— Тогда давай сделаем так, чтобы твой и мой дед нами гордились.
Дом Дара Геджена, Коронет, Кореллия
Похоже, на этот раз этот этот парень Геджен был не слишком рад встретиться с Хэном.
— Может, пригласишь нас внутрь? – Хэн встал в дверях, держа в опущенной руке бластер, и Геджен расширенными глазами уставился на оружие. – Снаружи нам как–то неуютно.
Геджен шагнул назад, не отрывая взгляда от бластера, а Хэн и Лея быстро прошли в коридор. Хэн поставил оружие на предохранитель.
— Где вы были? – спросил Геджен.
— Мы наткнулись на одного доброжелателя, и пришлось убегать, — сказала Лея. – И прежде чем ты спросишь, да, мы знаем, что происходит на Корусканте.
— Сал–Соло прямо–таки смакует эту ситуацию. – Позади Геджена появилось двое маленьких детей и он прогнал их обратно в комнату. – «Сын четы Соло лишает свободы невиновных кореллианцев». Вдохновляющие заголовки.
Хэн фыркнул. – Хорошо, что меня не так–то легко смутить. Значит ли это, что он изменил содержание контракта на меня, добавив к пункту «убить» еще и «прочитать заголовки»?
— На нас, — шепотом сказала Лея.
Геджен провел их в гостиную и Хэн обратил внимание, что жалюзи были закрыты.
— Где вы остановились?
Не смотря на то, что хозяин жестом предложил присесть, Хэн остался стоять.
— Это наш маленький секрет.
— Ладно, — Геджен не выглядел оскорбленным; паранойя, похоже, была обычной частью политической жизни. – Мои источники сообщают, что желающих взять контракт больше одного.
— Фетт не очень хорошо работает в группе.
— Я тебе говорила, что это не Фетт, — заявила Лея.
— Фетт, или не Фетт, капитан Соло, но угроза реальна. И хотя мы шокированы тем, что делает ваш сын, Тракен Сал–Соло использует его действия в своих целях, а не во имя Кореллии, так что насколько это касается нас, мы все еще имеем общие интересы.
— Кто это «мы»?
— Демократический Альянс. Мы понимаем, насколько сложна для вас эта ситуация.
— Уверены?
— Вы же здесь, так? Мы знаем, что для вас Кореллия – прежде всего.
— Спасибо, но я собираюсь сам разобраться с Тракеном.
— Разумеется, мы не должны быть замешаны в этом, однако наверняка сможем оказать вам серьезную помощь.
«Вы зарядите бластер, а стрелять буду я. Ну, понятно».
— Мне нужно только время, места, где он бывает, и доступ.
Хэн знал, что Лея, стоявшая позади, сейчас пристально смотрит на него: некий подвид шестого чувства, который не имел ничего общего с Силой, а развился после больше чем тридцати лет семейной жизни. Он медленно обернулся, ожидая увидеть выражение усталого неодобрения, но вместо этого на ее лице было написано удивленное согласие. Временами она выглядела совсем так же, как тогда, когда он впервые с ней встретился.
— Просто продолжайте сообщать мне информацию о местах, где бывает Тракен, — сказал Хэн. – Насколько я понимаю, делегаты от вашей партии имеют доступ к таким сведениям?
— Когда он участвует в размещении государственных заказов, да. Маршруты, встречи и тому подобное.
— Хорошо.
— И каков план?
Губы Хэна медленно растянулись в настороженную улыбку.
— Если я тебе скажу, ты не сможешь отрицать своего участия в этом, разве нет?
Геджен подошел к столу в углу комнаты и вытащил из выдвижного ящика инфочип.
— Планы этажей правительственных зданий, — сказал он. – Они не секретны, но доступны для ознакомления только в библиотеках и городских службах. Могут вам пригодиться.
— Будем считать, я библиотекарь.
— Дар, — спросила Лея, — если Тракен Сал–Соло лишится власти, будет ли ваша партия иметь возможность создать правительство с чрезвычайными полномочиями?
Сейчас Геджен смотрел только на Лею: так вот, в чем он действительно был заинтересован. В захвате власти. Хэн предпочел не обижаться.
— Да, вместе с моими коллегами из Кореллианского Либерального Фронта, а также с теми членами Партии «Балансира», которые предпочли бы сменить руководство.
«Вот так и организуются государственные перевороты. В чьей–нибудь гостиной, пока в другой комнате играют дети». — Эй, вы что, всем подряд рассказываете, что дни моего братца сочтены?
— Если вы считаете, что вы первый, кому за этот год пришла в голову мысль нейтрализовать его, вы глубоко ошибаетесь, — откликнулся Геджен. – Кореллия больше не желает быть его личным инструментом…
— Мы будем поддерживать минимальный уровень связи, — прервала его Лея. – И мы будем менять кодировку наших коммуникаторов. Надеюсь, наша следующая встреча произойдет, когда закончится кризис.
Хэн, в сопровождении Леи вышел на улицу, и они направились к центру Коронета, двигаясь запутанным маршрутом и периодически возвращаясь обратно, чтобы проверить, нет ли за ними «хвоста». В воздухе было полно аэроспидеров, направлявшихся в сторону космопорта, и сам город гудел напряжением. Было такое чувство, словно планета готовилась к худшему.
Они вышли к располагавшейся на главной улице конторе по найму жилья. Хэн решил, что им стоит снять какую–нибудь маленькую и неприметную квартирку в центре. Что–то такое, где никто не будет ожидать найти чету Соло.
«Прямо как в старые времена. Жить на грани».
— Думаешь, дружки Геджена хотят меня подставить, чтобы я выполнил за них грязную работу? – спросил он.
— А контракт на убийство – уловка? – Лея покачала головой. – Ты же слышал Джейсена, видел новости, а еще можно вспомнить маленький бизнес того парня, которого мы выбросили через шлюз.
— Ах, да.
— Я не уговариваю тебя сделать это.
— Но и не запрещаешь.
— Хэн, я не думала принимать решения за тебя. Я твоя жена, а не мать, — сказала Лея.
— И джедай тоже…
— Я считаю это самозащитой.
— А не заговором?
— Это отдельный вопрос.
— Дипломатия – замечательный вид спорта, — заявил Хэн. – На тему «как справиться с неизбежным с минимальными потерями жизней».
— Ага. Наших жизней.
Хэн всегда защищал Кореллию как некую абстракцию, так же как люди защищают свой дом, даже когда недовольны им, от нападения извне. Он никогда не считал себя патриотом: просто кореллианцем до мозга костей. Но было кое–что, что волновало его больше всего на свете: это Лея и дети.
— У Тракена нет никаких шансов справиться с тремя джедаями, — сказала Лея, как будто прочитав мысли мужа. – Я беспокоюсь за тебя.
— Джедаи тоже не бессмертны.
— Звучит не очень милосердно с моей стороны, но мне как–то жалко, что Джейсен его в конце концов не пристрелил.
— Мне тоже.
Когда Хэн и Лея зашли внутрь конторы по найму жилья, оказалось, что помещение заполнено народом. Выстроилась очередь, некоторые люди были с детьми, некоторые – весьма почтенного возраста, все – с разнообразными сумками и чемоданами.
— Вы тоже только прилетели с Корусканта? – спросила усталая женщину у главной стойки.
— Ну…, — Хэн не увидел признаков, что его опознали как «Врага Государства номер один». – Точно, только что прибыли.
— Тогда вы опередили других, — женщина протянула им инфопланшет. – Запишите свои данные. Но у нас остались только двухкомнатные квартиры. Пойдет?
Хэн переглянулся с Леей.
— Нам просто нужна крыша над головой, — обратилась та к женщине.
— Нас всех просто шокировало то, что происходит на Корусканте, мэм. Но сейчас вы в безопасности. Кто бы мог подумать? И это сын Хэна Соло.
— Да уж, мы тоже в шоке, — откликнулся Хэн. И это было действительно так.
Они подписались под договором найма как Джей и Лора Кабади, по случайности принятые за представителей первой волны кореллианцев, покинувших Корускант, чтобы избежать интернирования. Ирония происходящего не прошла мимо них.
— Отличный выбор времени, сын, — прошептал Хэн.
Зал Сената. Корускант: экстренное совещание по политике интернирования
Джейсен сидел на трибуне делегатов Мон–Каламари, рядом с Ниатхал, и слушал кореллианского сенатора Чарра, который разглагольствовал, обращаясь к Главе Государства Омасу, о нарушении гражданских прав на Корусканте, а также о том, что по этому вопросу не проводились консультации с Сенатом.
— У нас нет другого выхода, кроме отзыва нашего посла, — заявил Чарр.
— Мы говорим о Корусканте или об Альянсе? – спросил Омас.
Чарр помедлил. – Разве это не одно и тоже, Глава Государства?
— Думаю, уважаемый представитель Кореллии понимает, что предпринятые мной действия были направлены на обеспечение безопасности граждан Корусканта, в качестве исполнения обязанности, возложенной на меня местными властями планеты, и таким образом, не требовали санкции Сената. Итак, какого именно посла вы хотите отозвать?
Послышался общий шепот одобрения, в котором выделялись выразительные смешки некоторых делегатов Внешнего Кольца. Омас отстоял свою точку зрения. В настоящий момент союзники Кореллии были в меньшинстве, хотя это могло измениться, если только им не предоставят убедительные основания не поддерживать ее.
