Читаем без скачивания Лекарство против морщин - Александр Афанасьев

проутюжить непокорное и не проявившее уважения племя. Так, в виде услуги.

Да пришелец и не просит ничего серьезного. Просто поговорить.

– Хорошо. Ты увидишь его, но тебя обыщут.

– Пусть так. И еще…

Оставалось еще одно.

– … вы ошибаетесь, эфенди – сказал я – я много лет живу на Востоке. И я хорошо знаю вашу страну, как и многие другие арабские страны.

Это было как потряхивание гремучки своим хвостом – перед атакой. Конечно же, шейх ничего не понял.

30 сентября 2020 года. Зинтан, бывшая Ливия. Неконтролируемая территория

Как оказалось, Кормана – а он действительно был у шейха в руках – держали не в самом городе, а на отшибе. Примерно километрах в пяти – но город с того места, где его держали, был виден. Тут видимо было что-то вроде лагеря геологов брошенного, бурили либо на нефть, либо на воду. Когда началась революция – просто бросили все и ушли. Оставив брошенную работу, технику, строения – все оставили.

Бульдозер, еще бульдозер. Громадные бетонные кольца, трубы. Еще до Арабской весны – Муаммар Каддафи задумал проект «подземная река». Разведали огромные запасы подземных вод под коркой пустыни. Каддафи собирался сделать не одну, а целых три подземные реки, которые должны были по гигантским водоводам разводить добытую воду в новые оазисы, где благодаря воде – должна была быть жизнь, а не унылая пустынная вечность.

Огромные рвы… один, еще один. Брошенный бульдозер, уже разграбленный самосвал, по ступицы ушедший в песок. Я видел здесь то, что мы все видели в девяносто первом и позже в своей стране. Мне было грустно и тошно от того, что я видел…

Зато теперь демократия!

Я выбрался из машины. Машинально коснулся заточки за ремешком часов – они ее не нашли. Мало ли.

Навстречу вышли двое, одетые как бедуины. У обоих автоматы, и не старые – а новые, с пластиковыми прикладами. Не наши, арсеналовские скорее всего. Болгария на всех этих войнах – теперь экспортирует оружия на миллиард в год.

– Руки…

Здоровяк, с автоматом – охлопал меня, потом мы пошли к воротам. Зашли на территорию базы, где засоленную землю уже заносило песком. Здоровяк постучал в стальную, облезлую дверь. Открыл еще один, этот был намного меньше, но тоже с Калашниковым.

Здоровяк сказал что-то вроде «Вождь разрешил»…

Прошли внутрь. Здание два этажа из железобетона, типовое– но не наше, я наши планировки сразу узнаю. Оно было без подвала спроектировано, но на первом этаже в одной (а может и не одной) комнате был пробит пол и сделан зиндан. Лаз туда был прикрыт панцирной сеткой, скверно пахло испражнениями. Мелкий посветил вниз фонарем, после чего спустил вниз лестницу.

– Лезь.

Уж не в ловушку ли я лезу? А ведь не проверишь.

– Дай фонарь

Я посветил. Там кто-то был.

– Иншалла – сказал я – Аллах велик, но я туда не полезу. Вытащите его сюда, я буду говорить с ним здесь.

Они переглянулись. Шейх ничего им не приказывал насчет этого.

Я достал руку из кармана – но в ней был не пистолет, а двести долларов. Потому что верность араба нельзя купить, но можно взять напрокат на время…

Сам зиндан был довольно большим – постарались, метров восемь. Стены из земли – но тут земля как камень, дождей почти не бывает. Я не сразу узнал человека, которого подняли снизу. Хотя… такое сломает кого угодно. В Чечне мы боялись плена больше чем смерти…

– Борис Львович? – спросил я – Корман Борис Львович?

Человек захохотал

– Принесите воды – сказал я. А сам отвесил Корману увесистую пощечину.

Полагаю, вы доктор Ливингстон?

Все так. Только век двадцать первый. А так – ни хрена не изменилось.

***

Как я понял, что Корман симулянт? А никак. В армии быстро учат, как иметь дело с симулянтами. И у нас еще рай был – по сравнению с тем, что творилось в некоторых частях. Там и убить могли.

Ополченцев я просто выгнал, заставил принести воды и еды. Принесли кус-кус – на голодный желудок самое то.

Я поставил кус-кус перед собой, смотря на Кормана. Корман кстати был … сам на себя не похож. У меня была его фотография, он праздновал свой пятидесятый день рождения в Одессе это было, всего год назад. Гуляли… пили, ели, веселились, сняли одно из самых шикарных заведений во всей Одессе, пригласили артистов… у нас любят и умеют пускать пыль в глаза. А теперь передо мной сидел обросший неопрятной бородой дикарь с бегающими глазами, вонючий, в том, что когда-то было костюмом.

– Я немного проголодался. Сейчас поем и уйду – сказал я по-русски – если вы будете молчать, то у вас время только до того момента, как закончится кус-кус. После чего я встану. И уйду.

Ответа не было. Я слепил из кус-куса шарик и положил в рот.

– Стой, – сказал обросший бородой человек. По-русски.

Я медленно подвинул тарелку Корману.

– Может, я не так уж и голоден…

– Ты от кого?

Хороший вопрос.

– Я от Кремля, – сказал я.

– Кремль большой.

– То-то и оно.

– Лимон, – продолжил Корман.

– То есть?

– Если вывезешь меня. Лимон.

Я посмотрел на часы. Понажимал на кнопки. Местные туповаты, они и не знают про то, что в часах может быть приемник GPS. И голос часы могут писать.

– Лимон чего?

– Без разницы. Хочешь долларов. Хочешь евро.

Я покачал головой.

– Мало.

– А сколько надо?

– Десять. Которые ты должен Фазли.

– Чего?!

– Забыл? Как ты продавал местные прииски. И десять лямов взял. А вот Фазли помнит. Чтобы ты понимал – у него с местным Мухабарратом хорошие отношения. Так что может, лучше тебе и в самом деле тут сидеть. Краями вы с ним точно не разойдетесь. Без меня, по крайней мере. Я – разведу. Но деньги надо будет вернуть.

Корман странно застонал.

– Что?

– С..а.

– Ага. Деньги где? Вернешь – подумаю, как тебя вытащить.

…

– Раз я сюда добрался, варианты есть

Корман подумал, потом сказал:

– Нет у меня десятки.

– А сколько есть?

– Лям найду.

– Врешь. Та пятера, которую твоя доча отжала у Мусы? Забыл? У тебя никак не меньше трех должно было остаться. Где они?

Корман странно посмотрел на меня

– Где? А вот у нее и спроси

– Спрошу. Скажи, где?

Корман вдруг сардонически захохотал… гулко и жутко. Тряслась борода, тряслись руки

– Не знаю… ты что, не понял? Это она меня сюда и засадила! С..а! Меня опрокинула моя же собственная