Риме вспыхнули беспорядки, вызванные убийством Публия Клодия. Известный демагог и бывший патриций Клодий в январе 52 года, возвращаясь с охраной в Рим по Аппиевой дороге, случайно повстречался со своим заклятым врагом Милоном, который, подобно Клодию, стремился завоевать популярность у простого народа. Милона также сопровождала охрана, в которую входили два гладиатора. Повстречавшись (а встреча произошла у храма Доброй богини), Милон и Клодий обменялись колкими фразами и поехали бы дальше, каждый своей дорогой, но их охранники повздорили между собой. В завязавшейся драке один из гладиаторов угодил копьем в плечо Клодию, и тот поспешил за помощью в оказавшуюся неподалеку гостиницу. Милон рассудил, что раненый Клодий доставит ему множество неприятностей, и повелел охранникам расправиться с ним. Клодия стащили с кровати, убили, а тело его бросили на дороге. Так Клодий, совершивший некогда святотатство на празднике в честь Доброй богини, окончил свой земной путь у подножия ее храма.
Узнав об убийстве Клодия, его сторонники учинили в Риме несусветные беспорядки и даже пошли на поджог сената. Беспорядки вылились в бунт. Сенат поручил Помпею восстановить спокойствие в городе, и Катон выдвинул этого известного полководца на должность консула без товарища. После того как Помпея избрали на этот пост, он начал собирать войско на подавление народного бунта. Тем временем Цицерон взялся защищать Милона в суде, несмотря на то, что этот политик доставлял ему в течение долгого времени одни неприятности.
После избрания Помпея консулом без товарища оптиматы стали прилагать все усилия, чтобы порвать его связи с Цезарем, и для начала провели в сенате закон, обязывающий кандидатов на государственные посты в избирательную кампанию непременно быть в Риме, что мешало Цезарю баллотироваться на должность консула.
