Читаем без скачивания Лекарство против морщин - Александр Афанасьев

которые искренне поверили в Аллаха и в рай – им смерть. А те, кто это все организовывает – те сидят на курорте, в Дубае, попивают сок. А как вы думаете, почему то и дело во время спецопераций целые дома сравнивают с землей, вместе с боевиками? А как раз для того, други мои, чтобы непонятно было – кого на самом деле убили, а кто откупился за долю малую.

Или, например – Шамиль Басаев. Подорвался, не осталось даже генетического материала провести экспертизу ДНК. Тоже случайно? Или – и он заплатил?

А потом это все – точнее эти все – поехали в Турцию, в Ирак на джихад. Думаете, это случайно то, что там так легко по нефти и с сыном Эрдогана договорились и с другими. Да нет, это отнюдь не случайность. Лучшие специалисты по бизнес-джихаду – говорят по-русски.

А теперь и тут. Одно и то же – граница, бензовозы, самовары. И пока на войне зарабатывают – эта музыка будет вечной.

– Внимание, на два.

В темноте мигал фонарик.

– Наш?

– Похоже. Считай.

– По два гонит.

– Наш.

Командир группы достал фонарик. Отсигналил – три один. Еще раз.

– Режим! Теперь по три.

– Есть. Наш. Ноги в руки…

***

На той стороне их ждали свои. Условно конечно, свои.

Две Тойоты, Камаз. Вооруженные люди – свои и чужие. Чужие – это племенные боевики армии маршала Халифы Хафтара, выпускника академии им. Фрунзе, которому помогают самые разные люди, от Путина до шейха эмирата Абу-Даби.

– Салам алейкум

– Ва алейкум салам, брат, ва алейкум салам… давай в машину…

Пришлые привезли подарки – водка, черный хлеб. У тех кто их встречал, было свое – плов, на местный манер называемый пилав, горячий чай из термоса.

Ночью в пустыне холодно, чай в самый раз

– Ну, как тут живете?

– Да после Саратова рай, только холодно по ночам и с жратвой проблемы. А так – не сравнить.

Оно так. Тут противник – в основном бедуины, они долго воевать не любят. Встретились, пострелялись – потом переговоры.

– А чего не победили до сих пор?

– А там тоже не лыком шиты. Мы тут уже и британский и американский и французский спецназ встречали. Нефть…

Она самая

– Мы как через границу шли, видели бензовозы косяком идут.

– О, это так, семечки. Это египетские барбосы через границу шакалят. Большие мэны тут целыми танкерами деребанят.

Да уж…

– Слушай, а нахрена им все было это надо?

– А хрен знает. Мы местных спрашивали, они вообще не в теме. Говорят – племенной совет решил, что надо воевать – значит надо. А потом хапнули дерьма полной ложкой, глянь – а уже поздно.

Великая мудрость жизни. Одинаковая что в холодной ночной пустыне, что на паркетах Кремля.

– А вы чего тут?

– Дело у нас есть. Поможете?

– А то. По мере – но поможем.

***

К сожалению, управляться с пулеметом тоже пришлось мне – среди племенных боевиков не оказалось ни одного, кто бы умел управляться с пулеметом.

Нас было семеро, и это не считая меня. Мустафа, его охрана и охрана этого места. Автоматы были у всех, а вот патронов не хватал. Два – три магазина, и по паре пачек. Не больше. Еще был РПГ с четырьмя выстрелами. Но я не уверен, что кто-то умел из него стрелять.

А в нашу сторону направились пять техничек. Я видел это через оптический прицел винтовки. Тридцать человек, может быть сорок. Пять или шесть РПГ-7, два крупнокалиберных пулемета.

Точно, пришли за Корманом. Те кто повернул к городу – отвлекающие силы, их задача обстрелять город, да посильнее, создать видимость того что нападающих много и перерезать трассу.

Технички были все ближе, я наблюдал за ними через прицел пулемета. Когда начинать стрелять? Чего они ждут? Пулемет был пока на одиночном огне, подумав, я переключил на автоматический и еще раз перепроверил в голове поправку26…

Когда машины пересекли невидимую, проведенную мною черту – я нажал на спуск, и пулемет загрохотал, стеганул врага свинцовой плетью…

***

Надо сказать, начало боя сложилось хорошо, даже отлично.

Первой шла техничка с ДШК – и вот мне то ее не просто удалось вывести из строя – а поджечь. Очередь, часть пуль в которой была бронебойно-зажигательными – нашла свою цель, убила водителя, затем какая-то пуля попала в боекомплект. А там видимо были ракеты РПГ – какая-то из них и рванула. Це есть хорошо, потому что по баку бить бесполезно, они дизельные. Хрен подожжешь.

Слаженно, но неточно ударили автоматы ливийцев.

– Патроны! – заорал я, намекая на то, что надо экономить. Но меня вряд ли кто-то услышал.

Второй машине тоже досталось – но это было все, чего нам удалось добиться. Оставшиеся машины стали резво разъезжаться, а с последней, пятой – по нам ударил ДШК. И как ударил! Пулеметчик – а он был прикрыт щитом из разрезанной нефтяной трубы большого диаметра – сходу определил меня как приоритетную цель и едва не попал. Я свалился в яму, которую тут выкопали много раньше – а вслед мне полетели куски бетона.

Приехали…

Машины мы поставили внутри, под защиту бетонного забора. Понимая, что сейчас боевики в атаку не пойдут, они перегруппируются – я перебежал к машинам, оставил у них пулемет и взял СВДС. Надо попробовать обездвижить вторую техничку с пулеметом. Если не получится убить – то хотя бы обездвижить. Маневрирующая техничка с ДШК, то скрывающаяся то появляющаяся – способна натворить делов.

Выкрутил прицел на максимум. Все-таки, если с чем и повезло так это с прицелом. СВДС если честно винтовка так себе, на любителя – а вот прицел реально хорош. Высший класс. А как говорится – если я вижу цель, то я попаду. Так ее еще увидеть надо.

Тах!

Фигурка в облаке пыли – опрокинулась на землю.

Тах!

Кажется, подбил. Или нет?

Снова ударил ДШК, я свалился в яму, спасаясь от пуль. Достал Турайю, набрал номер

– Вашу мать, где вы? – заорал я в нарушение всех правил связи

– Идем к вам, РВП минут тридцать

– Да нас за тридцать минут тут раскатают!

Успокоиться.

– Две группы, одна ориентирована на нас, другая на поселок. Сразу разворачивайте миномет, буду жив, наведу…

Какое все-таки дерьмо…

***

А мы тогда неплохо им врезали…

Три технички были выведены из строя – две горели, одна не горела, но явно сдохла. Осталась одна пулеметная, и еще одна – пулеметчик, имея ДШК, связываться с нами не решался